Страница 69 из 98
Глава 32. Просто дождаться утра…
Единственное, что начинало настораживать — Фэнфан слишком уж глубоко погрузилась в свою роль.
Её руки соскользнули с моих плеч именно в тот момент, когда, наоборот, уже можно было перестать притворяться. Они безвольно повисли вдоль тела, словно у неё больше не осталось сил держаться за меня.
Я нахмурился. Может, решила, что за нами всё ещё следят. Что ж, это было вполне в её духе. Даже сейчас продолжать играть до последнего.
Я донёс её до повозки и осторожно поднялся с ней внутрь. Она всё так же лежала у меня на руках, не открывая глаз.
— Ваше Высочество, мне остаться? — неуверенно спросила Чуньхуа.
— Нет.
Служанка тут же выскочила наружу. Дверца закрылась и повозка тронулась.
Наконец-то. Мы остались одни. Я усмехнулся.
— Всё, можешь прекращать.
Ответа не последовало.
— Эй.
Я попытался усадить её ровнее.
Но вместо этого она неожиданно завалилась в сторону, словно тряпичная кукла.
Голова беспомощно качнулась. Я едва успел её подхватить.
— Осторожнее...
Пробормотал скорее себе, чем ей, и притянул обратно к плечу.
— Эй, очнись уже.
Я слегка похлопал её по щеке.
— Мы одни. Никого нет.
Моя ладонь замерла. Щека была горячей. Очень горячей. Я нахмурился и приложил руку ещё раз.
Нет, не показалось.
Горячая.
Слишком.
В груди шевельнулось какое-то неприятное чувство.
Я резко коснулся её лба.
И тут же выругался про себя.
Лоб был ещё горячее. Будто раскалённый. Я схватил её за плечи и осторожно прислонил к стенке повозки, пытаясь заглянуть в лицо.
Никакой реакции. Глаза закрыты, ресницы даже не дрогнули. Губы слегка приоткрыты. Дыхание тяжёлое.
Я ещё раз коснулся её лба. Потом щеки. Потом снова лба. Словно надеялся, что ошибся. Но кожа продолжала буквально обжигать пальцы.
Все мысли о спектакле исчезли мгновенно.
— Кто-нибудь! Быстро сюда!
Дверца тут же распахнулась. Внутрь протиснулась Чуньхуа.
— Ваше высочество!
— Быстро рассказывай, как сегодня чувствовала себя принцесса.
Служанка побледнела. И начала сбивчиво рассказывать.
С самого утра принцессе нездоровилось. Она мёрзла. Была слабой. Почти ничего не ела. Ещё до выхода из павильона выглядела плохо.
Чем дольше я слушал, тем сильнее хотелось кого-нибудь придушить.
Например, эту служанку. Или Вэньмина. Или обоих сразу.
И это мои люди?
Кто вообще их подбирал?
Почему никто не доложил мне раньше? Почему ее не остановили…
Где носит Вэньмина? Он должен был сообщить о её состоянии ещё утром.
Я раздражённо сжал кулак.
Проклятье. Получается, всё это время она не играла. Она действительно была больна. И всё равно пошла через весь дворец под дождём.
Я снова коснулся её лба.
Горячая.
Слишком горячая.
Неприятная тревога впервые по-настоящему поднялась внутри. Но я тут же заставил себя успокоиться.
Нет. Ничего серьёзного. Просто простуда. Обычная простуда после дождя. Сейчас доставим её к лекарю.
Дадут лекарства. Пару дней отдыха. И всё будет хорошо.
Должно быть хорошо.
Но после разговора сначала с императорским лекарем, а потом и с моим собственным стало окончательно ясно, что всё далеко не так хорошо, как я пытался себя убедить.
Особенно мне не нравилось одно. Фэнфан до сих пор не приходила в себя. И, судя по лицам лекарей, именно это беспокоило их больше всего.
Лихорадку они ещё могли объяснить. Слабость тоже. Но то, что она уже столько времени находилась без сознания, никому не нравилось.
Её пытались поить какими-то настоями от жара, меняли отвары один за другим, прикладывали холодные компрессы, жгли благовония, читали рекомендации из старых медицинских трактатов, но всё это почему-то не помогало.
Наоборот.
Казалось, с каждым часом её тело становилось только горячее. Меня, разумеется, выставили за дверь.
Лекари заявили, что принцессу необходимо переодеть, обтереть, сменить постельное бельё и провести ещё какие-то процедуры, названия которых я даже не запомнил.
Поэтому оставалось только ждать. Ждать доклады из ее покоев. Самое ненавистное занятие на свете.
Императорский лекарь оставался в её покоях до самой ночи. Потом пришел ко мне с докладом. Но я услышал лишь то, что уже начинал ненавидеть.
— Сейчас остаётся только ждать, Ваше Высочество. Всё необходимое уже сделано.
Только ждать.
Словно это было так просто. Словно ожидание могло хоть что-то исправить. Я проводил его взглядом и сразу направился обратно к её покоям.
У Фэнфан служили мои люди.
Поэтому после ухода императорского лекаря никто не посмел меня остановить. Да и если бы попытались — мне было бы всё равно.
К демонам правила.
Я хотел лично увидеть, как она. Убедиться собственными глазами. Потому что происходящее переставало укладываться у меня в голове.
Что может быть настолько сложного в лечении обычной простуды?
В детстве я болел десятки раз. После тренировок падал в ледяную реку. Проводил ночи под дождём во время походов. Мёрз в горах.
Но не помнил, чтобы когда-то из-за этого лежал без сознания.
Может быть, лекари что-то упустили? Или просто не знают, что делать?
Эта мысль нравилась мне не больше остальных.
Когда я вошёл в покои, внутри горела всего пара ламп. Воздух был тяжёлым от запаха лекарств и трав.
Чуньхуа сидела возле кровати. Она сняла с её лба влажную ткань, опустила её в таз с водой и снова осторожно положила обратно.
Я невольно поморщился. Помнил эту процедуру ещё с детства. Помнил, как ненавидел эти холодные мокрые тряпки.
Как сбегал от нянек. Как прятался от лекарей. Как устраивал настоящие сражения только ради того, чтобы меня ими не мучили.
Но Фэнфан даже не шевельнулась. Она лежала совершенно неподвижно.
Я подошёл ближе. Чуньхуа заметила меня и тут же вскочила на ноги.
— Ваше Высочество...
Она поспешно поклонилась. Я остановил её коротким жестом. Сейчас у меня не было желания слушать ее оправдания.
Да и если честно, видеть её тоже не хотелось. Потому что часть вины лежала и на ней. Она должна была остановить принцессу.
Должна была заметить раньше. Должна была хотя бы попытаться. Но вместо этого позволила ей бродить под проливным дождём.
Раздражение снова поднялось внутри. Я приказал ей ждать в соседней комнате. Когда дверь закрылась, в покоях стало непривычно тихо.
Я подошёл к кровати и сел рядом.