Не та героиня этой дорамы 3

Глава 21. Чокнутая

Я смотрел, как она медленно побрела к кровати, и только сейчас по-настоящему осознал, насколько она, должно быть, устала.

Конечно.

Она ведь совсем не привыкла к подобным вылазкам. Я невольно начал мысленно прокручивать весь её день. Даже для хорошо подготовленного человека всё произошедшее оказалось бы непростым испытанием.

А для маленькой принцессы, которая почти всю жизнь провела в поместье и для которой самым дальним путешествием была дорога от поместья князя до резиденции первого принца, это, должно быть, стало настоящим испытанием.

И это не считая всего остального, через что ей пришлось пройти сегодня. Перед глазами снова всплыли воспоминания из кабинета.

Её безрассудная страсть.

Сумасбродство.

То, с какой лёгкостью она разрушала все границы, которые я пытался удержать.

Я на мгновение прикрыл глаза, прогоняя эти образы. Тот неудержимый вихрь, который ещё недавно переворачивал всё вокруг, сейчас неподвижно лежал на кровати. Я тихо подошёл ближе. И снова остановился, внимательно рассматривая её. Что скрывается в этой безумной голове?..

Зачем ей так нужна эта свадьба? Что она надеется получить?

Кто стоит за ней? И почему она с такой лёгкостью рискует собой?

Слишком много вопросов, и ни одного ответа.

Я до сих пор даже приблизительно не понимал, зачем она вообще всё это делает.

И вот сейчас… Если она действительно шпионка, то почему ведёт себя настолько беспечно?

Почему постоянно забывает скрывать эмоции? Почему говорит то, чего говорить не должна? Почему смотрит прямо, без страха и расчёта?

Я сделал ещё один шаг ближе. Она просто крепко спала. Совершенно беззащитно. Без всякого притворства. Даже не пытаясь выглядеть «правильной» принцессой. Тихо сопела, чуть приоткрыв рот, как уставший ребёнок, который заснул раньше, чем успел добраться до подушки.

Я невольно замер, продолжая смотреть на неё.

Странная.

Ещё совсем недавно сводила меня с ума своими выходками, а теперь спала так спокойно, будто весь мир не способен причинить ей вред.

Я осторожно присел на край постели и снял с неё туфли… Конечно, правильнее всего было бы просто дождаться служанку, чтобы она сделала всё это. Но почему-то мне до безумия хотелось сделать это самому. Хотелось еще раз, без лишних свидетелей, прикоснуться к ней.

Я медленно стянул тонкие носки с её ног, стараясь не разбудить. И в этот момент совершенно некстати вспомнил, как совсем недавно эта самая ножка медленно скользила по моей ноге, когда я перебинтовывал ее ноги

Я невольно замер.

Слишком ярко. Слишком отчётливо. Будто тело запомнило это лучше разума. В этот момент дверь тихо открылась, и в комнату вошла служанка с подносом, на котором стояли чай и закуски. Я сразу поднялся и почти инстинктивно закрыл принцессу собой.

— Оставь здесь, — негромко приказал я, указав на столик. — И жди снаружи. Никуда не уходи.

Служанка быстро поставила поднос и поклонилась.

— Завтра через Вэньмина передашь, как самочувствие принцессы, — негромко добавил я ей вдогонку.

Служанка еще раз поклонилась и вышла, тихо прикрыв за собой дверь. В ней я был полностью уверен. Она — мой человек, преданный и проверенный годами. Охрана за дверью тоже была из моих людей.

Я повернулся назад к кровати. А вот насчет принцессы… Если быть честным — я уже начинал сомневаться даже в собственной способности сохранять рядом с ней здравый смысл.

Я снова сел рядом и осторожно переложил её чуть выше на кровати, чтобы ноги больше не свисали вниз.

Эти ноги…Почему мысли о них снова и снова возвращались мне в голову? И почему воображение упорно дорисовывало то, что она могла бы сделать ими, если бы я тогда её не остановил?..

Я медленно выдохнул, пытаясь отогнать ненужные мысли, и потянулся через неё за одеялом.

Принцесса тихо заворочалась во сне и неожиданно повернулась ко мне.

Я замер. Она была так близко. И внутри опять болезненно вспыхнуло это проклятое чувство:

Неправильно. Так нельзя. Нечестно по отношению к ней. Я застыл, затаив дыхание и жадно разглядывая её лицо.

Сейчас она была абсолютно беззащитна. Не кривила капризно губы, не строила свои невозможные рожицы, не дерзила мне напропалую. Просто тихо лежала.

Это было так на неё не похоже. Дико, непривычно видеть её такой — не выдумывающей прямо сейчас очередные сумасшедшие планы, не выдающей дерзкие ответы. Не видеть этих её невероятных глаз, которые постоянно — так нагло и так прямо и совершенно бесстыдно — смотрят в мои.

Она просто тихо спала.

И это было настолько непривычно, что я невольно продолжал её рассматривать.

Слишком тихая. Слишком спокойная. Совсем не похожая на тот хаос, который обычно приносила с собой. И почему-то именно сейчас мне стало особенно ясно, насколько сильно она успела изменить всё вокруг меня.

Я осторожно подтянул одеяло и укрыл её. А потом сам не понял, зачем задержался. Вместо того чтобы уйти, как было бы правильно, я подложил руку под голову и лёг рядом поверх покрывала, продолжая молча смотреть на неё.

Странное чувство. Вот так просто лежать рядом с кем-то. Засыпать. Просыпаться. Слышать чужое дыхание в тишине ночи.

Я никогда прежде не задумывался о подобных вещах. Наверное потому, что в моей жизни подобному просто не было места. Если бы ещё можно было до конца понять её…понять, чего она добивается на самом деле. И быть уверенным, что всё происходящее — не очередная игра.

Я внимательно рассматривал её лицо, пытаясь спокойно проанализировать собственное поведение.

Но выводы, к которым приходил, мне совершенно не нравились.

Поэтому я снова и снова отбрасывал их, пытаясь искать другие объяснения. Более разумные. Более безопасные.

Я пытался выстроить логику её поступков. Найти цель. Понять, к чему она ведёт.

Но каждый раз всё заходило в тупик.

И снова в памяти всплывали её странные слова про другой мир.

Тот бессвязный бред, который она говорила под действием афродизиаков.

Про себя. Про первую принцессу. Но первая принцесса была другой.

Тихой. Сдержанной. Учтивой.

Я никогда не видел, чтобы она вела себя настолько безрассудно. Единственное, что разрушало этот образ…Это то, с какой яростью она всегда защищала тогда еще свою служанку. Служанку, которая, если задуматься, никогда и не вела себя как настоящая служанка.