Страница 9 из 15
Не сказать, что я видел много поцелуев. Но сама идея обмениваться слюной с кем-то, тем более с ненавистными мне землянками, не вызывала ни малейшего восторга. Даже наоборот – сплошное отвращение.
А тот единственный поцелуй, который у меня случился раньше, тоже не оставил никаких приятных впечатлений.
Землянка императора (кстати, тоже та ещё взбалмошная девица) решила что-то там для себя проверить и поцеловала меня. Но тогда от нашего прикосновения меня насквозь прошило волнами императора, которые в ней уже были. Так что кроме боли и злости я ничего не почувствовал. Уж тем более – ничего приятного.
И то, что происходило сейчас, это просто небо и земля.
Неспешный, влажный, откровенный поцелуй, который всё длился и длился, наши сплетённые тела, поглаживающие друг друга, смешение наших запахов и… Её тихий стон, когда подействовали феромоны в моей… Стоп.
Это у других рай-ши в слюне и других биологических жидкостях были феромоны, которые заставляли землянок испытывать желание. У меня ничего такого не было и близко. Никогда. Поэтому на неё просто нечему было действовать.
Я даже чуть отодвинулся, взглянув на неё, но землянка этого не заметила. Потеряв мои губы, она стала целовать мой подбородок и мою шею, чем поразила меня снова. Ведь если судить по её поведению и виду, она точно испытывала ко мне желание! Но как?…
Почему это вообще происходило, понять я не мог. Представить, что эта сумасбродная девица искренне желает целовать меня и прижиматься ко мне – тоже. Ну кто бы в здравом уме и доброй памяти желал?
Прочем, с её умом и памятью явно были проблемы. Так что на это как раз можно сделать скидку… Но что было ещё более странно – это что меня самого тянет к ней так, что я просто не могу даже сделать попытку это исправить.
Очевидно, моё тело реагировало на неё ещё до того, как мой мозг сообразил, зачем и почему. Так как прежде со мной никогда не случалось подобного, я даже не сразу сообразил, что именно происходит с этой моей частью тела. Хотя в теории, конечно, понимал, как всё должно происходить. Но одно дело знать, другое – ощущать.
И если реакцию тела ещё можно было бы списать на то, что мой организм каким-то чудом, например, почувствовал подходящий сосуд и «проснулся», то что с моим мозгом? Почему мне нравится и хочется наблюдать, как она целует меня. Как она извивается в моих руках, совершенно доверяя, что я не разожму их и не позволю ей уйти на под воду, ведь сейчас её ноги так и не касались дна. Почему меня так клинит на её запахе? Почему я хочу снова касаться её губ? Почему я хочу… большего?
Даже сам толком не понимая, чего именно. Просто чувствую, что мне мало того, что есть. Что хочу… не знаю… То ли оказаться в ней целиком, то ли её запихать куда-то в себя…
Додумать она мне снова не дала, опять находя мои губы своими влажными от воды. И я опять не смог устоять, принимаясь целовать её в ответ тоже с неменьшей страстью. И уже не только её полустоны звучат над гладью водоёма, но и мои, которые не могу удержать – настолько это всё горячо и приятно!
Неужели с землянками настолько приятно целоваться?! Ну не может же такого…
Ох, чёрт…
Извиваясь, она задела своим бедром самую напряжённую и чувствительную сейчас часть моего тела. И того ей показалось мало, поэтому она ещё об неё и потёрлась. А так как я совершенно не умею пока это контролировать, то снова произошло то же, что было в космолёте, когда она наглаживала мой хвост…
Я испытал необъяснимое облегчение и непередаваемое удовольствие одновременно, когда это случилось сейчас. Будто бы на краткий миг ты ощущаешь свободный полёт – настолько от восторга захватывает дыхание. Настолько в груди замирает стон. По телу проходятся электрические импульсы и…
Я распахнул глаза от ужаса, когда понял, что на этот раз мои волны вырвались наружу.
Смертоносные, жуткие, которые мог бы пережить разве что командор или император – все они устремились тотчас к землянке, которая постанывала в моих руках, не подозревая, что доживает последнее мгновение своей…
Стоп.
Мои глаза распахнулись шире, и я им не поверил, когда увидел, как все до единой волны впитались в неё, не нанеся ни малейшего вреда. Более того ментально я потянулся к ней, ощутив в ней вполне себе полный резерв… Полный от моих волн. Она так легко их приняла. Впитала. И пока я нахожусь в шоке, продолжает целовать мои плечи…
- Я тоже… хочу… - услышал вдруг её бессвязное мурлыканье, и если честно, вообще не понял, чего она хочет…
Мне бы переварить, что я внезапно обзавёлся сосудом…
Нет, я знал, что её тело готово. Она уже была на станции. Так что это не стало открытием. Но вот что действительно было странно – привязка, которая возникла от одного поцелуя, да ещё и в полном объёме. Ни один нормальный рай-ши в первый раз не отдаст сосуду так много волн. Это опасно. Для её жизни, разумеется.
Но моя рыжая заноза, кажется, ничего и не почувствовала, будучи увлечённой другим. Теперь она снова потиралась о меня своим лоном, и я ощущал, как скользит по моей коже тонкий кусочек ткани, который заменяет ей бельё… И тут же я поймал себя на вот этом «моя». И взбесился.
Я вижу её первый раз в жизни. Она уже унизила меня. Она ужасно странная. И у неё что-то с головой, очевидно. Она сама не ясным образом стала моим сосудом. Без моего желания! И я не собираюсь это принимать! И спускать ей с…
Руку мою она поймала сама и уложила себе на тот самый кусочек ткани. От её наглости я снова растерялся. А потом и дар речи потерял от того, что случилось дальше. Лишь от одного этого прикосновения, она кажется тоже кончила… По крайней мере откинула голову назад, зажмурившись и закричала, ещё больше прижимаясь ко мне и содрогаясь всем телом…
И как бы я не презирал её, но не мог не думать, что это было самое красивое, что я когда-либо видел в своей жизни… И я смотрел-смотрел-смотрел, будто бы хотел запомнить этот миг до мельчайших подробностей. И одна моя рука покорно лежала там, куда она её положила. А вторая придерживала её за талию, чтобы землянка не утонула в своём экстазе…
Спустя пару минут же она снова пришла в себя, глядя на меня полупьяным взглядом. Ласково мне улыбнулась и чмокнула в щёку.
- Ну всё, накупались же? Пошли домой, - сказала буднично, давая мне знак плыть к берегу.
Самым тупым было то, что я молча поплыл.
Конечно же, вместе с ней…
А когда мы вышли на берег, я вдруг осознал ещё одно. Её не только не смущала моя нагота, более того – она ещё и пристально рассматривала меня. Обстоятельно так. С любопытством.