Страница 116 из 223
Цепная реакция
«Самыми сложными оказываются непонятные случаи, — говорит Грита. — Если кто-то теряет сознание или у кого-то происходит сердечный приступ, это можно распознать. Мы натренированы на такие ситуации». В конце девяностых Sabena одна из первых в Европе стала использовать на борту дефибрилляторы. Другие авиакомпании потом тоже последовали ее примеру. «Но если у кого-то неясные симптомы и даже после 101 вопроса так и непонятно, что происходит, это может свести с ума, — продолжает Грита. — Мы, в конце концов, не квалифицированные врачи, но мы отвечаем за жизни людей. К счастью, за тобой стоит целая команда, и это так же хорошо, как если бы на борту всегда присутствовал доктор».
Шари, молодая коллега Гриты, знает, что это такое: «Два года назад на обратном рейсе из Доминиканской Республики в бизнес-классе сидел мужчина, у которого все время были судороги в левой руке. Я сразу подумала о сердечном приступе, но у доктора, который подошел к нему, было другое мнение. Когда он дал тому мужчине банан — источник быстрых углеводов, — судороги стали проявляться гораздо меньше.
Тем временем я сделала все, чему нас учили: расстегнула ему рубашку, чтобы было легче дышать, и положила его в удобную позу. Я еще не закончила с ним, как мне помахала другая женщина. Рядом с ней на стуле повис мужчина — тоже без очевидных причин. В результате шести пассажирам в этом бизнес-классе стало плохо. Это было похоже на цепную реакцию. Они чувствовали себя нехорошо и падали в обморок. Через какое-то время три человека лежали в одном проходе, и три — в другом. Мы подняли их ноги повыше, на контейнеры, а доктор ходил вокруг них со стетоскопом. Возможно, это была комбинация стресса, турбулентности и алкоголя, который они выпили в бизнес-классе, но точно мы об этом никогда не узнаем. Это был впечатляющий случай, однако у меня совсем не было страха. Все закончилось благополучно, а пассажиры даже прислали нам потом письма с благодарностями».