Страница 66 из 98
Глава 31. Бла-бла-бла
— Прекрати вести себя неподобающе.
Я раздражённо убрал её руку от своего лица. Неужели она совсем не понимает, как это выглядит со стороны? Посреди императорского двора. На глазах у стражников, евнухов и половины дворца. Она сидит передо мной чуть ли не в луже, держит над нами зонт и гладит меня по щеке так, словно мы находимся не возле покоев императора, а где-нибудь в саду наедине.
Её пальцы были ледяными. Настолько холодными, что даже сквозь промокшую кожу я отчётливо почувствовал это прикосновение.
Я отпустил её руку и нахмурился.
— Встань и немедленно возвращайся к себе.
Если честно, сейчас я злился в первую очередь на самого себя. На то, что опять позволил ей приблизиться слишком близко. На то, что опять отвлёкся. На то, что каждый раз рядом с ней начинаю вести себя совершенно не так, как должен.
Иногда мне действительно начинало казаться, что в неё вселился какой-то дух. Другого объяснения происходящему я просто не находил. Не может обычный человек настолько влиять на чужое душевное равновесие.
— Ты чего такой злой? — устало спросила она.
Я посмотрел на неё и неожиданно понял, что не знаю, какой из ответов выбрать. Потому что вариантов было слишком много.
Потому что ты пришла сюда.
Потому что делаешь то, чего делать не должна.
Потому что из-за тебя я стою здесь на коленях.
Потому что ты сводишь меня с ума.
Потому что...
Я оборвал собственные мысли.
— А сама как думаешь?
Она поморщилась, словно вопрос требовал от неё непосильной умственной работы.
— Если бы я могла думать, я бы не спрашивала.
Я замер. Несколько секунд просто смотрел на неё. Что это вообще был за ответ? И что именно она хотела этим сказать?
Но потом до меня неожиданно дошло: она сказала именно то, что чувствовала. Точнее, именно то, что не думала. Без намёков. Без скрытого смысла. Без попытки что-то из себя изобразить. Просто честный ответ. Если бы могла думать — не спрашивала бы.
Я представил, что было бы, начни она ещё и думать перед своими поступками. Пожалуй, это уже звучало как прямая угроза государству.
Пришлось отвернуться. Иначе она бы заметила, как я пытаюсь не улыбнутся.
— Ладно, вижу, у вас тут и без меня всё хорошо, ваше высочество...
Она наконец попыталась подняться.
Ну вот. Оказывается, иногда думать она всё-таки умеет. От этой мысли я почему-то испытал почти удовлетворение, словно это было результатом моих воспитательных усилий.
Хотя скорее всего случайность. И очень редкая.
Но стоило ей подняться, как вся эта разумность сразу куда-то исчезла.
Её качнуло.
Потом ещё раз.
После чего она без малейшего смущения ухватилась за моё плечо. Затем за второе. И начала использовать меня как подпорку.
Я недовольно нахмурился.
Невероятно.
Даже уходить она умудряется с нарушением всех возможных правил.
Если бы кто-нибудь сейчас составлял свод дворцового этикета специально для Фэнфан, получился бы весьма объёмный труд.
Я уже поднял голову, собираясь высказать всё, что думаю по поводу её поведения.
Но она меня опередила.
— Знаю, знаю...
Она заговорила громким шёпотом
— Это неприлично. Принцессы так себя не ведут. Дворцовый этикет. Правила. Традиции...
Она неопределённо махнула рукой.
— Бла-бла-бла...
Я замер.
Что значит «бла-бла-бла»? Это вообще слова? Заклинание? Особая форма оскорбления? Или очередное выражение, смысл которого понимает только она сама?
На мгновение мне даже захотелось спросить. Потому что чем дольше я общался с Фэнфан, тем больше убеждался, что половину времени она разговаривает на каком-то собственном языке.
— Можете не продолжать, — она устало махнула рукой, на мгновение убрав её с моего плеча. — Я уже ухожу…
Судя по тому, как она это сказала, она искренне считала, что сейчас оказывает мне огромную услугу.
Вот только уходить у неё получалось подозрительно плохо.
Её опять качнуло. И вместо того чтобы отойти, она почему-то начала хвататься за меня ещё сильнее.
Я нахмурился. Что с ней происходит? Почему её так шатает?
Я поднял голову, желая внимательнее рассмотреть её лицо.
Но времени на разглядывания мне не дали.
Потому что в следующий момент она начала заваливаться прямо на меня.
Пришлось быстро перехватить её за талию. Иначе она бы просто рухнула сверху.
Что, учитывая количество свидетелей вокруг, окончательно похоронило бы и мою и её репутацию. Хотя, если подумать, хоронить там уже было особенно нечего.
Зонт опасно качался в её руке. При каждом порыве ветра его ручка исправно тыкала меня в плечо. А вода с края зонта стекала прямо на лицо.
Я терпел.
Пока мог.
Потом начал всерьёз задумываться, не отобрать ли у неё это орудие пыток.
Потому что от дождя он сейчас совершенно не спасал.
Наоборот.
Создавалось впечатление, что его основная задача вовсе не защищать от непогоды, а делать моё наказание максимально некомфортным.
Интересно, она всё-таки собирается уходить? Или так и будет шататься здесь от каждого порыва ветра?
Будто отвечая на мои мысли, зонт наконец выскользнул из её пальцев и плюхнулся в лужу.
Я даже испытал некоторое облегчение. По крайней мере бить меня им перестали.
Но радость оказалась недолгой. Потому что теперь Фэнфан уже совершенно откровенно опиралась на мои плечи.
И смотрела на меня с таким искренним удивлением, словно сама не понимала, каким образом оказалась настолько близко.
Да уж.
Картина получилась просто великолепная.
Теперь я не только любитель борделей и соблазнитель служанок. Кажется, к титулу соблазнителя служанок скоро добавятся ещё несколько весьма интересных прозвищ.
— Наверное... мне всё же не стоило приходить...
Какая неожиданно здравая мысль.
Наконец-то.
Я даже почувствовал нечто похожее на облегчение. К сожалению, радовался я слишком рано.
Потому что сразу после этих слов она наклонилась ещё ближе. Непозволительно близко. Обнимая меня за плечи и медленно съезжая вниз.
Именно тогда меня впервые кольнуло неприятное чувство.
Что-то было не так.
Не в её поведении.
К подобному я уже начал привыкать.
Что-то было не так с ней самой.
Её движения стали слишком медленными. Слишком вялыми. Она словно не замечала, что происходит вокруг.
Я внимательно посмотрел ей в лицо.
Щёки были подозрительно красными.