Страница 20 из 83
Глава 11. Софья
- Привет, - говорит тихо.
- Привет.
Развернувшись, он кладет левую руку на руль.
Я концентрируюсь на том, как опасно поблескивает металлический корпус часов на крепком запястье и как он подходит к холодному оттенку ослепительно-белой манжеты.
Это лучше, чем думать о пронизывающем взгляде, под которым я снова чувствую себя абсолютно обнаженной и непростительно уязвимой.
- Как… дела? - спрашивает Костя самое банальное из того, что можно было бы спросить.
- Все хорошо. Спасибо… А у тебя? - решаю ответить взаимностью. Не ты один здесь воспитанный, Громов. Я тоже так могу. Просто сидеть и разговаривать с тобой ни о чем, спустя два месяца после того, как мы переспали. - Как дела? - смотрю на него.
- Дела по плану.
- Это… хорошо?
- Если это не план эвакуации, то да, вполне неплохо…
Я не могу сдержать улыбку, которая тут же сходит на нет, потому что я чувствую, почти осязаемо и тактильно, как Громов меня разглядывает. Лицо, шею, обтянутую платьем грудь и приоткрытые колени, на которые я сдвигаю сумку.
Это какая-то магия, но я представляла нашу встречу абсолютно другой.
Больше холодности, отчужденности, стали в словах и взглядах.
В конце концов, неловкости…
А не возбуждения, которое я чувствую внизу живота и между ног.
Это какая-то паранойя. Вроде малярии… По-другому не объяснить.
- Послушай, я должен перед тобой извиниться, Соня.
- Ты? Извиниться?
- Да. Я должен был сделать это раньше, но не знал, уместно ли будет позвонить тебе или заказать цветы в качестве извинений…
- Наверное, не очень.
- Так и подумал. В любом случае сейчас лучшее время, чтобы сказать, что ничего из того, что произошло той ночью, я никогда не планировал.
- О… вот как… - ерзаю на сидении.
- Иван попросил заехать поздравить тебя с вручением диплома. Я, несмотря на занятость в тот день, не смог отказать.
- Это хорошо. Помогать друзьям…
- Дальше все было незапланированно: прогулка, ночной клуб, поездка к тебе и секс, но это не значит, что в этом ключе никогда о тебе не думал.
- Эм… значит, всё-таки думал?
- Скажем так, не всем юношеским фантазиям дано сбыться, - с обезоруживающей честностью отвечает он.
Вместо должного удовлетворения и облегчения в лицо бьет удушающий жар.
Динамика восприятия каждого образа разная, но стоит признаться: амплуа Громова - горячий герой-любовник под маской порядочного, занятого мужчины, внушает мне большее доверие из всех возможных вариантов.
- Я тоже должна извиниться, Костя. У меня есть один «талант», о котором в нашей семье знают все. - шутливо закатываю глаза. - Когда я волнуюсь или тороплюсь, не всегда могу правильно сформулировать мысль.
- Вот как?
- Да… Вот такая особенность.
- Буду знать, Соня.
- Конечно, я бы… не стала ложиться в постель с первым встречным или, как я выразилась, с «любым»… Это совсем мне несвойственно.
- Теперь я польщен.
- Конечно, у меня есть кое-какой опыт…
- Соня…
Я мысленно бью себя по лбу. Чем я занимаюсь? Снова пытаюсь показать, что никакой исключительности его персона в моей жизни не представляет?
- Хорошо! - честно признаюсь и складываю руки на груди. - Не было у меня никакого опыта. Моим первым мужчиной был Натан, ты - стал вторым.
- Вот и отлично. Пристегнись…
Вместо того чтобы в очередной раз отшутиться, Громов дергает ключ в замке зажигания и срывается с места, поднимая пыль от гравия.
Я украдкой изучаю сосредоточенное на дороге, словно высеченное из камня хмурое лицо, сильные руки, крепко сжимающие руль, и то, насколько устрашающе смотрится высокая, крупная фигура в полутьме.
Понимаю, огромную роль тогда сыграл тот факт, что я встретила более мягкую, расслабленную версию Кости: в мятых от жары деловых брюках, рубашке с закатанными до локтей рукавами и без этого устрашающего, полностью тонированного автомобиля.
- Я живу у бабушки, - нервно говорю, замечая, что он сворачивает с главной дороги в лес.
Машина мерно гудит.
- Я это слышал, - отвечает с абсолютным спокойствием, от которого и мне становится легче. - Так будет ближе. Дорога новая, техническая, потому что район мы только начали строить. Асфальт сделают позже, но я буквально вчера спокойно здесь проехал.
- Хорошо. Прости… - выдыхаю. - Я… немного устала после поезда.
- Если хочешь - вернемся на привычный маршрут.
- Нет, что ты. Ещё раз прости…
Фонарей здесь нет, дорога темная и вокруг ни души.
Это словно подталкивает к задушевному диалогу.
- Почему ничего им не сказала? - спрашивает Костя.
- «Не сказала» что? - поворачиваюсь и смотрю на мужской силуэт.
Он молчит.
Вряд ли имеется в виду то, что произошло между нами в Питере. Скорее всего, это про мой брак.
- Знаешь.… - опускаю взгляд на свои руки и тереблю обручальное кольцо. Я ношу его теперь постоянно. - Я попробовала говорить всем правду, как ты меня научил…
- И?
- Моя пожилая соседка, которая как бы между прочим ставила к моей двери свой мусор и мне приходилось каждое утро его выносить, назвала меня невоспитанной особой. А коллега после того, как я отметила, что на самом деле никаких пробок в городе не было, и она на смену просто опоздала, назвала меня сукой…
- Охренеть… - ворчит Громов.
- А главное, что ни ставить мусор под дверь, ни опаздывать эти две дамы не перестали…
- Я не учил тебя говорить правду всем, Соня.
- Да. Но ты сказал…
- Я сказал, что ты не врала себе…
Замолкнув, обдумываю его слова.
Долгое время я, правда, себя обманывала. Иллюзии, будто мне показалось, быстро сменились на те, что скоро непременно все изменится. И те и другие были наивны.
Каким-то чудесным образом лес заканчивается, и мы сразу оказываемся в нужном коттеджном поселке. В первую очередь мне предстоит позаботиться об автомобиле, потому что ездить на работу в центр на такси будет слишком расточительно.
«Лексус» останавливается у железных ворот.
- Спасибо, - говорю я, со щелчком отстегивая ремень.
Медлю, чтобы ещё хоть немного побыть в этой ауре уверенности и безопасности. Бьюсь об заклад, она сопровождает Костю и на работе, и дома.
- Ну, я пойду… - мягко улыбаюсь.
- Если будут нужны новые подопытные - звони! - серьёзно говорит Костя.
Я чувствую, как вспыхивает мое лицо, и все-все вспоминаю.