Страница 70 из 82
Глава 11
Босс без короны
Глава 11. Босс без короны
И впервые он сделал это без спора.
Не просто промолчал, чтобы через пять секунд выдать новую версию своего решения. Не сделал вид, что уступил, пока в голове уже перестраивает мой маршрут, расписание и судьбу презентации. Не посмотрел на меня тем самым взглядом владельца стеклянной башни, который привык, что люди либо соглашаются сразу, либо соглашаются после паузы.
Он действительно слушал.
Сидел в первом ряду переговорной «Стратегия» — не во главе стола, не у экрана, не в центре комнаты, где его присутствие автоматически превращало всех остальных в приложения к его воле, а сбоку, с ноутбуком на коленях и чашкой кофе, которую принёс сам.
Сам.
Лика, когда увидела, как Кирилл Грант ставит передо мной стаканчик и спрашивает:
— Вам с молоком, как обычно?
— Да, спасибо.
Она чуть не уронила ноутбук.
Полина посмотрела на неё с пониманием.
— Первый раз?
— Чтобы Кирилл Аркадьевич сам принёс кому-то кофе? — прошептала Лика. — Это не первый раз. Это исторический раз.
— Сохраняйте спокойствие, — сказала Полина. — Империи меняются медленно. Обычно через кофе и унижение презентаций.
— Каких унижений? — спросил Кирилл, открывая крышку своего ноутбука.
— Ваших графиков, — ответила я. — Мы сейчас будем их резать.
Он посмотрел на слайд, где строгими буквами было написано:
«Коммуникационная устойчивость как фактор инвестиционной привлекательности»
.
— Это хороший рабочий заголовок.
— Для человека, который хочет, чтобы зал мысленно лёг лицом на стол через тридцать секунд.
— Преувеличиваете.
Полина подняла руку.
— Я уже лежу. Мысленно. Очень ровно.
Лика кивнула:
— Я тоже. Но корпоративно.
Кирилл перевёл взгляд на них, потом на меня.
— У вас скоординированная атака.
— Нет, — сказала я. — Просто правда пришла с разных сторон и в удобной обуви.
Он откинулся на спинку стула.
— Хорошо. Режьте.
Вот так просто.
Я даже маркер в руке чуть крепче сжала.
— Вы сейчас серьёзно?
— Да.
— Без защиты слайда?
— Он неидеален.
Лика закрыла лицо ладонями.
— Что? — спросил Кирилл.
— Ничего. Я просто присутствую при взрослении руководителя.
— Лика.
— Молчу.
Полина наклонилась ко мне и тихо сказала:
— Смотри, какой полезный. Уже можно выпускать в люди с поводком из протокола.
— Полина.
— Что? Я за безопасность общества.
Работа пошла странно легко.
Не потому что слайдов было мало. Нет. Их было слишком много. У презентации Кирилла Гранта было всё, что обычно любят люди, уверенные в силе диаграмм: цифры, графики, прогнозы, структура, холодная красота и полное отсутствие воздуха. На каждом слайде чувствовалась мысль: «Если вы не поняли, вы недостаточно компетентны».
Я написала на доске три слова:
Ошибка. Доверие. Выбор.
Кирилл прочитал молча.
— Это каркас? — спросил он.
— Это история.
— У нас инвестиционная презентация.
— У вас была инвестиционная презентация. Теперь будет разговор с людьми, которым нужно понять, можно ли вам доверять после публичного скандала.
— Они пришли за сделкой.
— Они пришли за уверенностью, что эта сделка не развалится на первом же человеческом конфликте.
Он задумался.
Не спорил.
Снова.
Я уже начинала подозревать, что где-то в здании действительно открылся новый отдел: «Кирилл Грант. Версия без короны. Тестовый режим».
— Значит, начинаем с ошибки, — сказал он.
— Да.
— Моей?
— Нашей.
Он поднял глаза.
— Не берите лишнее.
— Не отдавайте мне меньше.
Мы посмотрели друг на друга поверх стола.
Полина тихо сказала Лике:
— Видишь? Вот поэтому им нельзя давать общую доску. Они превращают флипчарт в эмоциональное поле боя.
— Зато красиво, — прошептала Лика.
— Да. Непрактично, но красиво.
Я сделала вид, что не слышу.
— Мы начинаем с того, что компания пережила кризис доверия, — сказала я. — Не прячем. Не оправдываемся. Не делаем вид, что все пришли обсуждать только цифры, а вчерашний скандал был природным явлением, которое случайно задело стеклянную башню.
— Слово «скандал» в презентации? — уточнил Кирилл.
— Нет. В презентации — «кризис доверия». Слово «скандал» оставим для внутреннего пользования и Полины.
— Я уже использую, — сказала Полина. — Часто.
— Потом, — продолжила я, — вы выходите и признаёте ошибку. Коротко. Без самобичевания. Без героической попытки взять весь мир на плечи и выглядеть при этом как памятник ответственности.
— Я не выгляжу как памятник.
Лика кашлянула.
Полина потянулась за печеньем.
Я посмотрела на него.
— Кирилл.
Он вздохнул.
— Хорошо. Иногда выгляжу.
— Иногда? — уточнила Лика.
— Лика.
— Молчу.
— После вашего признания, — сказала я, — я говорю о том, что доверие измеряется не отсутствием ошибок, а поведением после них. Что партнёрство — это не только цифры и договоры, но и способность видеть людей, слышать неприятное, признавать границы и не строить коммуникацию на страхе.
Кирилл смотрел на доску.
— Это будет удар по моему прежнему стилю управления.
— Да.
— Публичный.
— Да.
— В присутствии совета.
— Да.
— Вадим будет доволен.
— Нет.
Он поднял глаза.
— Почему?
— Потому что вы скажете это сами. Не под его давлением. Не как оправдание. Не как поражение. Как выбор.
Кирилл молчал долго.
Потом сказал:
— Понятно.
— Нет, — поправила я мягко. — Пока нет. Но уже близко.
Он посмотрел на меня с таким выражением, что мне пришлось быстро повернуться к доске и сделать вид, будто я чрезвычайно увлечена словом «доверие».
Ночь действительно ушла на презентацию.