Страница 75 из 78
Глава 19
Я лежал, вжавшись в холодный, мокрый гранит, и чувствовал, как он вытягивает из меня остатки тепла. Скала под моей грудью казалась единственной стабильной вещью в этом рушащемся мире. Слова капитана Громова, брошенные с ледяным безразличием, звенели в ушах, перечеркивая все мои планы, всю мою тщательно выстроенную конспирацию. «Служить по-настоящему, поручик». Он приставил нож к горлу моей тайны и с усмешкой ждал, когда я начну истекать кровью.
Майор Волков. Хитрый лис из имперской безопасности, который вытащил меня из небытия и бросил в этот ад. Я наивно полагал, что здесь, на краю Империи, нахожусь в почетной ссылке, подальше от столичных интриг. Как же я ошибался. Меня не сослали. Меня передали, как ценный, но капризный инструмент, из одной мастерской в другую. И вот теперь новый мастер, не обремененный сантиментами, решил, что пора пустить этот инструмент в дело по прямому назначению, не особо заботясь о том, сломается он или нет.
Холодная, звенящая ярость на мгновение ослепила меня. Но тут же схлынула, уступив место ледяному, трезвому расчету. Гнев сейчас был непозволительной роскошью. Громов был прав в одном: мой «безопасный» план, где я отсиживался в тени, играя роль кукловода, был хорош, но он был компромиссом. Оставлял слишком много переменных, слишком много шансов на провал. А теперь, когда ставки были подняты до предела, права на ошибку у меня не было.
Я закрыл глаза, отсекая от себя реальный мир, и нырнул в привычную, упорядоченную тишину Консоли.
— Соколов, Матвеев, Ворон, Хмырь. Всем на мой канал.
Ответы пришли с секундной задержкой, но они были.
— Здесь, поручик, — голос Соколова был напряженным.
— Слушаю, командир.
— План меняется, — отчеканил я, не давая им времени на вопросы. — Капитан Соколов, с этой минуты вы принимаете командование моим взводом. Задача та же, прикрытие основного штурма, работа по целям, которые я буду указывать. Матвеев, Ворон, Хмырь, — я сделал паузу. — Выполнять приказы капитана Соколова как мои собственные. Это ясно?
В канале повисла мертвая тишина, густая, как предрассветный туман. Я почти физически чувствовал, как они там, в своих укрытиях, пытаются переварить мой приказ.
— Командир… что за чертовщина? — первым не выдержал Матвеев. — Куда вы собрались? Мы без вас…
— Я иду один, сержант, — оборвал я его. — Туда, где вам делать нечего. К пятому ангару. Три Дельты, это моя работа и только моя.
— Но, командир… — начал было Ворон.
— Это приказ! — мой голос стал жестким, как сталь. — Ваша задача выжить и выполнить свою часть плана. А для этого вы должны слушать Соколова. Он опытный командир и выведет вас. Я свою работу сделаю. Конец связи.
Я разорвал канал, не дожидаясь возражений. Решение было принято. Оставлять их сиротами было тяжело, но вести на убой еще тяжелее. Я знал, что только в одиночку, используя всю свою скорость и мощь, имею шанс на успех.
Снова погрузился в интерфейс. Алиса уже ждала меня, ее голографический аватар был лишен всех обычных игривых атрибутов. Передо мной стояла девушка в строгом сером тактическом комбинезоне, ее огромные голубые глаза смотрели на меня серьезно и выжидающе.
— Итак, большие мальчики решили перестать играть в песочнице, — констатировала она, ее голос был ровным, как у диктора на первом канале.
— Решили, — подтвердил я. — И мы тоже. Алиса, мне нужно все, снять все ограничения, активировать боевые протоколы.
На ее губах промелькнула тень прежней улыбки, но теперь она была хищной.
— Я надеялась, что вы это скажете, командир. Активирую боевой протокол «Жнец». Предупреждение: биометрическая отдача будет экстремальной. Нагрузка на нейронную сеть…
— Мне плевать на нагрузку. Просто делай.
Внутренний мир взорвался. Привычный, лаконичный интерфейс Консоли с его строгими линиями и столбцами данных сменился каскадом красных, агрессивных окон с предупреждениями. По моим нейронным связям, словно разряд тока, прошел импульс, вскрывая скрытые резервы, выпуская на волю зверя, которого я так долго держал на цепи. Я почувствовал, как мышцы наливаются силой, а мир вокруг замедляется, становится кристально четким.
С кошачьей грацией, немыслимой для моего прежнего тела, я соскользнул со своего снайперского лежбища. Экзоскелет на ноге, до этого бывший лишь поддерживающим корсетом, теперь гудел, наливаясь мощью, он стал продолжением моей воли. Я подбежал к позиции Матвеева, который с выпученными глазами смотрел на меня. Не говоря ни слова, я выхватил из его рюкзака заветный контейнер с Пылью.
— Командир… берегите себя, — только и смог выдавить из себя старый вояка.
Срываю пломбу, серо-голубое, мерцающее облако нанитов вырвалось наружу. Я не просто вдохнул его, буквально втянул его в себя, каждой клеткой своего тела. Это было все равно что выпить жидкую молнию. Миллиарды микроскопических машин хлынули в мою кровь, подключаясь к моей нервной системе, подчиняясь приказам Консоли. Вокруг меня сгустился воздух, наниты, теперь подчиненные моей воле, начали формировать вокруг моего тела плотную, вибрирующую, полупрозрачную сферу, мой личный щит.
— Пора, — сказал я сам себе и, не оглядываясь на своих ошеломленных бойцов, тенью метнулся в сторону бандитского поселка.
Моей первой целью была не сама троица Дельта, а их «свита», засевшая в ближайшей казарме. По данным Алисы, там находились три Кинетика рангом Эпсилон и около двух десятков обычной охраны. Зачистить их было необходимо, чтобы они не ударили в спину, пока я буду занят серьезной дичью.
Я двигался с нечеловеческой скоростью, петляя между деревьями, мое тело, усиленное Пылью, не знало усталости. Добравшись до бревенчатого, приземистого строения, я замер в тени, слившись с темнотой. В окнах горел тусклый свет, слышались пьяные голоса и смех. Они даже не подозревали, что смерть уже стоит у них на пороге.
Не раздумывая, я сорвал с разгрузки четыре светошумовые гранаты и одну за другой, с выверенной точностью, метнул их в окна. Секунды тишины, а затем казарма содрогнулась от четырех оглушительных взрывов, которые выбили все стекла. Еще до того, как осколки перестали падать, я ураганом ворвался внутрь через выбитую дверь.
Внутри царил ад. Дым, смешанный с пылью, крики, стоны. Ослепленные, оглушенные бандиты метались, как крысы в бочке, натыкаясь друг на друга. Я не дал им ни секунды. Мой карабин, который держал наготове, срезая тех, кто был ближе всего. Затем, отбросив его в сторону, выхватил из кобур оба револьвера.