Страница 34 из 96
— Теперь один экземпляр есть у крепости, — говорит он и передаёт обрывок Нельсу. — В журнал. Дословно.
Писарь принимает улику двумя пальцами. На его лице мелькает что-то похожее на досаду, но он тут же склоняется над книгой.
Снаружи начинается суета. Стражники разворачивают карету не к дороге, а вдоль стены, под защиту рощи. Представитель отходит советоваться с офицером в сером плаще. Тот выслушивает и отправляет гонца на восток.
— Они не уезжают, — замечает Дейр.
— Потому что карета была запасным выходом, а не всей операцией, — отвечает Кайрен. — Полковник, удвойте наблюдение за внешним кольцом. Никого из Палаты к стенам без вашего разрешения.
Дейр не отвечает привычным «есть».
Он снимает перчатку, достаёт новый приказ из серебряного тубуса и кладёт на доску. Документ пришёл тем же гонцом, что привёз предложение, но был запечатан отдельно.
— Я обязан вручить после вашего отказа. До окончания служебной проверки вы отстраняетесь от командования приграничными частями. Причина — возможный конфликт интересов и нарушение санитарного подчинения.
Кайрен читает подпись.
— Кто принимает командование?
— Я. С обязанностью исполнять совместные распоряжения Военного совета и Палаты.
За плечом представителя Палаты серые мундиры выходят из рощи по двое. Это не санитарные стражники и не люди Дейра. На воротниках — серебряная ветвь Морвеля. Они занимают дорогу, колодец за периметром и низкий холм, откуда виден внутренний двор.
Кайрен переводит взгляд на бывшего заместителя.
— Эти части вы вызывали?
— Нет. — Дейр смотрит на серые ряды. — Но приказ подписан законно. Пока он действует, ваши распоряжения для армии недействительны.
Кайрен медленно кивает. Ни угроз, ни попытки надавить старым званием. Он просит лишь сохранить копию приказа и сообщать обо всех передвижениях вокруг крепости, если правила позволят.
— Это я могу, — отвечает Дейр. — Как начальник карантинного периметра.
Муж закрывает переговорное окно. Железный засов входит в паз тяжело; Кайрен нажимает плечом, пока металл не скрежещет до конца.
Карета для него по-прежнему стоит у дороги. Вместе с ней остаются титул, свобода и армия, которая ещё утром отвечала на его голос.
Он выбрал не их.
У крепостной стены люди Морвеля устанавливают первый наблюдательный пост.