Страница 15 из 16
– Если это огорчило вас, прошу прощения. Я никогда не считала, что вы мне не брат. Я просто ненавидела тех, кто сделал так, чтобы я больше не хотела называть вас братом.
Онемев от неожиданности, Мён мог лишь молча смотреть на сестру.
– Так что вам… Больше не нужно стараться стать моим настоящим братом.
Отослав придворных дам и служанок и оставив лишь главного евнуха снаружи, Мён уже несколько раз подносил к губам чашу с вином, но так и не сделал ни глотка. Наконец, слегка склонив голову в задумчивости, он пробормотал себе под нос, словно рассуждая вслух:
– Ты знаешь, что она за человек?
Соха, выйдя из боковой комнаты, ничего не ответила, лишь тихо опустилась перед небольшим столиком и внимательно слушала его голос, слегка приглушенный винными парами. Перед ней были аккуратно разложены кисти и листы бумаги, а рядом стояла тарелка, полная медовых сладостей.
– Мне было пятнадцать, а ей – восемь. К тому времени моя мать уже давно стала королевой, и я не первый год носил титул наследного принца. Но, несмотря на это, я все еще не осмеливался назвать ее просто по имени. Я звал ее так же, как в те времена, когда был просто принцем Ыйгваном: принцессой или юной госпожой.
Чаша была уже полна, но снова раздался тихий плеск льющегося вина. Капли стекали по краям, наполняя воздух густым ароматом сливы.
– Однажды я случайно подслушал, как придворные служанки шептались обо мне. Они говорили, что, став наследным принцем, я стал слишком надменным и теперь задираю нос. Мне стало горько. Я даже подумал, что, наверное, стоит почаще опускать голову, чтобы не давать поводов для таких сплетен. Но вдруг мимо меня, едва коснувшись плеча, проскользнула девочка в красной юбке. Я вздрогнул от неожиданности… Оглянулся и увидел Дам.
Заметил он или нет, но королевское одеяние уже промокло, а он все продолжал наливать вино, пока бутылка не опустела. Только тогда Мён снова заговорил:
– Она не спешила. Своей обычно сдержанной походкой подошла к этим служанкам и сказала… – Мён поднял свою чашу, будто собираясь чокнуться с Сохой. – «Вам жить надоело?»
Он залпом осушил чашу и громко рассмеялся:
– Ха-ха-ха! Вот такая она. Всего восемь лет, а храбрости и решительности у нее было больше, чем у многих взрослых мужчин.
Соха тоже многое знала о принцессе Чхонхэ. Как могла она не знать? Его высочество наследный принц Мухон лелеял и оберегал свою сестру больше всех на свете.
– Характер у нее всегда был в точности как у Мухона, будто ей нарочно хотелось показать, что они родные брат и сестра… – Мён рассказывал с воодушевлением, но внезапно осекся и осторожно взглянул на Соху, проверяя ее реакцию. Но девушка оставалась совершенно бесстрастной, сидела молча, словно пустая оболочка, в которой не осталось ничего живого.
Пошатываясь, Мён поднялся и направился к столику, за которым сидела Соха.
– Такая несгибаемая девочка пришла ко мне с просьбой. Ты, наверное, все слышала. Но есть в этом что-то странное. Дам, которая десять лет даже не думала покинуть Чхангёнгун хотя бы на час, вдруг просит отправить ее во дворец Яксу. И потом, она так мягко называла меня «ваше величество», так почтительно говорила «благодарю за вашу милость»…
Аромат сливового вина становился все сильнее, пока наконец не сгустился и напротив столика.
– Еще несколько лет назад она смотрела на меня так, будто готова убить. В день моей свадьбы я снял с нее запрет на выход в свет, но она отказалась. Сказала, что она преступница и сознательно не делает ни шага за пределы Чхангёнгуна. А теперь вдруг говорит, что считает меня братом. Тебе не кажется это странным?
Мён, чуть прищурившись, внимательно наблюдал за Сохой, а затем внезапно протянул руку. Но та мгновенно вскочила, будто избегая прикосновения, быстро обошла его и села за спиной. Король устало и почти обреченно усмехнулся, а потом медленно опустил руку, так и не найдя ей места.
– Я столько раз говорил, что удобнее держаться за руку. Но ты по-прежнему предпочитаешь касаться спины. Упрямица. Ты ведь знаешь, что это ложь – якобы чем ближе к сердцу, тем сильнее твои предвидения. И все равно позволила мне в это верить.
Соха слушала его рассеянно, словно вовсе не придавая значения словам. Она молча подняла руку, действительно коснулась его спины и медленно закрыла глаза. Обычные повседневные сцены начали проникать в ее сознание, словно впитываясь сквозь ладонь: кто-то занимается государственными делами, кто-то принимает пищу, кто-то навещает королеву-мать.
Но вдруг появилось одно отчетливое видение.
«Принцесса утонула?! Как это случилось?!»
Голос Мёна, кричащего на придворных дам и служанок, обрушился на ее голову, словно громовой удар.
Опять… Сколько раз она уже видела это?
Когда ее пальцы медленно соскользнули со спины Мёна, он тут же спросил:
– Ты что-то увидела?
Соха вернулась к столику и спокойно вывела несколько иероглифов: «Ничего необычного».