Страница 19 из 80
Привычных рыб я пока не нашёл. Местные формы жизни больше напоминали ракообразных или креветок самых разных размеров и строения. Более того, по данным нейросети, речные виды можно употреблять даже в сыром виде без серьёзного риска для человека.
Вот вдоль этой реки и стоит расселять людей.
Сколько в среднем человек может пройти за день? Допустим, двадцать пять километров. Если размещать поселения по сто человек, то разумно закладывать небольшие автономные точки вдоль всей линии через каждые двадцать–двадцать пять километров. С поправкой на рельеф, получается цепочка из поселений общей протяжённостью около двухсот пятидесяти километров.
Этого как раз хватало, чтобы связать горный район с месторождениями руды и прибрежную зону. Живая цепь посёлков, протянутая от условных металлов к морю. И ведь это была только половина людей, доставленных на Ауру.
Увеличив участок карты в месте впадения реки в море, я принялся изучать рельеф подробнее. Местность оказалась на удивление удачной. Никаких болот, топей или регулярно затапливаемых низин. Широкая долина, покрытая лесами и зарослями местной растительности.
Если расчистить часть территории и подготовить почву, здесь вполне можно наладить сельское хозяйство. Конечно, сперва придётся проверить, как земные культуры отреагируют на местную среду, но для этого я и тащил с собой столько семян, удобрений и лабораторного оборудования. Два или три поселения вполне можно ориентировать исключительно на выращивание продовольствия. Пусть обеспечивают овощами и фруктами всю колонию, не всю же жизнь им из молекулярного принтера питаться.
После этого я вернулся к подсчётам. Если вдоль реки разместить десять поселений по сто человек, в долине три сотни, то от первоначального числа колонистов останется примерно семьсот человек. Хотя нет, немного меньше. Человек десять или пятнадцать я собирался оставить при себе. Не в качестве прислуги, а как технический и научный персонал для собственного поселения. В отличие от остальных переселенцев, я мог позволить себе жить практически где угодно. Припланетные катера решали вопрос расстояний.
Когда понадобится соль, металл или какие-то образцы для исследований, я спокойно преодолею тысячу километров за несколько часов.
Тут я вспомнил ещё об одной проблеме, которую до сих пор откладывал на потом. На транспортнике находились не только такие люди, как Мария или Михаил, ставшие жертвами системы. Среди двух тысяч пассажиров наверняка имелись и самые настоящие преступники. Их биографии я пока не изучал. Спасибо хотя бы транспортной нейросети — доступ к личным делам заключённых она мне оставила. Просто времени на чтение этих материалов до сих пор не нашлось.
Селить всех подряд вперемешку было бы неразумно. Да, я собирался дать людям второй шанс, но превращать первую колонию в социальный эксперимент не хотелось. Поэтому часть переселенцев, вызывающих вопросы, лучше разместить отдельно. Не в тюрьме, конечно. От тюрем человечество и так не избавилось даже через сотни лет развития. Но хотя бы в некотором удалении от остальных поселений.
Снова я продолжил внимательно изучать побережье и довольно быстро нашёл подходящее место. Небольшая лагуна была почти со всех сторон окружена горами. По земным меркам они не выглядели серьёзным препятствием — максимум восемьсот или девятьсот метров высотой. Однако для пешего перехода такой рельеф всё равно создавал естественную изоляцию. При этом рядом имелась пресная вода, выход к морю и достаточно ровный участок земли для строительства. Если мои опасения насчёт некоторых пассажиров оправдаются, то лучшего места для их размещения не придумать.
Остальных переселенцев я распределил вдоль побережья моря, которое решил назвать Семейным. Название пришло совершенно неожиданно. Просто в какой-то момент я понял, что река на карте всё ещё оставалась безымянной. Недолго думая, я присвоил ей имя Марии. После этого назвать море как-то иначе уже не получилось.