Страница 17 из 107
И уж тем более кто-то вроде Колина Миллса, чья верность
правосудию
и
закону
затмевает любую возможность увидеть, что иногда два преступления дают в сумме справедливость.
Он слишком поглощен своим долгом государственного служащего, чтобы тратить время на попытки построить нормальную жизнь и просто развлечься. Он женат на работе, и там, судя по всему, нет места для отношений или отдыха. Я даже не уверена, что он находит время на дружбу, если не считать дружеских отношений с коллегами по департаменту.
Что вообще случилось с его семьей? И где он пропадал весь этот год?
— Я отойду в туалет, — бросаю я девчонкам, собирая со стола пустые бокалы, и несу их к барной стойке. Я изо всех сил подавляю желание оглядеться по сторонам и проверить, где обосновался Колин со своей компанией.
Пока я стою у бара в ожидании, когда Микки освободится с клиентом в другом конце стойки, чтобы заказать еду, рядом пристраивается какой-то парень. На его щеке появляется ямочка, когда он выдает кривоватую улыбку. Не могу понять, то ли он в курсе, кто я такая, и ему плевать, то ли просто напрашивается ко мне домой в надежде слить местному паблику «Peak» эксклюзивные кадры изнутри дома убийцы.
— Могу я угостить тебя выпивкой?
Я кошусь на него.
— Лучше не надо.
Я ловлю взгляд Микки, мысленно умоляя её поторопиться, но её глаза отчаянно сигналят мне совсем о другом, и мне требуется доля секунды, чтобы осознать причину.
Этот направленный на меня взгляд я узнаю где угодно.
— Проваливай от неё нахрен.
Я с трудом сглатываю подступивший к горлу ком, опираюсь локтем о стойку и поворачиваюсь к Колину. Он стоит в одиночестве в пяти футах позади меня. Я натягиваю на губы сладкую улыбку.
— Детектив. С возвращением.
— Детектив? — бормочет тип рядом со мной. Его взгляд падает на значок, закрепленный на бедре Колина, после чего он втягивает голову в плечи и поспешно ретируется без лишних слов.
Колин приваливается к барной стойке рядом со мной, скрестив руки на груди с таким видом, будто это единственное место во вселенной, где он сейчас обязан находиться.
— Решил пустить в ход тяжелую артиллерию? — Я разворачиваюсь к нему всем телом, приподнимаю брови и киваю на значок. — Похоже, ты готов на все, чтобы защитить меня, детектив. Я польщена.
Он издает короткий смешок.
— Не обольщайся, Старк. Я защищаю
его
.
Я притворно надуваю губы и отворачиваюсь обратно к стойке.
— Могу я угостить тебя выпивкой?
Прежде чем он успевает вставить слово, я демонстрирую Микки два пальца, давая понять, что нам нужны два шота. Спустя мгновение она подталкивает к нам две стопки с темной жидкостью.
— За твое возвращение. Может, в этот раз ты узнаешь для себя что-то новое, — произношу я тост, приподнимая стопку в направлении Колина.
Он хмыкает и берет свой шот, но демонстративно игнорирует мой жест. Это задевает сильнее, чем следовало бы, пока я наблюдаю, как он опрокидывает алкоголь в себя.
— Все еще бегаешь? — спрашивает он, поморщившись от обжигающего спиртного, и устремляет взгляд на пять красных букв над баром, точно так же, как до этого делала я.
Хотел бы ты знать, детектив?
Нет, я больше не бегаю. Как оказалось, я нашла другие способы давать выход своей ярости.
Я сглатываю, разглядывая его профиль, и это дается с трудом, потому что порой находиться рядом с Колином кажется чем-то до безумия
естественным
. Иногда возникает чувство, будто он мой друг, и именно за этим ощущением я постоянно гонюсь. Именно оно сбивает меня с пути самосохранения. Но пока он не найдет в себе смелости быть честным с самим собой и признать это вслух, мне приходится защищаться. Держать свои стены хотя бы наполовину возведенными.
— Пытаешься составить мое расписание? — Я выгибаю бровь, но он этого не замечает, оглядываясь по сторонам.
Люди, глазеющие на нас, а точнее на
меня
, поспешно отводят глаза, натыкаясь на его суровый встречный взгляд. Колин ощутимо каменеет, когда я придвигаюсь ближе, поднося губы почти к самому его уху. В груди проскакивает электрический разряд, когда я шепчу:
— Придется последовать за мной, чтобы выяснить.
Как и всегда
. Я отталкиваюсь от стойки и оставляю его позади, направляясь по коридору в сторону дамской комнаты.
Ну, по крайней мере, я делала вид, что собираюсь оставить его позади.
Ладно, это
не совсем
правда. Я делала ставку на то, что он раб своих привычек.
И слава богу, что это так.
В полумраке коридора его горячая ладонь скользит по моему животу, перехватывает талию и резко прижимает меня спиной к его телу. Уверена, это задумывалось как демонстрация силы, но по моему телу проносится волна жара прежде, чем он выпускает меня и разворачивает лицом к себе. Он упирается ладонью мне в грудь, пригвождая к стене за спиной, его лицо оказывается в считанных дюймах от моего.
Именно этим обычно все и заканчивалось до его отъезда. Мы всегда словно стояли на краю обрыва, глядя друг другу в глаза и подначивая сделать этот прыжок.
Я чувствую это и сейчас по едва заметной заминке в его дыхании и по тому, как мимолетно его глаза вглядываются в мои. Он заговаривает до того, как позволяет себе увидеть во мне кого-то еще, кроме демона, которым меня считает.
— Знаешь, в чем твоя проблема, Старк? — Его слова звучат тихо, низко. Тембр этого голоса посылает вибрацию по его покрытому татуировками предплечью, до самых кончиков пальцев, и отдается в моей груди. Возможно, он не планировал, чтобы этот вопрос прозвучал так чертовски сексуально, но он паршиво скрывает свои настоящие чувства, и я практически физически слышу похоть, оплетающую каждое слово. Я почти чувствую вкус виски, все еще обжигающего его язык, и мне до безумия хочется скользнуть своим языком в его рот.
Я вопросительно наклоняю голову, приподнимая уголок губ и безмолвно подбадривая его.
Ну давай, расскажи мне, в чем моя проблема, детектив.
— Ты оптическая иллюзия, — тихо произносит он, словно обращаясь к самому себе. — Издалека ты так прекрасна. — Мой желудок сжимается от этого признания, а отчаянное желание получить его похвалу и одобрение разливается внутри чистым шелком. Этот год разлуки явно сделал его смелее, ведь раньше он ни разу не баловал меня комплиментами, хотя у меня есть предчувствие, что сейчас пойдет порция дегтя. — Такая невинная на вид. Такая мягкая.