Страница 6 из 222
Вместо предисловия
(Из второго издания 2007 г.)
Я рад возможности представить немногими словами новую книгу о нашем выдающемся соотечественнике, главном конструкторе ракетно-космических систем Сергее Павловиче Королеве.
12 апреля 1961 г., после сообщения о полете в космос первого космонавта Земли — Юрия Гагарина, Президент Франции Шарль де Голль обратился к Председателю Совета Министров СССР Н. С. Хрущеву с посланием, в котором были такие строки:
«Успех советских ученых и астронавтов делает честь Европе и человечеству. Я рад воздать должное и направить Вам мои самые горячие поздравления».
Президент США Джон Ф. Кеннеди также поздравил Хрущева и советских инженеров, «сделавших это достижение возможным».
Первые искусственные спутники Земли, первый вымпел Советского Союза, доставленный на Луну, фотографии обратной стороны Луны, полет Гагарина и каскад последующих пилотируемых полетов «делали честь», конечно, всему человечеству, но в первую очередь — советскому народу. Однако ученые и инженеры, «сделавшие эти достижения возможными», в течение многих лет оставались людям неизвестными.
Парадоксом истории нашего государства было многолетнее вето на публикацию имен творцов современной ракетной техники и пионеров космонавтики.
Мир узнал имя главного конструктора первых в истории цивилизации ракетно-космических систем лишь в январе 1966 г.
Без преувеличения можно сказать, что правительственное сообщение о смерти дважды Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской премии, академика Сергея Павловича Королева отозвалось в Советском Союзе общенародной скорбью.
Космические триумфы 60‐х годов, безусловно, способствовали консолидации общества. Но горе тоже объединяет. Об этом свидетельствовала бесконечная очередь в Колонный зал Дома союзов. Десятки тысяч людей, дотоле ничего не знавших об академике Королеве, часами стояли на морозе, чтобы отдать последний долг этому человеку. Его хоронили с почестями, которых удостаивались только высшие руководители государства.
С тех пор имя Королева неразрывно связано в общественном мнении с именами Гагарина и других космонавтов, которые обрели всемирную славу и олицетворяют достижения нашей науки и техники, вызывая всеобщее восхищение.
За 20 лет совместной работы с Сергеем Павловичем мне и другим, проработавшим с ним последние десятилетия его жизни, казалось, что мы достаточно хорошо познали «феномен Королева».
Он удивлял технической интуицией, широким системным мышлением, неожиданной для многих логикой, волей, стремлением к глубокому проникновению в существо технических решений. Королев был главной движущей силой на всех стадиях работ: от первоначальной идеи через конструкторскую разработку, производство, привлечение смежных наук и необходимых союзников до летных испытаний и реализации конечной цели. Не только и не столько данной ему властью, сколько своим личным непоказным энтузиазмом он увлекал за собой соратников и специалистов смежных организаций.
О великих людях биографы обычно пишут, пользуясь терминологией Маркса, что «ничто человеческое ему не было чуждо». Смею утверждать, что Королеву были чужды жадность, зависть, злопамятность. Он не предавал, не обманывал и не терпел обмана, не опасался держать рядом с собой умных и талантливых людей. В отличие от многих «главных» и «генеральных» Королев не стремился все «грести под себя» и приклеивать свое имя к любой работе, выполненной его школой. А он создал великолепную школу, из которой вышли другие именитые главные, создавшие свои школы. И он не ревновал к их успехам.
Не забывал Королев и никого из тех, кто помогал ему в трудные периоды жизни. Между тем для людей, добившихся больших успехов, такая «забывчивость» — явление обычное.
Он привлекал людей тем, что при победах делил лавры на всех по заслугам, а при поражениях никого не подставлял, смело брал ответственность на себя.
Управление большой системой, как правило, требует жесткости. И Королев был жестким, иногда артистически «крутым» организатором, но никогда — жестоким.
В условиях авторитарного государства, используя сильные стороны мобилизационной экономики, он умудрялся воодушевлять не только ближайших соратников, но и чиновников партийно-государственного аппарата.
Бывший «враг народа», прошедший главные тюрьмы страны, чудом выживший на Колымской каторге, терпевший тяжелейшие удары от государства, он ему верно служил, храня в себе любовь и преданность Родине. Рассказать, правдиво написать обо всем, что пережил Королев, можно, только переплетая личное с историей ракетной и космической техники, с историей страны.
Очень медленно — почти два десятка лет — поднималась завеса тайны, окружавшая деятельность Королева и его биографию. После смерти Королева появились сотни газетно-журнальных публикаций и книг, отражавших его творчество. Но авторы большинства тех публикаций — профессиональные журналисты и писатели — за многие годы своей работы были хорошо воспитаны аппаратом государственной цензуры. Поэтому их нельзя упрекать в том, что созданный ими образ «главного конструктора» далек от облика живого Королева, хорошо известного его соратникам, родным и близким ему людям.
Серьезные исследования жизни и творчества Королева появились только после рассекречивания ракетно-космической истории нашей страны.
Я хотел бы упомянуть книги Я. К. Голованова «Королев» (1973), «Королев. Факты и мифы» (1994), А. П. Романова «Королев» (1990 и 1996), вышедшую в серии «Жизнь замечательных людей», Г. С. Ветрова «С. П. Королев. Свет и тени в истории космонавтики» (1998).
Феномен Королева подвигнул к творчеству и зарубежных историков космонавтики. В 1998 г. в США была издана книга американского историка и журналиста Харфорта «Королев», а в капитальном труде Азифа А. Сиддики, целиком посвященном истории советской космонавтики, объективно описано ракетно-космическое творчество Королева в период 1945–1965 гг. Последняя работа выполнена в историческом департаменте НАСА. Этот уникальный по числу использованных первоисточников труд содержит 1000 страниц, на которых изложена история ракетно-космической техники Советского Союза от Циолковского до 1974 г. Деятельности Королева в этом труде уделено основное внимание, причем рассмотрены его отношения с государством, Коммунистической партией, своими заместителями и другими главными конструкторами.