Страница 65 из 95
Предложение соединить Торнов с домом, имеющим особенно устойчивую печать.
Визиты Ревана Дорса.
— А если не собрать двенадцать?
— Старые записи утверждают, что круг не замкнётся.
— Почему именно двенадцать?
— Потому что корневая дворцовая печать имеет двенадцать основных родовых входов.
— По числу великих домов.
— Именно.
Эврайна медленно выдохнула.
Не древнее пророчество.
Не небесное совпадение.
Система.
Когда-то созданная людьми.
И поэтому особенно страшная.
— Что произойдёт, если круг замкнётся?
Тейр перевернул лист.
— Свободная гильдия описывала это как «общий отвод».
— Отвод чего?
— Любого свойства, которое венечный рисунок признаёт частью родовой силы.
— Дар.
— В том числе.
— Куда?
Он указал на центр схемы.
— В принимающий контур.
Эврайна посмотрела.
— Тринадцатая рука?
— Нет.
— Тогда что?
— Читающая рука только совмещает линии. Получателем может быть другой контур, подключённый после замыкания.
— То есть человек в центре не получает силу.
— Не обязан получать.
— Но может направить.
— Да.
В памяти вспыхнуло золотое сияние на окнах улицы Фонарщиков.
Несколько секунд чужой силы, вернувшейся к источнику.
Она тогда просто прикоснулась к мантии Сорвейна и увидела не ткань, а всю систему целиком.
— Поэтому им нужен тот, кто способен увидеть все двенадцать узоров одновременно.
— Да.
— Иначе они не совпадут.
— У каждого рода своя печать, свой венечный рисунок, собственная структура дара. Обычный мастер может зарегистрировать их отдельно. Но свести в одну работающую сеть...
— Нужна я.
На этот раз Тейр не стал говорить «не спешите».
Он открыл вторую папку.
— Поэтому я принёс ещё это.
Эврайна сразу узнала копию собственной брачной регистрации.
Не ту, что они читали вместе с Сорвейном и Остером.
Рядом лежал другой лист.
Более узкий.
Без обычной рамки.
— Что это?
— Закрытое служебное приложение к вашей первичной венечной оценке.
Эврайна подняла глаза.
— В прошлый раз его не было.
— Потому что в королевском брачном архиве хранится только открытая часть и контрольные слепки. Служебное приложение центральной Гильдии находится в отдельном разделе договорного реестра. До сегодняшнего утра у меня не было основания запрашивать его полностью.
— Теперь есть.
— Да.
Она взяла документ.
Сначала увидела дату.
Семь лет назад.
За сорок три дня до свадьбы.
Потом собственное имя.
Эврайна Мерсель.
Дальше шло уже знакомое заключение: «неидентифицированный неоформленный резерв».
Эту формулировку она слышала позже десятки раз.
Но ниже находился второй текст.
Не написанный чернилами.
Скрытый внутри рамки.
Эврайна увидела его без королевской пластины.
Тейр — после того как приложил свою.
— «Тип отклика...» — прочла она.
Дальше стояли две буквы и число.
ЧР-13.
— Что это?
— В современном перечне такого обозначения нет.
— А в старых документах?
Тейр повернул к ней один из листов Свободной гильдии.
Внизу, возле рисунка раскрытой ладони, стояло то же сокращение.
Читающая рука.
Тринадцатая позиция.
Эврайна долго смотрела на собственное имя.
Её обнаружили.
Не после золотых окон.
Не после Лаверии.
Не даже в день свадьбы, когда Остер увидел большой неоформленный резерв.
За сорок три дня до свадьбы кто-то уже знал достаточно, чтобы записать старое обозначение дара, который официально считался утраченным почти три десятилетия.
— Остер этого видел? — спросила она.
— Нет.
— Уверены?
— Его копия оценки совпадает с вашей открытой частью. Служебный слой был добавлен центральным управлением после первоначального осмотра.
— Кто?
Тейр указал на нижний край.
Эврайна увидела маленький знак.
Круг.
Три пересекающиеся нити.
Дуга.
Гильдия.
Рядом находилась ещё одна, почти невидимая печать.
— Это чья?
— Личная регистрационная печать тогдашнего заместителя верховного мастера.
— Он ещё жив?
— Нет.
— Удобно.
— Эврайна.
— Я не обвиняю мёртвого человека. Пока.
Тейр чуть качнул головой.
Она продолжила читать.
Ниже находилась строка, значение которой сперва показалось непонятным:
«Рекомендуемый якорь: АРКРО. Совместимость высокая. Удержание стабильное».
Эврайна перестала слышать шорох ткани у дальнего окна.
— Нет.
Тейр не сказал ничего.
— Это было до свадьбы.
— Да.
— Дом Аркро уже выбрали.
— Похоже.
— Для чего?
— Посмотрите следующую строку.
Она не хотела.
Но посмотрела.
«До полного оборота основного реестра — семь лет».
Семь.
Ровно столько продлился её брак.
Эврайна положила лист на стол.
Очень аккуратно.
Иначе хотелось смять.
— Они знали, сколько я должна оставаться с Сорвейном.
— Документ показывает, что кто-то в центральном управлении связывал вашу венечную оценку с полным оборотом реестра через семь лет.
— Это не то же самое.
— Нет.
Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, почему эта оговорка сейчас не раздражает.
Потому что Тейр не позволял даже очевидной ярости стать доказательством раньше времени.
— Ищем дальше, — сказала она.
Следующий скрытый слой оказался короче.
«Читающий резерв не раскрывать до отделения от якоря».
Эврайна перечитала.
— Не раскрывать.
Тейр стоял рядом.
— Это уже трудно объяснить обычной стабилизацией.
— Они специально не позволяли мне понять, что у меня есть дар.
— Да.
Впервые за всё расследование он произнёс это без оговорки.
Эврайна почувствовала, как внутри появляется не злость.
Пустота.
Очень спокойная.
Она вспомнила проверки.
Мастеров, разводивших руками.
Сорвейна, который сначала говорил, что дар ещё проявится.
Потом — что не всё в жизни измеряется магией.
Позже вообще перестал об этом говорить.
Она сама перестала спрашивать.
А где-то в закрытом служебном слое лежала инструкция:
не раскрывать.