Страница 40 из 53
Я останавливаюсь возле входа.
Лера тоже.
— Он меня не поцеловал.
— Потому что правило?
— Да.
Она внимательно смотрит на меня.
— А ты хотела?
Я вспоминаю сегодняшнее утро. Тимура за моей спиной. Его руку на талии. И остальную часть пробуждения, о которой Лере я рассказывать точно не собираюсь.
— Да.
Лера выдыхает.
— Тогда зачем тебе это правило?
Хороший вопрос.
Очень.
Из зала доносится голос Руслана.
— Лер!
Она поворачивается к открытой двери.
— Иду!
Потом снова смотрит на меня.
— Подумай.
— Уже.
— Видно.
Лера уходит в зал.
Я остаюсь у двери и через стекло вижу Тимура. Он стоит возле схемы рассадки и что-то объясняет декоратору. Тёмная футболка, джинсы, руки в карманах.
Спокойный.
И очень терпеливый.
Чёрт.
До шести мы заняты. Схему устанавливают у входа, флористы заканчивают арку, на террасе расставляют столы, проверяют гирлянды, выносят часть декора.
Я помогаю Лере сверять карточки гостей. Ближе к пяти она собирает сумку и уезжает на маникюр, а я остаюсь фотографировать для неё готовую расстановку.
Тимур всё это время курсирует между парковкой, залом и технической зоной. Иногда мы пересекаемся, и каждый раз происходит одно и то же: взгляд, короткая улыбка — и дальше каждый занимается своим.
К семи площадка становится значительно тише. Большая часть работников уезжает. Руслан с отцом отправляются в город.
Лера пишет, что задержится в салоне, а потом поедет к Руслану и его родителям. Домой она вернётся поздно.
Я стою на террасе возле окна и просматриваю фотографии в телефоне, когда за спиной открывается дверь. Сначала слышу шаги, потом голос Тимура.
— Всё?
Я оборачиваюсь.
Он выходит на террасу и закрывает дверь за собой.
— Да. Лера сказала, чтобы мы тоже ехали.
— Поехали.
Я убираю телефон в сумку.
Тимур первым спускается по трём ступеням с террасы. На нижней оборачивается и протягивает мне руку.
Я вкладываю в неё ладонь и спускаюсь следом.
На ровной дорожке его руку не отпускаю.
Тимур замечает это сразу. Пальцы слегка сжимаются вокруг моих.
От террасы дорожка раздваивается: вправо нужно идти к парковке, влево — к озеру.
Я сама сворачиваю влево и веду Тимура к воде.
Машина остаётся в другой стороне.
Он понимает это через несколько шагов.
— Алина.
— Что?
— Парковка там.
— Я знаю.
— Тогда куда мы идём?
Я смотрю вперёд.
Деревянный настил уходит к воде. После дождя доски тёмные, вокруг тихо, только из здания доносится приглушённая музыка, которую кто-то оставил включённой на проверке.
— Пройдёмся пять минут.
Тимур ничего не спрашивает. Просто идёт рядом.
Мы доходим до конца настила. У воды прохладнее.
Я отпускаю его руку и кладу ладони на деревянные перила. Солнце уже низко, свет ложится на воду длинной золотистой полосой.
Тимур встаёт рядом, оставляя небольшое расстояние.
Я смотрю на озеро и понимаю, что надо сказать сейчас. Иначе опять буду анализировать это полночи.
— Тимур.
— Да?
Я поворачиваюсь к нему.
— Третий пункт можно убрать.
Он не двигается. Только взгляд становится внимательнее.
— Уверена?
— Да.
Ответ выходит спокойно, и именно поэтому я понимаю, что действительно уверена.
Тимур делает один шаг ко мне. Теперь расстояние между нами совсем небольшое.
— С сегодняшнего дня? — спрашивает он.
Я улыбаюсь.
— Очень смешно.
Его рука поднимается. Пальцы легко касаются моей щеки, большой палец проходит вдоль скулы.
Я чувствую каждое движение.
— Алина.
— Что?
— Последний шанс передумать.
Я смотрю ему в глаза.
— Передумала.
— Что? — брови Тимура приподнимаются.
— Не ожидал такого ответа? — спрашиваю, усмехнувшись.
Он качает головой и через секунду меня целует.
Сначала медленно. Губы касаются моих, задерживаются, и у меня внутри всё сжимается от одного этого движения.
Я сама подаюсь ближе.
Тогда его ладонь с моей щеки скользит на затылок, вторая рука ложится на талию и притягивает меня к нему.
Поцелуй становится глубже.
Я держусь пальцами за его футболку. Тимур целует уверенно, спокойно, никуда не торопясь, и от этого у меня очень быстро перестаёт получаться думать.
Все мои правила, все аргументы, все семь дней отходят куда-то далеко. Остаются только его рука на моей талии, тёплые пальцы у затылка и его губы на моих.
Я первая отстраняюсь на несколько сантиметров.
Тяжело дышу.
Тимур не отпускает. Его лоб касается моего.
— Это сейчас было по договору? — спрашиваю я.
Он улыбается.
— Нет.
— Хорошо.
— Опять?
Я начинаю смеяться.
Тимур тоже.
А потом целует меня снова.
И второй раз выходит уже совсем иначе.