Страница 34 из 57
Глава 8
- Госпожа Урваши больна и никого не принимает! - заверещала служанка, встав на пути Анджали.
Но глаза у служанки испуганно бегали, да и сама она дрожала, как листок на ветру.
Ещё бы! Оказаться между двух самых знаменитых апсар – это всё равно, что застрять между молотом и наковальней. И неизвестно, что тут предпочтительнее.
Но госпожа Шакрани, явившаяся проведать вчерашнюю соперницу по танцу, не разгневалась, не затопала ногами и не стала проклинать и грозиться.
-Меня твоя госпожа примет, - сказала она почти ласково. – Скажи, что я пришла справиться о её здоровье и принесла подарок.
Служанка неуверенно кивнула и скрылась в комнате, отделённой от общего покоя плотной занавеской. Через некоторое время женщина вернулась и ещё более неуверенно кивнула, приподнимая тяжёлую ткань и предлагая гостье пройти.
Анджали дружелюбно улыбнулась служанке и вошла в комнату, где было полутемно и пахло дорогими благовониями. У окна на шёлковой постели лежала дайвики Урваши – бледная, осунувшаяся, и было ясно, что она тоже провела бессонную ночь.
Поврежденная нога была заключена в странную металлическую конструкцию – несколько обручей соединены прозрачным тубусом, и всё это подвешивалось на противовесе, чтобы больной легче было держать ногу на весу.
Но даже такое бедственное положение не сделало Урваши смиреннее или печальнее. Уголки её губ по-кошачьи изогнулись, и она указала на подушки возле постели, предлагая гостье присесть.
- Госпожа Шакрани так добра, - произнесла Урваши, растягивая слова и прищуриваясь, как хищница, готовая напасть, - принесла мне подарок… Я тронута до глубины души. Только почему-то вы с пустыми руками. Оставили подарок на входе? Или подарок – это всего лишь предлог? На самом деле, ты хотела окончательно убедиться в своей победе? Ну, давай. Торжествуй. Я готова тебя выслушать, - и она томным жестом подпёрла голову, показывая, что, и правда, слушает.
- Нет, подарок здесь, - Анджали точно так же изобразила улыбку уголками губ и села на подушку, поджав ноги. – Он у меня с собой. Но я хотела бы вручить его без свидетелей.
Урваши чуть заметно заколебалась, и Анджали засмеялась, угадав её опасения.
- Нет, я не стану душить вас подушкой, и не стану травить, и даже кинжала у меня нет, - произнесла она весело. – Ведь вы были моей главной наставницей в школе, вы для меня как мать. Разве может дитя навредить своей матери?
Две апсары так и впились друг в друга взглядами, и теперь ни о каких кошачьих прищурах не было и речи, и дайвики Урваши процедила сквозь зубы, обращаясь к служанке, которая топталась у входа:
- Оставь нас.
- Но, госпожа… - начала та испуганно.
- Я сказала – оставь! – повысила голос Урваши. – Держи всех подальше, и сама близко не подходи. Меня очень заинтересовал подарок госпожи Шакрани.
Служанка исчезла тут же и бесшумно – лишь колыхнулась тяжёлая ткань занавеса.
- Очень разумно,мама , - сказала Анджали, не отрывая глаз от женщины на шёлковой постели.
Маска спокойствия и благодушие мгновенно слетела с её лица, и теперь ясно виделась злоба, исказившая точные черты.
Значит, Сахаджанья сказала правду…
Значит, всё так и есть…
- Сахаджанья проболталась? – прошипела Урваши, словно всё ещё исполняла танец змей.
- Она долго хранила твой секрет, - медленно произнесла Анджали.
На сердце стало тяжело и тошнотворно, как если бы она узнала, что её матерью была лесная кобра. Значит, всё правда. Эта ужасная женщина – её мать. Родная мать, которая не пожелала даже взглянуть на свою дочь и сразу приговорила её к смерти.
- Плохо хранила, если ты узнала, - бросила Урваши. – И что теперь? Пришла давить на жалость? Я всё равно никогда не признаю тебя. Хоть ты стань богиней танца и заберись на ложе к самому Брахме. Для меня ты – ничтожество, пыль, соринка в глазу. И когда я поправлюсь…
- От кого ты меня родила? – перебила её злые слова Анджали. – Кто мой отец? Это царь Шакра?
Хоть она и пыталась не подать виду, но сердце болезненно сжалось, и под рёбрами противно захолодило – как от страха. Словно собираешься прыгнуть со скалы в бездну… Хотя, куда уже падать ниже… Она и так на самом дне…
Лицо Урваши вытянулось. Изумление сменило злость, на смену им пришла насмешка. Дайвики расхохоталась так, что потревожила больную ногу и охнула, прекратив смеяться.
- Думаешь, ты – дочь бога? – спросила она у Анджали, гримасничая то ли от боли, то ли от раздражения. – Какое самомнение! В этом вся ты – считаешь, что особенная. Лучше всех. А на самом деле ты – дочь человека. Простого, презренного, ничтожного человека. Ну как тебе? Рада, что узнала правду? Думала, в тебе течёт голубая кровь? Не надейся!
- Ты лжёшь, - Анджали тоже рассмеялась. – Апсара не может родить от человека. Пытаешься меня унизить? Не получилось,матушка .
От последнего слова дайвики Урваши снова дёрнулась, будто получила колючку в босую ступню.
- Не может, - произнесла она уже без смеха. – Но боги решили иначе. Я должна была соблазнить одного человека… Увести его с пути святости и добродетели… Боги не любят тех, кто пытается сравниться с ними, поэтому послали меня. Потому что до меня многие потерпели поражение. А я смогла. Соблазнила его, увлекла одним движением ресниц. Человек и так слаб и ничтожен по своей природе, а охваченный страстью – жалок вдвойне.
- Кто он? Кто этот человек?
- Хочешь знать? – Урваши издевательски расхохоталась. На этот раз она смеялась осторожнее, стараясь не потревожить ногу. - Зачем тебе его имя? Он – всего лишь человек. Их жизнь коротка. Он давно умер, и прах его развеян по ветру. Ничего особенного в нём не было, жалкий неудачник. Когда я ушла от него, он плакал и умолял вернуться. Так и сдох, как последняя собака, в тоске и слезах.
- Ты ненавидишь его, но почему ненавидишь меня? Я не виновата, что боги призвали меня в этот мир таким путем.
- Ты – как его отражение, - звонкий голос дайвики Урваши снова превратился в шипение. – Человеческое семя, сорная трава - проросла во мне, пустила корни, превратила меня в толстую корову! Если бы ещё была божественной крови, а так… грязь от грязи, прах от праха, ничтожество от ничтожества! Смотрю на тебя и думаю – как я могла опуститься так низко? Почему боги не избавили меня от этого позора? Да ещё я вынуждена постоянно видеть тебя. Это как наступить в коровью лепёшку!
- Мы так похожи? – коротко спросила Анджали.
- От джута ашока не родится! – почти выкрикнула Урваши и плюнула в неё.