Страница 12 из 15
Глава 6
После ужина в таверне пара влюбленных двинулась к Лейне домой. И этот путь превратился в бесконечное, трепетное путешествие. Они шли, не выпуская рук, а пальцы были сплетены так крепко, будто боялись навсегда потерять эту связь.
Каждый шаг по знакомой мостовой отдавался в теле Лейны гулким, сладким эхом. Она не видела улиц, не замечала зажигающихся фонарей – весь мир сузился до точки соприкосновения их ладоней.
Кайден шел рядом, и его молчание было красноречивее любых слов. Оно было наполнено грохотом недавней битвы, звоном стали, шепотом их сердец и громогласным обещанием того, что ждало впереди. Лейна чувствовала, как по ее спине бегут мурашки от осознания происходящего. Кайден вел ее домой и в его глазах пылал не просто огонь желания, а что-то более глубокое, нежное и пугающе настоящее.
Вскоре показалась скрипучая калитка ее сада. Знакомый звук, который всегда означал возвращение в безопасность, в уют, теперь звучал как финальный аккорд старой жизни и прелюдия к чему-то совершенно новому. Они шагнули за нее и мир с шумной улицы остался снаружи. Тишина была густой, звенящей, нарушаемой лишь их сбивчивым дыханием.
Они остановились у деревянной двери с потертой ручкой, припорошенной снегом.
– Давай не будем торопиться, – смущенно произнесла Лейна и опустила глаза.
Ведьма не хотела рушить связь, установившуюся между ними, но к чему-то большему была пока не готова.
– Не волнуйся, я не сделаю ничего против твоей воли, – послышалось в ответ и Кайден нежно коснулся подбородка девушки, чтобы поднять ее взгляд на себя.
– Спокойной ночи, моя милая ведьма.
Обменявшись улыбками и оставив на губах друг друга легкий поцелуй на прощание, влюбленные разошлись.
Лейна дрожащими руками отворила дверь и вошла к себе домой, еще какое-то время стоя и не отпуская ручку, пока по ту сторону не послышались шаги уходящего Кайдена.
На следующее утро девушка сразу же принялась за расследование. Закопавшись в своих записях, она не заметила, как наступил полдень и в ее дверь постучали.
На пороге был Кайден. Он вопросительно посмотрел через плечо Лейны и улыбнулся.
– Вижу, ты уже с утра занята делами, – тон был слегка игривым, поэтому девушка тут же рассмеялась в ответ.
– Легко начинать в чем-то разбираться, когда твои слова подкрепляются именем знатной семьи, – резонно заметила ведьма и тут же посерьезнела.
– Но мы не будем им пользоваться. Ты же понимаешь, что я хочу без давления, а честно разобраться во всем? – Не дожидаясь ответа, Лейна открыла входную дверь сильнее и пропустила, наконец, Кайдена внутрь.
Мужчина быстро прошел коридор и опустился на предложенный деревянный стул у стола, где лежал ворох исписанных бумаг.
– У тебя очень уютно. – Улыбнулся он и осмотрелся, пропуская мимо ушей слова о том, что его статус не должен мелькать в расследовании ведьмы.
Отовсюду веяло таинственностью, теплом домашнего очага и чем-то необъяснимо-притягательным. Мягкие подушки, пушистый вязаный ковер, тлеющий камин, теплый плед на кресле – все окружение будто погружало комфорт, заставляя отбросить все тревоги.
– Лейна, дело о твоей невиновности уже потребовало вмешательств от тех, кого ты не хотела бы задействовать. – Кайден поднял руку перед собой, чтобы остановить девушку, которая хотела ему возразить и продолжил. – Потому что здесь замешаны люди, на которых нужно давить властью и силой.
Девушка поджала губы и покачала головой, наколдовывая мужчине ароматный чай и протягивая ему вкусные булочки с корицей.
– Спасибо, – тут же отозвался гость и отпил из чашки, забирая угощение с блюдца и ставя все на свободный краешек стола.
Время за обсуждением возможных виновных и того, что можно против них предпринять, затянулось до вечера. Проводив своего мужчину до дверей, Лейна нерешительно поцеловала его в щеку и тут же захлопнула дверь.
Этот жест нес в себе благодарность и девушка очень боялась, что Кайден может рассудить все не так.
На рассвете третьего дня, Лейна уже точно знала что нужно делать. Они с Кайденом построили план, основываясь на допросе всех свидетелей, проведенных накануне.
Как оказалось, сын лорда Бартикола часто куда-то бесследно пропадал. Слуги резиденции, где он жил, были не в курсе этих событий. В то время как дворецкий семьи был замечен вечерами за секретными переговорами с Арлером. Их не раз ловил на общении садовник поместья, но ранее никому об этом не докладывал.
Теперь же, после смерти сына своего хозяина, мужчина был готов рассказать все, лишь бы на него не упали обвинений и он смог спокойно работать там, где сейчас.
Надев свое любимое черное кружевное платье и остроконечную шляпу, конус которой перегибался пополам и уходил за спину, ведьма крутилась возле своего зеркала, пока не услышала привычный стук в дверь.
– Готова? – Только и спросил мужчина, когда поймал выходящую Лейну из дома и заключил в нежных объятьях.
– Не уверена, но мы все равно пойдем туда, – улыбнулась она в ответ и нежно прикоснулась губами к прохладным губам своего рыцаря.
Нежной, ласковый и такой сладкий поцелуй вскружил голову, от чего ведьма еле стояла на ногах. Казалось, ее удержали лишь руки Кайдена, осторожно исследующие ее тело поверх зимнего пальто, не переступающие незримую грань.
– Тогда, нам пора, – выдохнул мужчина внезапно охрипшим голосом и тут же кашлянул.
Лейна же сделала вид, что совсем не понимает, что произошло и приняла руку Кайдена, забираясь в приехавшую карету. Сегодня путь до особняка лорда Бартикола протекал за быстрым разговором в тесных, но мягких стенках экипажа.
Когда все детали были оговорены, а двое молодых людей уже стояли у роскошных ворот местного лорда, Лейна еще раз нерешительно взглянула на Кайдена.
– Он же может не сознаться. Лишь на это вся надежда и она может рухнуть, если дворецкий окажется слишком стойким и уверенным в себе.
Кайден притянул девушку к себе, чтобы обнять и тихо прошептал ей в шею, опаляя кожу горячим дыханием.
– У нас много доказательств. Будь смелее и мы сделаем это. Сегодня все закончится, я обещаю, – нежный поцелуй и девушка, наконец, улыбнулась.
Дальше события развивались стремительно. Как только на дворецкого обрушился шквал обвинений, он раскололся.
Мужчина сделал то, к чему готовился несколько лет и теперь не знал как дальше жить.