Страница 92 из 97
Параллельно с этим светским фарсом наше «генеральское» предприятие выходило на финишную прямую, превращаясь в настоящий шедевр закулисной дипломатии.
Весь Петербург, затаив дыхание и вооружившись лорнетами, ждал продолжения нашего «сериала» на страницах газеты, но живое явление главных героев в свет вызвало эффект разорвавшейся бомбы.
Мы с Еленой Карловной работали над планом финала, как два искушённых полководца перед решающей битвой. Мы твёрдо решили оставить Аристарха Саввича в полном девственном неведении о нашем договоре. Пусть старик свято верит, что это он — великий завоеватель женских сердец. Что это его природная харизма, зычный голос и звон орденов сразили неприступную и сказочно богатую вдову наповал.
Мы решили сделать вид, что Елена — просто одна из претенденток, которая «случайно» оказалась лучшей. Пусть финал проекта станет для главного участника его собственным триумфальным выбором. О, как мы смеялись с Еленой в её роскошной гостиной, когда вспоминали вечер их первого «официального» знакомства в одной из лучших рестораций города!
План был тонок: генерал ждал там одну из «номинанток», которую я якобы подобрала для финального тура.
— Лиза, душенька, вы бы только видели его лицо! — Елена Карловна, эта сотканная из тумана и выкованная из стали женщина вытирала слёзы искреннего смеха тончайшим кружевным платком. — Он сидел за лучшим столиком, расправив свои пушистые усы так широко, что они едва не задевали соседей. Он был готов инспектировать, критиковать и покровительствовать. И тут вхожу я. В своем лучшем жемчужно-сером шёлке. Медленно, с достоинством снимаю перчатки прямо перед его носом и просто смотрю ему в глаза. Мой бог, Лиза, он чуть не проглотил собственный язык вместе с внушительным куском запечённой осетрины!
— Неужели наш грозный покоритель Измаила потерял дар речи? — сквозь хохот спросила я, до мелочей представляя эту картину.
— О, дар речи вернулся к нему не сразу! Сначала он издал звук, похожий на свист паровоза, потом начал было рассказывать свою коронную историю про переправу через Дунай в ледяной воде, но на середине фразы вдруг икнул, густо покраснел, как варёный лангуст, и выдал: «Сударыня, ваши глаза сияют ярче, чем сигнальные огни нашей флотилии! Я... я дезертирую! Сдаюсь без боя!». Я едва удержалась, чтобы не расхохотаться прямо в его бокал с шампанским. Он смотрел на меня, как на чудо господне, совершенно забыв, что он — хозяин положения.
Мы сидели и понимали: наша авантюра удалась. Генерал получит своего “верного слушателя”, Елена будет счастлива, а наша газета — грандиозный финал, который принесёт нам не только золото, но и вечную славу в анналах петербургской журналистики. Модистки, и рестораторы пожинали плоды своего авантюрного участия в нашем проекте, и не раз уже дали мне понять, что будут участвовать во всем, что я начну.