Страница 12 из 14
Может, даже прощупывал комнату ментально, но на доступном мне уровне я не распознавала ничего подобного. Однако я не так сильна, как наставник Айрон – и могла что-то упустить.
“Ну естественно”, – закатил глаза в моих мыслях воображаемый Безупречный, – “какая же ты некомпетентная, Юми. Надо будет тебя высечь…”
Справедливости ради, наставник никогда меня не порол.
И даже не знаю откуда эти фантазии в моей голове…
Ох, прочь отсюда, странные мысли!
А тем временем профессор расслабился и, кажется, поверил, что они с Лаисой наедине. Эпизод подозрительности был лишь совпадением или же профессор Каэде хотел припугнуть Лаису?..
Я затаилась ещё лучше – мысленно покрыла себя тончайшим слоем магической пелены. Словно мантия невидимости легла на меня второй кожей. К этому у меня был маленький талант. Когда я не хотела – меня не замечали. Исключением был лишь мой наставник. Он говорил, что я грохочу как слон и хуже пелены невидимости, чем моя, ему ещё не попадалось!
И начинал тренировки с утроенным рвением.
А я потом неделю лежала пластом…
Прочь-прочь из моей головы, Наставник!
Но всё же благодаря изнуряющим персональным тренировкам моя пелена невидимости была не так и плоха. Объективно. Если не искать меня специально – не заметишь. Если не назвать по имени, сотворив магический пасс пальцами, пелена не спадёт. До тех пор, пока я сама не отвлекусь и не потеряю её…
А профессору и Лаисе и в головы не придёт звать меня по имени…
Они моё имя, скорее всего, не помнят. Или не знают…
А сейчас, возможно, я напала на след преступников. Надо всё разузнать и доложить Айрону. Так что я обратилась в слух.
– …Итак, Лаиса, – цедил Каэде, – твоя последняя работа отвратительна. Никуда не годится. Ты должна стараться лучше, если не хочешь, чтобы твой отец огорчился… Качество новых доставленных адептов всё хуже. Как ты это объяснишь? Может ты специально указываешь неверных кандидатов?!
Лаиса упрямо поджала губы. Отвела взгляд от Каэде, но почему-то ничего не сказала.
Ох… Что такое здесь происходит?!
Неужели они говорят о пропавших студентах? И при этом… Каэде и Лаиса заодно?
Профессор вдруг коротко хищно принюхался и выдал:
– Сегодня ты дважды подвела меня, Лаиса, – прошипел Каэде.
– Дважды?! – ахнула Лаиса.
– Да. Ведь из-за твоей никчёмности… нас сейчас подслушивает кто-то из адептов…
Я похолодела.
– Третий лишний, – неприятно оскалился Каэде, – выходи, кто бы ты ни был! Или пожалеешь!
В руках Каэде возник сияющий магическим огнём длинный хлыст, и профессор со свистом рассёк им воздух.
Мир вокруг исчез. Я оказалась во тьме.
Проморгалась. Но это не помогло. Я не училась защищаться от такой магии: взмахи странного хлыста меня ослепили!
Я осторожно, не издавая ни звука и удерживая свою невидимую пелену, двинулась из аудитории. Благодаря урокам наставника Айрона я умудрялась на слух уклониться от кнута Каэде. Профессор же, судя по свисту и щёлканью, всё поливал новыми магическими ударами пространство.
Я кое-как выскользнула из аудитории в коридор, отчаянно удерживая на себе заклятие магической мантии. Понемногу снова начинала видеть: но пока мир представлял собой больше пульсирующие всполохи света и тьмы.
Мне необходимо было отвлечь Каэде. Выиграть немного времени, чтобы суметь скрыться. Или хотя бы заставить колдуна-профессора на несколько мгновений утратить концентрацию. И не так уж важно как я это сделаю.
Решение пришло быстро. Простое. Человеческое. Я схватила практически на ощупь с постамента из ниши каменную статуэтку какого-то ёкая с кручёными рожками на лбу. То ли это великий маг, то ли видный учёный. Я понятия не имела. Просто влила в своё движение самой примитивной магии для силы и скорости. И запустила каменную статуэтку в витражное окно в противоположном конце коридорной галереи.
БАХ!
Звон стекла. Затем – кусающий кожу лица магический импульс, что прошёл по охранным заклятьям. А после – ощутимо потянулся пульсирующим тревожными узлами куда-то дальше по коридору… вероятно, чтобы взорваться тревожным сигналом в покоях у коменданта, у ответственных профессоров, у Ректора.
Щелчки магического кнута тут же стихли.
– Пошла вон, Лаиса, через вторую дверь, – я прекрасно расслышала злой шёпот Каэде в наступившей гробовой тишине.
Но вот беда – моя магическая мантия уже почти истаяла.
Потому я, толком не прозревшая, понеслась сквозными проходами и боковыми дверями через тёмные аудитории – просто доверившись чутью. Оно часто спасало мне жизнь ещё до того, как я попала послушницей в Храм Безупречных. И хотя я не так уж много деталей помню о прошлом – но это чувство: чутье, что ведёт бежать и прятаться. Его не забыть.
...Так я влетела в очередную комнату через незапертые двери. Я чуяла Каэде, идущего по моим следам как пёс-ищейка и отстающего от меня ровно на один поворот.
Смутным зрением я сумела различить: вон тот накрытый какой-то сине-чёрной тканью стол, с чуть отставленным пустующим креслом рядом, – идеальное место для укрытия! Ха! Полминуты в медитативной темноте, и я достаточно восстановлюсь…
Я юркнула под стол, толком не анализируя последствия. Но это явно было лучшее из возможного!
И едва я скрылась, поняла, что Каэде зашёл по моему следу в эти комнаты.
Прошёл точно шаг в шаг моей дорогой…
Остановился у стола и… ох…
Уже медленно, как палач-садист, что наслаждается беспомощностью жертвы, поднимает полог моего укрытия.
Меня обнаружат через три, два, один…
Но вдруг прозвучало жёсткое:
– Каэде! Я не понял… Для вас ректорские покои — это проходной двор? Я вас не вызывал.
И хоть я и сжалась комочком под столом – но испытала огромное облегчение, осознав, что... Во-первых, я спряталась в ректорских покоях и во-вторых, сюда только что вошёл наставник Айрон.
А за то, что чутьё привело меня окольной дорогой к его покоям я и вовсе вознесла быструю молитву Небу.
– Господин Ректор, – голос Каэде был холоден, но этот жуткий профессор как будто слегка смешался, – кто-то разбил окно в главной галерее. Сработала магическая сигнализация.
– И? – снова голос Айрона.
Представляю, как он скрестил на груди руки и презрительно прищурился.
Не знаю, съёжился ли внутри профессор, но мне в такие моменты с наставником всегда делалось немного не по себе.