Страница 79 из 139
Глава 61.
Просыпаться мне не хотелось совершенно. Голова была какой-то ватной, каждой клеточкой тела я чувствовала слабость. И если бы не жар, меня разбудивший, так бы и спала дальше.
Чувство было такое, будто я лежу в самой настоящей кухонной печи. И спать это, откровенно говоря, очень сильно мешало.
То ли из-за всеобъемлющего пекла, то ли из-за недосыпа, но голова соображала слабо, и мысли были словно тягучий кисель.
И вся я чувствовала себя ничуть не лучше.
Но когда под боком кто-то шумно вздохнул, я даже расслабилась немного. Значит, ледяной василиск, как обычно, нагло забрался ко мне в постель, и это из-за него мне сейчас так жарко.
Сдвинуть я его, конечно, не смогу при всем желании. Но, может, самой получится немного отодвинуться.
Не открывая глаз, попыталась пошевелиться, чтобы отползти в сторону, но у меня это не получилось. Тело просто отказывалось мне подчиняться, а сверху на мне было что-то тяжелое, по ощущениям больше похожее на гранитную плиту.
И, как назло, сколько бы я ни старалась, а голова все никак не хотела начинать работать. И вспомнить, как я вообще легла спать и чем закончился очередной день, я не могла.
Странно это все. И жарко очень.
Наконец, спустя еще несколько минут я почувствовала, как слабость медленно отступает. И теперь у меня хотя бы появилась возможность пошевелиться.
Продолжая лежать с закрытыми глазами, я скинула с себя то, что показалось мне изначально гранитной плитой. И холодок, пробежавший по разгоряченному телу, вызвал во мне слабый вздох облегчения.
Да, так определенно лучше. Вот теперь можно попробовать снова заснуть.
Повернувшись набок, я привычным движением закинула руку на рядом лежащего василиска. Мне нравилось спать, погружая пальцы в его густую шерсть.
Вот только сейчас шерсть нащупать все никак не удавалось.
Неужели здесь лежит на спине? Странно, обычно он клубком сворачивается.
Невольно нахмурившись, я продолжила блуждать рукой по его телу, желая нащупать шерсть. Но почему-то все никак ее не находила и хмурилась лишь больше.
Не знаю, сколько бы еще это все продолжалось, если бы внезапно до моего сонного сознания не донесся посторонний голос.
И голос этот прозвучал неожиданно близко. Практически над самым ухом.
— Не могу сказать, что мне неприятно. Но все же. Что ты там пытаешься нащупать?
Глаза мои распахнулись тотчас.
Мне кажется, я даже немного взбодрилась.
И тут же недоуменно уставилась на владыку, который лежал на месте василиска.
А что он вообще здесь делает? И где зверь?
— Ну так и что же ты там все пытаешься нащупать? — повторил мужчина свой вопрос, не сводя с меня глаз.
И я только в этот момент осознала, что рука моя все еще покоится на его теле. И, получается, что да. Щупала я не зверя, а именно его.
Неудивительно теперь, что до шерсти так и не добралась.
Попыталась приподнять голову, чтобы разглядеть хоть что-то, помимо лица владыки, находящегося всего в нескольких сантиметрах от моего, но виски вдруг прострелило внезапной болью. И я тут же обессиленно опустилась на подушку, прикрывая глаза.
Всего пару мгновений, и мне уже полегчало. Но теперь вместо боли накатила слабость. И открыть глаза во второй раз уже не получалось.
Хотела бы я что-то сказать, но, кажется, сил на разговоры у меня тоже не было.
И поэтому я совершенно никак не отреагировала, когда внезапно почувствовала на своих губах горячее дыхание. И снова никак не отреагировала, когда в следующий миг их коснулись чужие, не менее горячие и сухие губы.
Да я, кажется, даже не до конца осознавала, что вообще происходит. Или вообще не осознавала.
И лишь когда чужие губы жадно обхватили мои, меня, словно стрелой, прострелило осознание того, что владыка, кажется, меня сейчас целует.
И это осознание, как и сама эта мысль, оказались настолько неожиданными, что я резко прикусила его нижнюю губу.
Целовать меня тут же перестали.
А в следующий миг над головой раздался смешок и мужской голос:
— Я, конечно, рад, что ты, наконец, начала показывать зубки. Но все надеялся, что это произойдет при несколько других обстоятельствах.
Обдумать эти слова у меня, впрочем, никак не выходило. Мысли снова превратились в густой кисель. Веки потяжелели. И, кажется, еще чуть-чуть и я точно усну.
Я вдруг снова почувствовала прикосновение к губам. Но на этот раз совершенно мимолетное.
— Спи, — произнес все тот же голос.
И этого короткого приказа оказалось достаточно, чтобы я действительно уснула в тот же миг.