Страница 65 из 83
Глава 34. Софья
Возможно, я действительно не до конца осознаю, что делаю, но, забираясь в тонированный внедорожник, впервые в жизни ощущаю себя самой счастливой.
И это так просто и так… до мурашек.
Во всяком случае они гроздьями рассеиваются по телу, когда я осторожно тянусь к Косте, а его сильные руки присваивают мою женскую робость себе. В кофейных глазах плещется нетерпение, крылья носа дрожат от густого дыхания, будто Громов очень ждал нашей встречи наедине.
И я ждала…
- Вот теперь «привет»! - прищуривается он, прежде чем оккупировать истосковавшиеся за два дня по горячим поцелуям губы.
- Привет… Куда мы едем?
- Увидишь, но не рассчитывай на что-то особенное…
- Блин, - закатываю глаза.
Становится сладко, но не приторно, потому что Костя целует с напором. Живым, мужским возбуждением, попадающим в кровь. От начинающегося зуда мои пальцы ныряют под воротник жилета и требовательно сжимают каменные плечи.
В нос проникает аромат кожаного салона и… свежесрезанных цветов? Чего-то весеннего и свежего, хоть сейчас и осень. Поздняя осень, хмурая, сырая, совсем не подходящая для любви. Скорее для расставания…
Правда, в следующий момент моей щеки вдруг касается что-то шершавое и влажное, и все мои ощущения топит страх.
- Костя… - я искренне пугаюсь и уязвимо прижимаюсь к широкой груди.
Хриплый смех беспокоит тонкие струны моей души, пока светлое, лохматое чудовище обнюхивает мои руки, плечи и волосы.
- Энцо, ты ее напугал. - Костя гладит «чудовище». - Ты же джентльмен. Извинись.
Салон наполняется жалостливым лаем.
- Энцо? - я вглядываюсь, распознавая собачью морду. - Боже… Какой ты смешной. Это ретривер? Твой?
- Мой. Помесь с дворнягой. Его мать живет у моих родителей уже десять лет. Завела шашни с простолюдином, пока мы отдыхали в доме на озере… - нежно приглаживает мои волосы с двух сторон и разглядывает лицо.
- Как она только посмела? - я улыбаюсь и тоже жадно его рассматриваю, пока снова не чувствую вторжения в наши объятия. Поворачиваюсь. - Господи… Серьёзно? - хохочу так, как никогда не смеялась. - Ты и правда самый настоящий джентльмен, Энцо!
Морда все такая же мохнатая и устрашающая, но выглядит безумно мило, потому что в зубах держит изящный букет в нежных розовых оттенках.
Садовые розы и эвкалипт. Красивое сочетание и простое.
Боже, да я в восторге!
- Спасибо, Энцо! - принимаю цветы.
Пес скулит.
- И тебе спасибо, Костя! - я обхватываю гладковыбритую щеку и целую мужественные губы, задерживаясь на них подольше. Прикрываю от удовольствия глаза.
А потом мы долго куда-то едем…
Сначала я предполагаю, что пунктом назначения будет дом у озера. То место, куда мы ездили с ребятами, и где нерадивая мама Энцо нагуляла его с дворнягой. Но знакомый съезд с трассы остается позади, а нас уносит ровная асфальтная гладь.
Все дальше и дальше от города.
И от проблем.
Как человек вечно все анализирующий и воспевающий все доказательное (в том числе и любимую медицину), я пытаюсь разложить свои чувства по полочкам и вспомнить, когда это началось. Когда я потеряла от него голову?
Когда эти руки, крепко обнимающие руль, перестали быть обычными мужскими руками, а их объятия стали тем, без чего мне пусто и одиноко?
Когда эта привычная нахмуренность перестала быть нудной и стала… бесконечно милой?
- О чем это ты думаешь? - Костя оборачивается, поглядывает на мирно спящего на букете Энцо и смотрит на меня.
- О счастье… - я пожимаю плечами.
Ответ пространственный, но не выдающий меня с головой.
Я и так слишком во многом призналась.
Честность - инструмент власти. Тот, кто много о тебе знает, тобой владеет.
- И что ты думаешь о счастье?
- В Гарвардском университете провели одно исследование…
- Так… началось… - он недовольно ворчит.
- Послушай, это правда интересно и научно доказано… - перебиваю.
- Я тебя слушаю, док. - покорно соглашается и поудобнее устраивается в кресле, удерживая руль одной рукой.
Вторая забирает мою ладонь и ободряюще ее сжимает.
Костя всегда был тем, кто меня слушал. Это подкупает. Я чувствую себя значимой для него.
- Так вот. - бьюсь об заклад, что мои глаза загораются, как и всегда, когда я начинаю говорить о работе. - Гарвардские ученые создали трекер счастья в виде специального приложения и в начале двухтысячных набрали фокус-группу. Ее участники начали получать до трех уведомлений в день, в которых их просили оценить в моменте, насколько они сейчас счастливы, рассказать о том, чем занимаются и о чем думают. Заняты ли этим делом полностью, сконцентрированы или их мысли о другом?
- И?
- Уведомления приходили в любое время суток, чтобы застать людей в разных состояниях, а выборка в итоге расширилась. До пяти тысяч участников из восьмидесяти стран. - Смотрю на него многозначительно.
- Впечатляюще.
- Скажи? - я улыбаюсь и глажу широкую ладонь с длинными, ухоженными пальцами. - Но самое интересное - это выводы.
- Жги, док.
Я смотрю в лобовое стекло и в предвкушении вдыхаю полной грудью.
- По сути, этим исследованием была доказана гипотеза о том, что уровень счастья всегда ниже, когда наши мысли блуждают и не относятся к моменту. Даже неважно, приятные мысли или не очень. Если ты не сосредоточен на том, чем занимаешься - ты… прямо сейчас теряешь счастье. Не можешь насладиться им полностью. Оно утекает сквозь пальцы.
- Интересное наблюдение.
Костя задумывается, расслабленно глядя на дорогу, а я любуюсь тем, как солнечные блики сквозь тонировку превращаются в тени и играют с суровым лицом, делая его ещё более смуглым.
- Но есть ещё одна выявленная закономерность, - резко вспоминаю. - Ведь способность думать о том, чем сейчас не занимаешься - это, по сути, эволюция мозга. Ещё каких-то два миллиона лет назад ранний гоминид практически не мыслил абстрактно и логически. Его стимулы были просты. «Вижу опасность - бегу». «Хочу - беру» и так далее. С этой точки зрения, отвлеченные мысли - это… некое когнитивное достижение, за которое мы заплатили слишком дорого. Невозможностью испытывать счастье в моменте…
- Наверное, отдавать что-то взамен, чтобы становиться лучше и сильнее - это тоже часть эволюции?