Страница 64 из 96
Вельк отступит от ворот и пропустит ревизора из долины, если крепость передаст четыре вещи: весь архив, Селестру, Тайра и меня. Кайрен в списке не указан. Остальным обещают обычное завершение карантина после передачи.
— Он предлагает сохранить детей, — Аделина читает второй абзац. — И оставить им болезнь без лекарств, документов и свидетелей.
— Обещает, — поправляю я. — Люди, записавшие живых умершими, уже показали цену обещаний.
Тайр слышит своё имя и подходит к столу. Просит прочитать лист целиком. Я не скрываю от него условие, только пропускаю канцелярские обороты.
— Маму тоже отдать? — уточняет он.
— Да.
Мальчик разглаживает край своей рубашки, где под тканью лежит медальон.
— Тогда они опять скажут, что я умер. И она не сможет спорить.
Кайрен присаживается перед ним, сохраняя расстояние.
— Никого не отдадут.
Тайр смотрит на него внимательно.
— Это ты решил или все?
— Все, — отвечает Кайрен после короткой паузы. — Но говорить за остальных я не буду.
Тайр обращается ко мне. Я подтверждаю. Аделина тоже кладёт ладонь на лист, а Бесса из дверей сообщает, что Морвель получит разве что пустую кастрюлю, если подойдёт достаточно близко.
Кайрен берёт лист за край.
— Ответа не будет.
Я забираю бумагу прежде, чем он успевает порвать её, и прикладываю к журналу угроз. В первый раз Морвель письменно перечислил людей и документы, которые ему нужны. Это тоже доказательство, если мы сохраним его до утра.
Серый офицер ждёт у окна. Я закрываю заслонку, не произнося ни слова.
Через несколько минут с западной стороны раздаётся низкий свист. Освин узнаёт старый сигнал штурма и бледнеет.
Мы поднимаемся на стену. В темноте двигаются фонари: люди Велька выходят из-за склона, несут лестницы и тяжёлые крюки. Остальные серые посты остаются на месте или отходят к Дейру.
Отряд Велька идёт к западным воротам.