Страница 48 из 64
Глава 36
Глава 36
– Что скажешь? – я внимательно уставилась на лицо Кирилла, чтобы поймать его реакцию на мои старания больше половины месяца.
В гостиной остались лишь небольшие штрихи. Кухня и спальная комната были готовы полностью. Я посчитала что в первую очередь должны быть готовыми комнаты, которыми Кирилл будет пользоваться в первую очередь.
– Маш, ты чудо! – Тухманов снял пальто и положил его на кресло.
Я усмехнулась. Моими стараниями есть и кресло, и диван в гостиной, а окна зашторены тёмно-серыми шторами, и вся эта красота с электрическим массивным камином освещается трехуровневой подсветкой.
Тухманов обнял меня сзади, запечатлев в шею нежный поцелуй. Волна мурашек пробежалась по спине сразу же. Горячее дыхание мужчины продолжает щекотать то место, где Кирилл уткнулся лицом.
Я облизнула припухшие от поцелуев губы, чувствуя моментальную реакцию на его прикосновения.
– Маш ты чудо, – повторила за Кириллом. – И всё?
– Малыш, я не ожидал, что ты воплотишь то, что я хотел, и даже больше. Ты талант, – Кирилл развернул меня к себе лицом и приподнял за подбородок. – Я всегда знал, что у тебя всё получится.
Я улыбнулась. Софья Владимировна не разделяла моего рвения в этой области. Она считала, что дизайн – это слишком специфично, и лучше выбирать профессию, более приближенную к жизни. И лучше всего выучиться на бухгалтера или продолжить обучать детишек в школе, как это делала моя бабуля. Но стойкий характер и творческое начало взяли вверх.
– А кухня? – спросила шёпотом.
– Мне нравится всё, – увлекая меня в арочный проём, произнёс Кирилл.
Я расплылась в улыбке. Сегодняшний день был таким длинным и, наверное, самым счастливым в моей жизни.
***
Все встречи со строительными бригадами пришлось отменить и перенести на следующую неделю. Планы доделать кабинет Тухманова в эти выходные отодвинулись.
Самое лучшее утро началось с завтрака в компании Тухманова. Я заказала доставку продуктов на адрес и во всю колдовала на кухне, пока Кирилл спал, уткнувшись в подушку лицом.
Я решила опробовать новую духовку, в которой поднимался пышный омлет и нарезала свежие овощи для салата с тунцом и помидорами.
Кофе-машина загудела, осведомив меня о том, что кофе готов. Выставила тарелки и столовые приборы на столе. Нарезала сыр и колбасу на ломтики и выставив это на белой тарелке на столе. Я закупила столовые приборы и тарелки с ложками, предполагая, что такими мелочами Тухманов заниматься не будет. Повернув голову, уставилась на Кирилла, который, опёршись о дверной косяк, рассматривал, как я разгуливаю по кухне в длинной майке, которую я нашла в шкафу спальной комнаты.
– Привет, – расплываюсь в улыбке.
– А тебе идёт моя майка, – голос у Тухманова, как всегда завораживающе красивый и сексуальный.
Кирилл подходит ближе и заворачивает в объятия и целует в шею.
– Ты в ней такая сексуальная… – от его шепота мурашки разбегаются по телу.
– Пахнет божественно, – Тухманов бросил взгляд на духовку, затем перевел взгляд на чашки с кофе, стоящие на кухонном столе.
– Завтрак из серии. На скорую руку, – отчиталась тут же.
– У нас есть посуда?
– Ага. Кто-то позаботился чтобы кофе-машина стояла там, где нужно, а на столе помимо кружки можно было увидеть тарелки иложки.
– Маня, ты моя спасительница.
Запечатлев поцелуй за ушком, Кирилл направился в ванную комнату.
Маня – спасительница достала пышный омлет из духовки и аккуратно разложила по тарелкам.
– Кир, мне нужно появится в больнице, – предупредила Кирилла и присела напротив Тухманова.
– Появимся, – коротко ответил Тухманов. – Я бросил тебе на карту деньги, Маш, – бросив на меня слишком серьезный взгляд, произнёс Тухманов.
Я приподняла брови.
– Я не закончила, – подняла глаза на Кирилла.
– И что? За две недели я не узнал свой дом Маша. Не знаю, почему раньше не обратился к тебе, – накалывая вилкой салат подметил Тухманов.
– Потому что раньше нужно было заглянуть в родной дворик.
– Слишком много дел. Слишком мало времени, – попробовал оправдаться Тухманов. – А квартира родителей давно пустует. Иногда думаю её продать, но… нерешаюсь.
Скромная однокомнатная квартира на этаж выше от нашей, пустовала давно. Я бы тоже не смогла на месте Тухманова расстаться с тонкой ниточкой, связывающей с детством и давно ушедшими родителями.
– Если не знаешь... Значит не трогай, – дала совет и собрала тарелки.
– Наверное, ты права, – Кирилл откинулся на спинку стула.
– Маш, спасибо за клевый завтрак, – Тухманов оглядел кухню и вернул взгляд голубых глаз на меня.
– Не за что, – расплываясь в улыбке, отвечая Кириллу, утопая в этих неземных глазах.
Хотя все рабочие визиты строительных бригад были перенесены. Некоторые поставки товаров пришлось ждать. К обеду привезена посудомоечная машина и часть мебели, поставку которых отменить никак нельзя.
После больницы, где мы появились с Кириллом перед Софьей Владимировной, Тухманов остановил свой автомобиль у моего подъезда.
Кирилл поднялся наверх, в квартиру своих родителей, а я, влетев в квартиру быстрым шагом, направилась в спальную комнату. На мне всё тоже вечернее платье, которое я надела на корпоративную вечеринку. Я стянула платье и чулки и пробежавшись по скромному гардеробу, решила остановится на простых джинсах и черном свитре под горло. В рюкзачок бросила тонкое платье с рукавом до середины локтя, если нужно будет переодеться к ужину, у меня будет скромное, но симпатичное платье и раздельный купальник чёрного цвета.
Я выглянула из окна и оглядела двор в поисках высокой фигуры Беликова. Оказывается, этот мерзкий тип следил за мной и был в курсе, что я встречалась с Тухмановым. И даже двухнедельное отсутствие Кирилла тоже было замечено моим кредитором.
Я присела в салон автомобиля, закинув свой рюкзачок на заднее сидение. Бросив удовлетворительный взгляд на меня, Тухманов вывернул руль, и чёрный внедорожник мягко рванул из дворовой территории.
– И где мы должны появится?
– Отдохнуть от будней мегаполиса в хорошем месте, – неопределенно ответил Тухманов.
Я особо не стала расспрашивать о приятеле, но купальник, который Тухманов попросил взять с собой, бросила в рюкзачок.
Приятель, скорее всего, такого же полёта птичка, что и Тухманов. Я глубоко выдохнула и сделала глоток кофе, который мы купили по дороге.