Страница 40 из 70
— Синаптический коллапс! — выкрикнула Нира, вводя препарат сквозь воротник. — Сосудистый криз ствола мозга! Срочно в реанимацию!
Макса доставили в Центральный госпиталь, поместив в ванну с регенерационным биогелем под тремя контурами циркуляции крови.
Диагноз прозвучал сурово: металлический каркас старого импланта, сросшийся с шейными позвонками, вызвал глубокое микронекротическое поражение мозговых центров. Организм отключился, уйдя в глубокую кому.
Весть облетела колонию за минуты. На города опустилась скорбная тишина.
В тавернах смолкла музыка, флаги на кораблях и башнях приспустили. Тысячи людей шли к госпиталю, молча оставляя у стен цветы и хлеб. Шахтеры на рудниках и металлурги у печей объявили двойные смены, работая с молчаливым упорством.
У дверей реанимации встала стража. Семиметровый Био-Титан Игнациус опустил голову в карауле, перекрыв коридор корпусом. Рядом сжимали карабины химеры Райна и Варра, не спавшие третьи сутки. Громов сидел на скамье, сжав голову кулаками, рядом неподвижно замерла Крак.
За стеклом бокса стояла Лира. Ее лицо превратилось в алебастровую маску, в алых глазах застыла несгибаемая решимость. Она держала на руках двухлетнего Александра, который прижимался к матери и шептал: «Папа спит... Папа, вставай...».
Лира опустила руку в прозрачный гель, сжав холодные пальцы мужа:
— Ты обещал мне, Макс. Ты обещал, что построишь этот дом до конца. Дыши. Слышишь меня? Дыши, командир. Мы не отпустим тебя.
На мониторах жизнеобеспечения ровно и тревожно тянулась слабая нить пульса: тридцать ударов в минуту. Командир оставался за порогом сознания, ведя бой в глубине ледяной тьмы.