Мелодия для завтра

Глава 9

— Миша, а не построить ли в своём посёлке для всех нормальные дома вместо этих стандартных боксов? — поинтересовался я у дублёра Михаила.

Мысль пришла мне в голову после изучения очередного контейнера из дедовских запасов. Внутри обнаружился почти полностью укомплектованный строительный завод. Допечатать на молекулярных принтерах требовалось совсем немного деталей. Предприятие специализировалось на производстве строительных смесей, стеновых панелей, перекрытий, оконных блоков, дверей и прочих необходимых элементов.

Хороший заводик.

Настолько хороший, что я немедленно распорядился доставить его к месту будущего монтажа. Точнее, под место монтажа. Все основные производства я старательно прятал внутри плато. Во-первых, безопаснее. Во-вторых, удобнее обслуживать единую сеть коммуникаций. Ну а в-третьих, нечего промышленным объектам портить мне пейзаж и вид из окна будущего дома.

К слову о пейзажах.

Именно здесь меня неожиданно удивил собственный дублёр. Эд-2 с завидным упорством отстаивал необходимость сохранить окружающий ландшафт в максимально естественном виде. Причём приводил вполне разумные аргументы о психологическом комфорте будущих жителей колонии.

Надо будет потом внимательно посмотреть, какие программы дед установил в эту копию. Всё-таки снимали её явно не только с меня. Я химик и биолог, а не художник или архитектор. Любоваться закатами и оценивать красоту местности мне обычно некогда.

Тем не менее Эд-2 настоял на том, чтобы птицефабрику разместили под землёй. Туда же он предложил перенести большую часть теплиц с земными растениями. Аргументы звучали разумно: стабильная температура, защита от возможных болезней местной флоры, экономия воды и энергии на климат-контроль.

На всякий случай я проконсультировался с нейросетью через «Мишку» и получил практически такие же рекомендации.

— Убедили, — проворчал я.

В конце концов, если уж строить колонию с нуля, то можно сделать её не только функциональной, но и красивой. Планировка постепенно начинала вырисовываться в моей голове. На западе тянулась цепочка гигантских деревьев, растущих вдоль скрытой подземной реки. На востоке возвышалась скалистая стена плато, внутри которой разместятся заводы, склады, энергостанции и резервный бункер-убежище.

В центре расположится жилой район, построенный для удобной и комфортной жизни людей.

Между прочим, к проекту дедовского коттеджа прилагался ещё и бассейн. Когда я увидел его в спецификации, то лишь фыркнул. Всё-таки дед собирался переселяться на Ангидрию — планету-пустыню. Там каждый литр воды пришлось бы учитывать отдельно.

Однако моя ситуация оказалась чем-то схожей в плане климатических особенностей. Район будущего поселения тоже нельзя было назвать особенно зелёным. Однако подземная река содержала столько воды, что её запасов хватило бы не на одну колонию. Повторный анализ подтвердил пригодность воды для питья, приготовления пищи и выращивания земных растений. Содержание минералов оказалось даже ниже, чем в большинстве земных источников, а значит очистка требовалась минимальная.

Если воды достаточно, то почему бы людям не жить по-человечески?

Пусть возле домов моего поселка появятся небольшие бассейны. В очередной раз пришлось корректировать строительный план. Нейросеть в лице «Мишки» ругнулась, причём его привычными словами:

— Эдвард! Ты меня ушатал. Но я скорректирую, — нагло заявил биоробот и вызвал у меня тоску по настоящему Михаилу.

Как же я по ним всем соскучился!

Посмотреть своими глазами на будущее поселение я выбрался только через месяц после посадки. Медицинский комплекс наконец признал моё состояние удовлетворительным и снял большую часть ограничений на физическую активность.

К тому времени из грузового отсека вывели второй припланетный катер, который до этого использовался исключительно для доставки оборудования. Я решил совместить проверку техники с небольшой экскурсией и несколько часов летал над окрестностями.

Чем дольше я смотрел на местность, тем сильнее удивлялся странному геологическому образованию, где собирался строить колонию.

Плато выглядело так, словно кто-то гигантским ножом срезал верхушку горного массива. Ровная каменная поверхность тянулась на многие километры и внезапно обрывалась вниз почти отвесной стеной. Даже с воздуха это место выглядело необычно, а уж после того, как я узнал о богатейших залежах металлов под плато, интерес к нему только усилился.

Наконец катер опустился рядом со стройкой. Точнее, не совсем рядом. Я специально выбрал площадку ближе к линии гигантских деревьев, которую разведчики обнаружили ещё в первые дни исследования планеты.

Когда шлюз открылся, я впервые оказался под открытым небом Ауры. Солнце светило почти так же, как дома. Разве что спектр казался немного более жёлтым, а небо чуть светлее привычного. Через несколько минут я почувствовал, как начинает припекать макушку.

— Припекает. Эд, подбери несколько моделей шляп и отправь бытовому принтеру на изготовление, — приказал я своему дублёру.

— Уже выполняется, — ответил тот.

Через секунду он добавил:

— И солнцезащитные очки рекомендую заказать. Уровень ультрафиолетового излучения на двенадцать процентов выше среднеземного.

— Вот и очки тоже, — подтвердил я и продолжил рассматривать окружение.

Повсюду поднимались облака пыли. Работали строительные машины, перемещались роботы, грузовые платформы тянули кабели и элементы будущих сооружений. Поселение пока не существовало, но его очертания уже угадывались.

И всё же больше всего меня впечатлили не стройка, а деревья. Сухие строки отчётов и близко не передавали их настоящего величия. Высота отдельных экземпляров достигала шестидесяти, а местами и восьмидесяти метров. Гладкие светло-серые стволы почти не имели боковых ветвей. Лишь на огромной высоте начиналась крона. Больше всего эти деревья напомнили мне земные секвойи. Именно такое название я и приказал занести в базу данных. Конечно, к настоящим секвойям они отношения не имели, но название подходило идеально.

Любопытно было и другое. В отчётах говорилось, что ширина зелёной полосы составляет от десяти до двадцати метров. Теперь я понимал, почему данные выглядели странно. Компьютер измерял ширину по кронам.

На самом деле на этих двадцати метрах зачастую рос всего один ствол. Реже два. Просто кроны гигантов настолько разрастались в стороны, что создавали иллюзию настоящего леса.