Страница 94 из 96
Иви перестаёт рисовать и спрашивает, зачем там висели имена. Мы не рассказываем детям про каждую ложь Морвеля, но и не придумываем красивую сказку. Я объясняю: раньше сюда записывали тех, кого считали умершими, иногда ошибочно, иногда нарочно.
— А можно написать, что они живые? — Иви тычет мелом себе в платье. — Чтобы не перепутали обратно.
Тайр предлагает прибить доску у входа и записать всех, кто уехал домой. Сразу возникает спор: только имена или ещё города, ставить ли даты, считать ли взрослых. Кайрен предлагает принести новую доску, потому что старая пахнет гарью.
— Старую оставим в архиве, — решаю я. — Новую повесим на стене. Имена будем добавлять после выписки, с согласия семьи.
К вечеру Освин уже закрепляет широкую светлую доску возле главного входа. Бесса держит лестницу, Кайрен спрашивает, нужна ли помощь, и получает от старика поручение не заслонять свет. Нора спит у меня на руках, прижав щёку к списку приглашённых.
Иви стоит перед чистой доской с куском мела.
— Чьё имя писать первым, хозяйка?
Я снимаю с её плеча третье заячье ухо, зацепившееся за пуговицу, и разворачиваю девочку к светлой середине.
— Твоё.