Страница 54 из 72
Глава 25
— Евгений Дмитриевич, я приношу извинения от лица рода Вульфов за сегодняшний инцидент, в который вы оказались втянуты, — официозно извинилась Валерия Степановна, при этом едва заметно склоняя голову вниз.
— Не переживайте, я нисколько не виню вас в произошедшем, — после этих слов на лице матери Алисии и Михаила стала читаться благодарность. — Ваша дочь пыталась пресечь конфликт на корню, однако Кауниц оказался слишком упрямым и пошёл до конца.
— Благодарю за ваше понимание, — женщина довольно улыбнулась тому, что я не собираюсь ничего устраивать, помимо произошедшего. — Также мой муж хотел бы встретиться с вами после бала, если это возможно.
— Думаю, с этим проблем не возникнет, но не будем заглядывать наперёд. В дуэли может случиться всякое, — выждав паузу, я решил сменить тему разговора. — Кстати, если не секрет, как так получилось, что Ян Кауниц был приглашён на бал? По его поведению не скажешь, что он желанный гость на светских мероприятиях. Да и Алисия, увидев его, была совсем не в восторге.
— Сложности аристократического мира. Вам ли про это не знать, — с небольшой иронией в голосе ответила мне Валерия Степановна. — Вульфовы очень дружны с родом Кауниц ещё с давних времён, и если бы никто из последних не явился на бал, то этим нанесли бы нам оскорбление.
— Вот оно что, — я не стал озвучивать все мысли, что роились в моей голове.
Для Валерии Степановны это была бы излишняя информация. Догадки я в любом случае подтвердил.
Тем временем слуги рода Вульфов закончили приготовление арены, а сам Ян Кауниц привёл с собой двух мужчин сурового вида, с одним из которых мне, похоже, предстоит вести дуэль. Всё же он побоялся сам доказывать свою точку зрения.
Причём, судя по тому, что на поясах обоих висели ножны, я мог предположить, что они воины. Неприятно, учитывая маленькие размеры арены, но терпимо. Не думаю, что кто-то из них сможет сравниться с наёмником из «Корней». Вот уж кто был близок к тому, чтобы меня убить. Да и тут слишком много посторонних глаз, чтобы действительно мне навредить.
Хотя против теперешнего меня наёмнику пришлось бы несладко. На момент боя я сравнительно недавно взял четвёртый круг маны, из-за чего организм не успел полностью адаптироваться к новой силе. И это я молчу про расширенный резерв маны.
Теперь я могу спокойно принимать удары на барьер и не беспокоиться, что маны не останется для полноценных атакующих заклинаний. В разумных пределах, конечно же. Всё же воспоминания о том бое были весьма яркими, чтобы я не уделял тренировкам нужного внимания.
— Не думала, что у Яна есть такие связи, — выбили меня из раздумий слова Алисии, наблюдавшей за тем, как её брат беседует с Дмитрием-младшим. Жаль, правда, что деталей их разговора я не слышал.
— Ты о чём? — я скрестил руки на груди и приподнял левую бровь.
— Он привёл двух известных в определённых кругах дуэлянтов, — увидев на моём лице немой вопрос, она дополнила: — В Германии редко практикуется дуэльное искусство, но оно существует, и аристократы редко принимают в нём личное участие. Вместо них выступают зарекомендовавшие себя дуэлянты, и у всё той же аристократии есть свои фавориты.
— И насколько эти двое хороши? — не сдержал я своего любопытства.
— Про настоящий бой я ничего не могу сказать, но в дуэльном сражении им почти нет равных. Поэтому и стоят их услуги дорого, — сказав это, девушка ткнула пальцем в одного из мужчин. Ничем особым он не выделялся, за исключением небольшой татуировки змеи на лбу. — Это Стефан, он и будет твоим противником. Любит хвастаться своей чередой побед. Сейчас у него сорок девять сражений и ни одного поражения. Так что сам понимаешь, он захочет выложиться в этом бою.
— Юбилейный бой, получается, — улыбнулся я столь забавному совпадению. — Правда, ему всё равно придётся обломать зубы.
— В твоей победе я не сомневаюсь, но всё же, будь осторожнее, — обеспокоенно сказала Алисия. — Стефан не аристократ и наверняка прибегнет к подлым уловкам. Да и понимая, что проигрывает, может нарушить правила.
— Поверь, мне не впервой сталкиваться с подобным, — едва заметно хмыкнул я на это замечание.
В Академии я состоял в клубе дуэлянтов, а также участвовал в подпольных боях. И это уже не говоря о моём многолетнем военном опыте, который не так просто было тут показать. Пугать меня уловками и нарушением правил всё равно, что ежа голой задницей.
Поэтому я просто ждал момента, когда меня позовут на арену. И долго томиться в ожидании не пришлось. Правда, при этом меня перехватил Дмитрий-младший, решивший, видимо, что-то сказать мне перед боем.
— За тобой следят представители множества родов. Не затягивай бой, здесь этого не любят, — видимо, решил дать такой мне совет старший брат, чтобы Львовы не понесли никакого урона репутации.
— Приму к сведению, — я отделался коротким ответом, поскольку не хотел затягивать с происходящим. Да и брат мой был не из той категории людей, с кем бы я горел желанием поговорить в такой момент.
Арена представляла собой квадрат, чьи границы определял барьер, отделяющий сражающихся от зрителей. Внутри ожидал мой противник — Стефан, а снаружи толпа, желавшая поглядеть на бой. Благо при виде меня они сразу же расступились, иначе пришлось бы проталкиваться внутрь.
Что ещё было примечательно, весь род Вульфов стоял в стороне, отдельно от толпы, словно бы выступая секундантами для нашей дуэли. Помимо них, напротив меня вне толпы также стоял Ян Кауниц со своим вторым дуэлянтом, строя при этом недовольное лицо.
Я сделал вид, что ничего не увидел, и встал на другой конец арены, дожидаясь начала боя, перед которым должна была последовать речь от главы рода.
— Ян Элиас Кауниц вызвал Евгения Дмитриевича Львова на территории рода Вульфов, — громким и суровым басом заговорил Вальдемар Вульфов. — Будучи главой рода, я обязуюсь проследить, чтобы ваш поединок прошёл честно. В случае нарушения установленных правил, я обязуюсь задержать нарушителя и передать его правоохранительным органам по делам аристократии. Если у какой-то из сторон есть вопросы, они могут озвучить их мне здесь и сейчас.
— Правила дуэли? — решил спросить я, хоть и знал о них.
Не хотелось бы, чтобы потом вторая сторона отсылалась на незнание правил, поскольку они не были озвучены.