Страница 117 из 1882
Хихиканье и шуточная борьба переросли в пару часов приятной утренней зарядки. Прервалось это занятие сосущим звуком, изданным животом девушки, когда мы расслаблялись после очередного раза.
— Совсем ты меня заездил. — Пожаловалась она. — А я между прочим есть хочу. И пить. И в туалет надо сходить.
— Ну, тогда пора идти заниматься делами.
С этими моими словами наш пряничный домик растаял как утренний туман. По ушам опять ударил дикий визг. Платье нашлось под домом, и даже не было изгрызено до дыр зелёными трескунами, как я втайне надеялся. Ну а что делать? Вот такая вот у меня природа. Хочу видеть вокруг себя обнажённых красивых девушек. Я даже был готов пройтись с ней до деревни голышом, но этот приятный план был зарублен на корню суровой реальностью.
Пока девушка совершала утренний моцион, умывалась и одевалась, я собрал остатки урожая в свой рюкзак и попробовал понять, как можно получить задание, связанное с нашествием кузнечиков. Почему-то я был уверен, что брать его нужно именно здесь, и в тех же Суровых Васильках никаких кузнечиков нет и в помине. Интерфейс игры ничего полезного не содержал, «Глас природы» лишь гласил, что кругом полно кузнечиков, а больше мне на ум ничего не пришло.
Эльфа вернулась от речки, потряхивая мокрыми волосами. Она уставилась на меня смущенным и требовательным взглядом, и я только через десяток секунд понял, что всё ещё не одет. Применение костяной брони вернуло мне вид безупречного рыцаря в сияющих доспехах.
— Ну что, идем? — Весело спросила спутница, взяв меня за руку.
Я не стал покрывать ладони костяными перчатками, так что мягкая девичья рука всколыхнула моё сердце. Сразу же захотелось обнять её и… Так, это у нас только что было. Отложим продолжение банкета на вечер.
— Подожди. Видишь всех этих кузнечиков вокруг? Я уверен, что это какое-то задание для тебя. Я ничего найти не могу, но может у тебя получится понять, что тут нужно сделать.
— Не знаю. — Кавайка кавайно осмотрелась вокруг. А я обратил внимание, что платье у неё на груди разошлось до пупка и ей постоянно приходится придерживать его руками. А я то думал, что это она от смущения руки у груди держит. — Задание взять не у кого.
— Может у тебя способность какая-то есть? Что-нибудь, чтобы понять причину этого нашествия.
— Да, есть такая. — Обрадовалась эльфийка. — Разговор с природой называется. Я ещё в лесу с её помощью узнала, что зайцы поссорились с воронами и те их исклевали. Пришлось лечить ушастых и успокаивать пернатых. Я на этом почти уровень подняла. Сейчас.
Пока девушка пыталась установить телепатическую связь с высшим разумом, я радовался, что не всем приходится начинать свой путь в этом мире с убийств и массовых пыток. Вполне логично, что целительнице дадут задание лечить зайцев, а не добивать их из сострадания. Хотя, можно было бы выбрать и такой способ решения проблемы. Думаю, эти первые уровни определяют путь дальнейшего развития игроков. Не в смысле набора способностей, а в смысле того, какую роль отведёт им мир. Я вот оказался санитаром леса, уничтожающим человеческую гниль. А она пусть будет целителем людских душ и тел. Не зря же она взяла именно эту специальность.
И это подводило меня к мысли о том, как мне поступить дальше. Я вряд ли смогу бросить всё и сопровождать свою девушку двадцать четыре часа в сутки. Помимо того, что это не для всех комфортно психологически, это ещё может создать трудности в моей собственной истории. Ведь где-то там ходят тысячи гоблинов, для которых люди — это не только ценная кожа, но и вкусное мясо. И хотя я не могу сказать, что чем-то лучше их, я буду делать то, что считаю нужным. Но моя вынужденная жестокость может не лучшим образом повлиять на девушку. Не в смысле её отношения ко мне, а в смысле её отношения к миру. Она должна пройти свой путь и выработать свою точку зрения, не ограниченную моей. И лишь потом можно будет судить о том, насколько мы подходим друг другу.
— Получилось! — Звонкий голос отвлёк меня от тяжких дум. — Раньше кузнечики уничтожались бродячими жабами. Но с недавних пор эти жабы стали исчезать, и кузнечики расплодились сверх меры. Мне нужно пойти к болоту вниз по течению и выяснить, почему исчезли жабы.
— Ну, тогда вперёд — спасать царевну-лягушку.
Мой план вызвал весёлый смех, и мы направились по тропинке на запад. Это уводило нас в другую сторону от деревни, но я надеялся вернуться обратно. Задание оказалось несложным. Икру жаб, также, как и их самих, съедали оголодавшие лисицы, оставшиеся без привычного рациона после того, как какой-то безумный некромант уничтожил всех зайцев в окрестных лесах. Я скромно умолчал об этом факте из своей биографии, а Эльфа лишь хитро глянула на меня, не став уточнять, что же ей там нашептала на ухо природа. В результате, целительница приняла решение изничтожить лишних лис, оставив десяток на развод. Я от этой затеи открестился, так что пришлось ей самой воплощать этот план в реальность. Лисы были агрессивными тварями, кидающимися на всё живое в радиусе десяти метров. Я согласился выполнять роль танка, так что стоически терпел, пока лиса грызла мне ноги, безуспешно пытаясь снять щит. В это время девушка била по ней слабеньким атакующим заклинанием.
Я подозревал, что есть способ решить эту проблему более мирным способом, но советов не давал. Вполне возможно, что и от зайцев можно было бы избавиться не прибегая к тотальному геноциду. Но я выбрал самый простой и понятный мне способ — в расход их. Всё-таки в душе я некромант и демонолог, как бы мне не хотелось обратного. Спустя час, оставшиеся лисы убежали, жабы начали квакать и плодиться, и теперь кругом было уже нашествие не кузнечиков, а жаб. Впрочем, Кавайная Эльфа успокоила меня, что это временное явление, и скоро природа придёт в равновесие. В общем, мораль сей басни была такова, что сострадание может быть не только исцеляющим, но и жестоким там, где это необходимо. Природа не знает жалости, но знает гармонию жизни.
Дальше мы направились в деревню Суровые Васильки, а по пути я высказал своей спутнице идею о том, что первые уровни ей лучше набирать самостоятельно, выстраивая свою собственную модель взаимодействия с миром. Я пообещал устроить её в деревне и навещать каждый вечер, пока она не подрастёт. Тем более, что пока город в осаде, её туда не пустят. С некоторой грустью она согласилась с моими доводами, а мне пришлось утешать её в кустах, быстро воздвигнув там свой переносной шалаш.