Сплошная непредсказуемость

Все нормально. Все в полном порядке.

Бармен одаривает меня выразительным взглядом, когда я передаю заказ, но не спорит. Пока я жду, оглядываюсь на столик. Эмми подалась вперед и что-то вдохновенно рассказывает, активно жестикулируя, а Фостер и Джош смотрят на нее с одинаковыми ухмылками.

Она вписывается. Вот что меня поражает. Она просто… подходит. Словно знает их не пару минут, а много лет. Я же не вписываюсь никуда. Никогда не вписывался. Но стоит Эмми войти в помещение, как она тут же становится его частью.

Я приношу ей коктейль. Она делает глоток и зажмуривается от удовольствия.

— О-о, как вкусно. Ты отлично справился.

— Я просто повторил твои слова.

— И запомнил все до последнего слова. Это впечатляет.

— У меня хорошая память.

— На сложные заказы выпивки?

— На все.

Она на секунду задерживает на мне взгляд, и в ее глазах что-то мелькает. Но тут Фостер громко откашливается, и момент рушится.

— Итак, — говорит он, откидываясь назад. — Благотворительный вечер на этих выходных. Вы готовы?

Эмми выпрямляется.

— О, точно! Я как раз хотела спросить. Какой там дресс-код? Вечерние платья или просто деловой элегантный стиль? Потому что это совершенно разные вещи, и мне нужно понимать, на какое количество пайеток рассчитывать.

— Дресс-код – вечерний официальный, — говорю я. — Формальный

Ее глаза расширяются.

— Мне нужно новое вечернее платье. У тебя есть смокинг?

— Да.

— Какого цвета твой смокинг? Полагаю, черный? Нам нужно подобрать чтобы наряды сочетались? Это не слишком банально? Мне кажется, это банально, но, наверное, так и должно быть у пары?

— Он черный.

— Значит, я могу надеть что угодно?

— В пределах разумного.— Я приподнимаю одну бровь.

— Что значит «в пределах разумного»?

Фостер фыркает.

— Это значит, он не хочет, чтобы ты заявилась в неоновом утягивающем платье.

— Я и не собиралась надевать неон. — Эмми делает паузу. — Наверное.

— Надевай что хочешь, — говорю я, и говорю искренне. Она могла бы прийти хоть в бумажном пакете и все равно оставаться самой интересной девушкой в зале. Хотя, разумеется, ей я этого не скажу.

— Кто там будет? — спрашивает она. — На кого мне нужно произвести впечатление?

— Мой начальник, Дэниелс. Тот самый, который хочет отправить меня на Аляску. — Я делаю глоток содовой. — Его жена тоже будет там. Маргарет. Она… наблюдательна.

— Насколько наблюдательна?

— Она сразу заметит, если мы не будем выглядеть настоящей парой.

Эмми медленно кивает, обдумывая услышанное.

— То есть нам нужно быть… какими? Нежными? Раскованными друг с другом?

— Вроде того.

— Нам стоит потренироваться, — произносит она как бы между прочим, словно предлагает повторить реплики перед пьесой. — До субботы. Привыкнуть, ну сам понимаешь, к прикосновениям.

Фостер давится пивом.

— Не в этом смысле! — уточняет Эмми, заливаясь румянцем. — Я имела в виду держаться за руки. Стоять вплотную. Обычные вещи для пар.

— Понятно, — отвечаю я. — Вещи для пар.

— Мы ведь до этого вообще не контактировали физически, — тараторит она с привычной для нее скоростью, когда нервничает. — А теперь должны изображать любовь перед твоим начальством? На людях? Когда все смотрят и оценивают?

— Мы справимся.

— А если мы будем выглядеть неловко? Что, если они поймут, что это притворство?

— Не поймут.

— Откуда ты знаешь?

На самом деле я не знаю. Я понятия не имею, получится ли у нас. Но она смотрит на меня своими большими ореховыми глазами, тревожно нахмурив лоб, и я слышу собственный голос: — Потому что мы будем тренироваться. Каждый день до самой субботы. К тому моменту, когда мы войдем в зал, прикасаться к тебе станет для меня так же естественно, как дышать.

Слова повисают в воздухе.

Черт. Зачем я это сказал?

Брови Фостера взлетели куда-то к линии роста волос. Джош смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

Щеки Эмми вспыхивают.

— Оу. Ладно. Это, гм… Да. Хороший план.

— Это практичный план, — поправляю я, хотя мой голос звучит более хрипло, чем планировалось.

— Точно. Практичный. — Она делает долгий глоток «Маргариты». — Ужасно практичный.

Фостер снова пихает меня ногой под столом. Когда я перевожу на него взгляд, он беззвучно одними губами произносит: «Ты влип».

И он не ошибается.

Но глядя, как Эмми смеется над какой-то шуткой Джоша, ощущая тепло ее плеча, прижатого к моему, я начинаю думать, что влипнуть – не самое худшее, что может случиться.