Страница 11 из 98
Глава 6. Прости
Ну что же это такое?
Внутри всё еще неприятно тянуло, а в голове крутилась только одна мысль: «И это всё?».
Где обещанные небеса в алмазах?
Где этот хваленый восторг, о котором строчат в каждом любовном романе?
Где мои десять оргазмов, как у нормальных героинь в книгах?
Где мой опытный любовник, который одним движением снимает всю боль и дарит блаженство?
Я уткнулась в плечо своему горе-любовнику, переводя дыхание.
М-да
Нужно было хоть самой себя подготовить. Не думала, что это может быть так неприятно. Мой первый опыт в моем мире был с опытным мужчиной — тот сам все сделал. Да, было неприятно, но такой боли точно не было…
От всей этой ситуации хотелось и плакать, и смеяться одновременно.
На мгновение меня накрыло такой нестерпимой тоской по дому…
Захотелось туда, где не нужно никого принуждать. Где можно просто сказать ртом то, что ты хочешь. Где ты просто делаешь то, что тебе нравится, и не строишь из себя стратега мирового уровня.
Почему мы начинаем ценить это, только когда теряем?
Там, в моем мире, свобода была чем-то вроде кислорода — ты его не замечаешь, пока тебе не перекроют кран. А здесь я как водолаз: каждый вдох требует расчёта, а каждое движение — хитрости.
Но, глядя на Шенли, я понимала: ему сейчас в сто раз труднее. Если он даже под действием афродизиаков умудряется что-то там контролировать, то как же его накроет, когда он очухается и всё вспомнит?
Я очень надеялась, что скоро в это тело вернётся настоящая Фэнфан. Кроткая, скромная, идеальная, судя по рассказам слуг. Она подходит ему и всему этому застрявшему в прошлом миру гораздо больше, чем я.
Я тихо вздохнула и вытерла слезы
И вообще, откуда во мне опять лезет эта «страдалица»?
Так, хватит. Я мысленно легонько похлопала себя по щекам. Соберись, Катя! Если ты начнешь играть в нежную лань, то никогда не вернёшься домой. Будешь до старости вышивать журавлей и кланяться в пол.
Так что извини, принц. Без обид.
В конце концов, ты мне еще спасибо должен будешь сказать. Тебе тут целая принцесса с полцарством в придачу досталась.
А еще, если бы не я, ты бы, возможно, в этой жизни даже целоваться не научился. А так — считай, прошел курсы повышения квалификации. Экстерном.
Я решительно выдохнула, отбрасывая последние сомнения. Ладно, нужно закругляться. Самое главное уже свершилось, теперь осталась только свадьба. И домой!!!
Я прислушалась к себе: вроде бы боль начала затихать. Чуть отклонилась, чтобы проверить, что там с моим «любовником»… Это слово вообще можно применить к этой статуе?
Он все также не шевелился. Словно его парализовало осознанием содеянного.
Судя по его виду, это был полноценный экзистенциальный кризис в прямом эфире. Он выглядел так, будто решал в уме сложнейшее уравнение и никак не мог свести дебет с кредитом.
«Так, Шенли, считай внимательнее, — мысленно подбодрила я его. — В левой колонке у нас "Честь и Долг", в правой — "Я голый на кровати с этой сумасшедшей". И что-то мне подсказывает, что вторая колонка сегодня весит больше».
Я улыбнулась своим мыслям. Своим поведением сейчас он напомнил наш первый поцелуй под забором: все такой же «инициативный» и «страстный».
Да что с ним такое? Спит он, что ли? Я попробовала чуть отклонится от него и легонько дернула его за плечо
— Не шевелись… — прорычал он мне в шею, рвано втянув воздух носом.
В смысле — не шевелись? Насколько я знаю, когда занимаешься
этим
, нужно как раз таки шевелиться. И желательно активно.
Хотя чего я ожидала от человека, который даже целоваться толком не умеет? Инструкцию по эксплуатации собственным инструментом он, видимо, не читал.
Я всё-таки попыталась чуть сдвинуться, и он тут же снова напрягся всем телом, как струна под током. Я невольно улыбнулась. Хотя от его железной хватки на талии сейчас было больнее, чем от всего остального.
— Шенли?.. — позвала я его шепотом.
От звука моего голоса его ощутимо дернуло. Я, не ожидая такой реакции, отклонилась назад, пытаясь поймать его взгляд. Но принц резко втянул воздух и еще сильнее наклонил голову.
Что с ним? По логике, ему должно хотеться ускориться, а он что делает. Медитирует на дзен?
Замри и не дыши — это его девиз? Где он этого начитался? Или это какой-то древнекитайский ритуал по сохранению девственности в экстремальных условиях? Кажется, я теперь поняла, что имела в виду Лизка, когда говорила, что «почти переспала» с первым. Вот мы сейчас тоже — почти.
Инициативный ты мой... Надеюсь, на свадьбе ты хотя бы «да» скажешь без посторонней помощи и без этой своей «заморозки».
— Эй...
Я мягко взяла его лицо в ладони и подняла к себе. И тут же замерла.
На меня смотрели такие глаза, что все саркастические шуточки мигом вылетели из головы. Там был не дзен. Там был пожар в библиотеке.
Боже, я и забыла, с кем я сейчас…
Если его так плющит и ломает от обычных поцелуев, то что он испытывает сейчас? Эта борьба тела с разумом, попытка удержать под контролем рушащийся мир… Я видела, как тяжело ему дается каждый дюйм этого самообладания.
И почему мне от этого так радостно? Как говорится, ничто так не радует, как горе ближнего.
«Злая ты, Катюша», — похвалила я себя и улыбнулась, рассматривая его.
Его кожа блестела от пота. По виску медленно стекала капля. Я протянула палец и поймала её у самого края волос. Шенли посмотрел на меня в упор. Внезапно его злое, сосредоточенное выражение лица сменилось полной растерянностью.
— Ты плачешь? — прошептал он.
Я замерла. Видимо, не все слезы успели высохнуть. Скрывать было глупо. Я просто кивнула, не отводя взгляда.
Хватка на моей талии тут же ослабла. Стальная фиксация исчезла, сменившись осторожностью. Он медленно потянулся рукой к моему лицу и бережно, почти невесомо, вытер мокрую дорожку на щеке.
— Тебе больно?
Ну что же ты такой… правильный? Даже сейчас.
— Немножко… — прошептала я, глядя ему прямо в глаза.
— Тогда зачем…
Он не успел закончить. Я не дала ему уйти в логические дебри и рассуждения о морали. Наклонилась и накрыла его губы своими, прерывая вопрос.
Это был уже другой поцелуй. В нем больше не было стратегии или желания «покорить» принца. Осталась только тихая, щемящая нежность.