Страница 4 из 83
Глава 3. Софья
Это очень странно - идти по Петроградской набережной с Костей Громовым. Подстраиваться под шаг друг друга и… молчать. Ведь мы друг другу никто.
Ну, о чем мне с ним разговаривать?
Мы как венозная и артериальная крови, которые никогда не смешиваются. Связаны родным городом - сердцем, где каждый циркулировал в своей половине.
Я всё ещё прижимаю к груди диплом. Как нечто важное и ценное. Пожалуй, в данную минуту самое важное в жизни.
Костя…
Украдкой бросаю на высокую фигуру косой оценивающий взгляд, но, кажется, он бы не заметил и прямого, так как совершенно не обращает на меня внимания. Выглядит при этом слишком серьёзно и… монолитно. Так же, как дома и офисные центры, которые строит его холдинг.
Я хмурюсь и снова смотрю прямо перед собой.
Скорее всего, предложение увести меня из медицинской альма-матер было обусловлено мгновенными реакциями или даже жалостью. Мне хочется сказать ему, что он может быть свободен, но указывать мужчине, что ему делать в прямой форме, по словам моей матери, - участь не очень умных женщин, поэтому я начинаю издалека:
- Спасибо, что увел меня оттуда. Кажется, ты куда-то торопился…
- Торопился, - кивает.
- Я уже в порядке, - взмахиваю головой так, что ветер отбрасывает мои светлые волосы за спину, и смотрю на Громова с милой, флиртующей улыбкой. Именно так, по моему мнению, выглядит девушка, которая «в порядке».
- Это хорошо, док, - опускает глаза к груди, закрытой дипломом.
- Я к тому, что, если тебе нужно, можешь ехать.
- Выйдем к Неве? - вместо ответа спрашивает.
- Конечно. Если хочешь… - замолкаю.
Он шагает, сунув руки в карманы брюк, а на многолюдном светофоре встает чуть позади, и я вспоминаю об отце и брате. Они всегда делают так же. Оберегают и защищают - одним своим присутствием. Именно поэтому я снова себе напоминаю, что в безопасности.
Да-да.
Для меня это важно: чувствовать себя в безопасности.
Мы выходим на набережную, здесь ветрено, поэтому мое платье разлетается в разные стороны, а количество вырезов на нем не дает полностью удержать ткань.
Костя замечает.
Предлагает отдохнуть, и мы садимся к воде. На бетонную широкую лесенку.
Он широко расставляет ноги и упирает в колени локти, складывает руки в замок и загадочно спокойно смотрит на Неву - главную достопримечательность Санкт-Петербурга, воспеваемую в творчестве писателей и поэтов аж с восемнадцатого века.
Я делаю что-то страшное, а именно плюхаюсь на свой диплом, ведь сидеть в шелковом платье и узком, тоненьком белье на общественной лестнице не гигиенично.
В сумочке, болтающейся сбоку на длинной цепочке, вибрирует телефон.
- Да, бабушка… - отвечаю.
- Моя девочка уже получила свой диплом? - спрашивает она.
- Конечно. Я врач, - широко улыбаюсь.
Костя поворачивает опущенную голову и усмехается, разглядывая мое лицо и шею. Щеки тут же покалывает. Уверена, они уже раскраснелись.
- Муж тебя поздравил?
- Поздравил, бабушка, - сразу становлюсь серьёзной.
- Ну, не буду мешать. Жду информацию о твоих успехах в ординатуре. Помни, ты одна из Шацких, моя девочка…
- И должна этому соответствовать… - с теплой улыбкой договариваю.
Я закатываю глаза.
Бабуля очень негативно отнеслась к раннему браку моей мамы с отцом, на тот момент ничем не примечательным Богданом Соболевым. Это уже потом папа смог раскрутить свой бизнес до небывалых высот, а мама начала развиваться в госуправлении и уже несколько лет занимает пост главы Администрации нашего города.
(История родителей Сони "Развод. Игра на выживание" )
Едва я заканчиваю разговор, как снова звучит стандартная айфоновская мелодия.
- Это твой.
Костя откидывается назад, чтобы достать телефон из кармана брюк, и, хмуро взглянув на черный экран, отвечает на звонок.
- Да. Привет.
Я пристально разглядываю длинные пальцы с ухоженной ногтевой пластиной, сжимающие мобильный и поспешно отвожу глаза на воду, когда это становится заметно.
- Договор подписан, условия - как договаривались плюс сверху пять процентов тоже наши. Удалось перебить их цену конкурентным анализом. Единственное, заверить у нотариуса сегодня не успел.
Снова выжидающе смотрю на Костю.
По тому, как хмурятся широкие черные брови и сжимаются губы, понимаю, что дальше разговор складывается непросто. Тут же чувствую себя виноватой.
- Отец, я все понял. - он сжимает телефон до побелевших костяшек. - Останусь здесь до утра, сделаю все, что должен был, и первым рейсом вернусь. У меня все под контролем. Как и всегда… До завтра… Маме привет…
Закончив разговор, он убирает свой телефон и долго молчит, а потом, услышав трель, качает головой и с иронией смотрит нам меня:
- Теперь твой?
- Кажется, да, - дергаю замок на сумке. - Владимир Рудольфович, здравствуйте! - дрожащим голосом отвечаю бывшему свекру.
Он, конечно, ещё не в курсе, что он бывший.
- Софьюшка, дорогая. Натан сказал, тебя можно поздравить?
- Да, - вспоминаю, что под моим узким задом греются шестилетний труд и упорство. - Я врач.
- Сын сказал, вы отмечаете. Я звонил ему до тебя. Голос показался слишком… веселым, - недовольно говорит.
Твою мать, Ластер! Мы виделись полчаса назад, ты был трезв, как стеклышко!
- Да… - опускаю лицо. - Мы с Натаном решили отметить походом в ресторан. Пьем вино и вкусно обедаем.
- Как я рад. Ну, а старика когда порадуешь своими вычислениями?
- Вы про результаты исследования? Простите, я ещё не закончила. Замоталась с… хм выпускным, - быстро заменяю слово «переезд». - Это ведь никак не отразится на моей ординатуре? Я смогу ее пройти на базе сети ваших клиник?
- Конечно! Это даже не обсуждается, Софья. Мы ведь одна семья, - уверяет Владимир Рудольфович. - Я ещё с начала года забронировал для тебя место и обеспечу его полное финансирование.
- Спасибо. В таком случае я предоставлю все результаты ближе к началу следующей недели. Хорошо?
- Очень жду. И да… не налегайте на вино. Оно полезно только в малых дозах.
- Конечно…
Убираю телефон и чувствую себя мерзко.
Очень-очень мерзко.
Будто в лужу с грязью окунули.
- Значит, красивая Соня не такая уж идеальная? - спрашивает Костя и переводит ироничный взгляд с Невы.
- Ты о чем?
- Ай-ай-ай… С мужем развелась и никому не рассказала?
Я делаю вид, что не боюсь до чертиков сатисфакции.
И мне не стыдно.