Старый Грешник

Крак проделала дьявольскую работу. Внешний контур корвета был полностью закрыт матовыми, двухслойными плитами из закалённого титана. Носовая часть обросла тяжёлыми амортизационными рёбрами, а маневровые сопла блестели свежей смазкой.

Инженер стояла на верхнем мостике дока с плазменным резаком на плече и радостно скалила жвалы:

— Стволы в норме, капитан! Броня держит прямой удар плазмы! Нас хрен кто пробьёт!

— На борт! Быстро! — зарычал Макс.

Они ввалились в шлюз. Тяжёлая титановая створка запечаталась с гулким пневматическим шипением.

Макс ворвался в рубку и упал в кресло пилота.

Лилит встала за его правым плечом, положив руку на рукоять стилета и непрерывно сканируя пространство. Нира заняла место навигатора, подключив нейро-сопряжение.

— Всё системы на ста процентах, — отозвался голографический силуэт Евы. — Наверху активированы боевые турели плавучего Атолла. Нас берут в замок прицела!

— Крак, реактор на максимум! — скомандовал Макс. — Выжигаем маневровые!

«Старый Грешник» отстыковался от дока. Корвет рванул из океанской глубины наверх, набирая бешеную скорость.

Впереди возвышался гигантский силовой купол из геодезического стекла, закрывавший искусственный океан Атолла от вакуума.

Охранные турели Верхнего Яруса ударили по корвету носовыми лучами. Плазма скользнула по новым титановым плитам «Старого Грешника», оставив лишь тёмные опалины — броня Крак выдержала!

— Носовые орудия! — зарычал Макс, наводя прицел прямо в центр силового купола. — Залп!

Тяжёлые спаренные пушки корвета ударили сфокусированным плазменным разрядом.

БАМ-БАМ!

Стеклянный силовой купол Атолла не выдержал. Огромная секция размером с жилой квартал разлетелась на миллиарды ледяных осколков. Океанская вода и пар хлынули в образовавшуюся пробоину, закипая в вакууме.

«Старый Грешник» на максимальной тяге пробил дыру в куполе и свечкой ушёл в открытый космос, оставляя пылающий «Жемчужный Атолл» далеко внизу.

Корвет лёг в дрейф на самом краю системы — в зоне «Кладбища Кораблей», где покоились остовы судов, погибших в войнах Гегемонии прошлых веков.

В кают-компании царила долгожданная тишина.

Миллион двести тысяч кредитов лежали на счёте. Корвет был забронирован титаном до зубов. Реактор шептал идеально.

Макс сидел за столом, наливая себе виски. Лилит стояла рядом, не сводя с него преданных алых глаз и осторожно поправляя его воротник. Нира отдыхала на диване, попивая горячий чай.

Сканеры Евы дали странный, ни на что не похожий импульс.

— Капитан, — голос Евы изменился. В нём появились жёсткие, армейские нотки. — Дальний радар фиксирует аномальный сигнал с остова имперского флагманского крейсера «Молот Гегемонии». Дата постройки — восемьсот лет назад.

Макс замер со стаканом у губ.

— Что там, Ева?

— Внутри пробитого реакторного отсека крейсера… Находится запечатанный объект. Энергетический профиль — древний, армейский.

Ева вывела на центральный экран трёхмерную проекцию скана.

Макс, Лилит и Нира уставились на экран.

Внутри развороченной стальной туши погибшего крейсера покоился колоссальный объект.

Пятиметровый, закованный в полуметровый титан шагающий саркофаг. Военный боевой Дредноут Империи — ходячая крепость времён Великих Войн. На его грудной броне замер позолоченный череп со скрещенными молниями, а в суставах застыли древние гидроприводы.

Он был запечатан в стазис-сон. Живой ветеран прошлого, запечатанный внутри бронированного гроба, ждущий того, кто разбудит его реактор.

Макс медленно опустил стакан на стол, глядя на трёхмерный силуэт стального монстра.

Его глаза прищурились.

— Вот это хабар, — тихо проговорил Макс. — Ева… Готовь скафандры. Похоже, наше путешествие только начинается.