Страница 189 из 222
Третью бригаду — прямоточных воздушно-реактивных двигателей и газодинамических испытательных установок — возглавлял Ю. А. Победоносцев. В этой бригаде работали: старший инженер М. С. Кисенко, инженеры Г. И. Иванов, В. Е. Лисичкин и В. А. Тимофеев, конструкторы Л. Э. Брюккер, И. А. Меркулов и О. С. Оганесов, механики Н. Н. Краснухин и А. Б. Рязанкин. Бригада работала над созданием аэродинамической трубы со скоростями потока, превышающими скорость звука (тема «04»), и разрабатывала снаряд с прямоточным воздушно-реактивным двигателем (тема «08»).
Руководителем четвертой бригады — ракетопланов и крылатых ракет — был мой отец. В эту бригаду входили: старший инженер Е. С. Щетинков, инженеры Н. А. Железников, С. А. Пивоваров и А. В. Чесалов, конструкторы В. В. Горбунов и Г. Н. Федотов, механики A. M. Дурнов и Б. А. Пивоваров, чертежница В. В. Иванова. В бригаде разрабатывалась тема «06» — проектирование ракетоплана РП-1 под двигатель Ф. А. Цандера ОР-2, велись работы над ракетопланом РП-2 и беспилотной крылатой ракетой.
Важную роль во всех работах играли механики, осуществлявшие монтаж объектов и их испытания. Это требовало высокой квалификации, творческого отношения к делу и широкого технического кругозора. Неудивительно, что механики ГИРД были не простыми исполнителями, а такими же специалистами, как конструкторы и инженеры. Неписаным законом коллектива гирдовцев были взаимная помощь и бескорыстие. Помогали смекалка, умение найти нестандартный выход из трудного положения. Так, для одновременного снятия показаний приборов на пульте управления аэродинамической трубой решили эти приборы фотографировать. Пришлось применить фотовспышку, но ее частое многократное включение создавало невероятный чад. Возникла идея заменить вспышку дуговыми лампами, однако средств на их покупку в ГИРД не было. Тогда собрали деньги между собой и с большим трудом, но все же уговорили администрацию одного из московских кинотеатров продать несколько дуговых ламп. И этот случай не был единичным.
План производственных помещений ГИРД. Москва, апрель 1932 — октябрь 1933 г.
Каждая бригада имела свое помещение со столами, стульями, чертежными досками. Дневного света не было, поскольку небольшие подвальные окна были обшиты снаружи листовым железом, а изнутри фанерой и закрашены краской. Инструментов, кальки, бумаги не хватало, приходилось приносить из дома. Когда для пайки некоторых соединений двигателя потребовалось серебро, то, не сговариваясь, многие принесли — кто чайную ложку, кто стопку или другие предметы домашнего обихода. Было тесновато, холодновато, но люди не унывали — они горели желанием работать.
Кроме конструкторских бригад, в подвале ГИРД размещались испытательные стенды, слесарно-медницкий цех и наковальня, участки сборки ракет. Имелись комнаты общественных организаций, инженерно-технических работников, работающих по совместительству, техническая библиотека, кабинет начальника Группы, комната секретаря, буфет, в котором гирдовцы наскоро завтракали и ужинали стаканом молока или сметаны. Летом 1932 г. появилась финансовая часть.
Раньше всего началась работа в конструкторских бригадах. Добровольно, на общественных началах, не получая денег за труд, гирдовцы задерживались иногда до полуночи, готовя рабочие чертежи изделий новой тогда ракетной техники. Не зря они сами в шутку расшифровывали название ГИРД как «Группа инженеров, работающих даром».
В начале 1932 г. в газете «Техника» (№ 4 и 30) были опубликованы статьи о ГИРД, вызвавшие заинтересованные отклики читателей. 30 марта 1932 г. «Техника» № 31 напечатала обзор писем, поступивших в редакцию и Осоавиахим. Отец вырезал эту публикацию, и она хранилась в его личной папке. Письма были пронизаны гордостью от сознания, что в нашей стране ведутся такие важные и нужные работы. Так, К. Э. Циолковский, обращаясь к энтузиастам ракетной техники, писал: «Вы проявили такую деятельность и так настойчивы, что я не считаю себя вправе более молчать. Удивляюсь и радуюсь вашей энергии. Несомненно, одолению заатмосферного пространства предшествует овладение разреженными слоями атмосферы — стратосферы. Деятельность ваша необычайная и полезная, и я желал бы отметить ее в одной из своих книжек». Я. И. Перельман также не мог не откликнуться: «Меня радует, что ваши труды завершились известным успехом в смысле сплочения сил, могущих помочь делу звездоплавания. Я готов служить ему всем, чем могу. Желаю успеха и ярких достижений». Профессор Н. А. Рынин спешил сообщить: «Рад образованию в Москве ГИРДа, который следовало бы давно организовать. Поздравляю с началом большого дела». Электротехник А. Бойко из Одессы, инженер Е. Луценко из Тифлиса, студент Пермского университета Рыков и другие приветствовали организацию ГИРД и выражали готовность всячески помогать ее деятельности. Одно из писем пришло от члена Союза воздухоплавания Берлина Вилли Лея. Он писал: «Меня очень радует, что и в СССР также произошло объединение людей, работающих в области ракетного дела. Желаю ГИРД успешной плодотворной работы». В том же номере газета выступила со статьей «Создадим Всесоюзный фонд „Штурм стратосферы“». Эта статья, с ярко подчеркнутым отцом заголовком, тоже была им сохранена. В ней были такие строки: «В целях обеспечения материальной базы для научно-исследовательских работ ГИРДа и идя навстречу запросам своих читателей, „Техника“ решила создать СПЕЦИАЛЬНЫЙ ФОНД — „ШТУРМ СТРАТОСФЕРЫ“. Создаваемый нами фонд должен помочь уже в текущем году осуществить полет в стратосферу на аэростате специальной конструкции, осуществить полет на ракетоплане и пуск ряда ракет различного назначения. Это — программа-минимум… ЭТУ ПРОГРАММУ МЫ НАДЕЕМСЯ ОСУЩЕСТВИТЬ СОВМЕСТНО С ОСОАВИАХИМОМ (ГИРД) ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ВСЕЙ СОВЕТСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ». Далее, под заголовком «Вносим, вызываем», также подчеркнутым отцом, сообщается: «Коллектив работников редакции „Техники“ вносит в республиканский фонд „Штурм стратосферы“ первый взнос в сумме 110 рублей и вызывает последовать его примеру другие редакции центральных и местных газет, журналов и издательств, а также коллективы фабрично-заводских газет. Кроме того, редакция вызывает персонально…». В списке названных лиц фамилии Тухачевского, Эйдемана, Степанченка, Арцеулова, Кошица, Туполева, Ветчинкина, Рынина, Цандера, Тихонравова, Королева и многих других.