Страница 8 из 78
Глава 3
Ректору-дракону пришлось взбираться на восьмой этаж ногами. Он, конечно, мог бы наколдовать левитацию и преодолеть положенное расстояние влёт, но привлекать лишнего внимания не хотел. А оставаться незаметным в этом бардаке, который по ошибке именовался домом, совершенно не предоставлялось возможным.
Внутри здание напоминало студенческое общежитие. Люди ходили из комнаты в комнату, двери почти везде были разинуты до такой степени, что с легкостью виднелись и их обитатели, порой в одних ночных панталонах, и бедная утварь, и даже, прости драконья матерь, внутриквартирные разборки. Недружелюбные на вид граждане явно делили между собой добычу, прихваченную у благонадежных персон, пока те спали; муж поучал жену, жена поучала детей, дети тягали собак за хвосты. Круговорот насилия в маргинальной среде заставлял жмуриться ректора, предпочитавшего не думать о жизнебыте нищих.
Но даже не мусор на полу, не хлам на мебели, не вонь залежалого тряпья больше всего удручали Мнемента. А именно размеры комнатушек. Иногда сразу за дверью какого-нибудь одноместного барака начиналась кровать, а рядом, неизвестно каким чудом или магией помещался стол и нужник. И больше ничего. Часто встречались помещения даже без окон. Стены со всех сторон подпирал нехитрый скарб. Печальное, душераздирающие зрелище!
Хотя большинство обитателей этой ночлежки, так или иначе, являлись иностранцами и беженцами. А раз на Родине им не повезло, то чего они хотели на Чужбине? Сразу лучшей жизни? Пусть добиваются, коли решились на такой шаг. Так рассуждал Мнемент, добираясь до нужного ему этажа.
Он остановился перед приоткрытой дверью с табличкой 133. Вот и необходимая квартира. Сам не понимая почему, принюхался. Нет, запах вроде нормальный, свежий, явно открыто окно. Ректор тихо постучался, придерживая через ткань плаща дверь за ручку, чтобы та не отворилась. В ответ тишина. Постучался уверенней, потом ещё сильней.
- Ну кто там? – послышался заспанный хрипловатый голос. Но вполне приятный на звук. – Мы спим!
Интересное заявление! Мнемент от неожиданной мысли вздрогнул. А вдруг и впрямь девушка сейчас не одна? Почему он об этом раньше не подумал? Ректор всё же приоткрыл дверь и зашёл, попутно скидывая с головы капюшон. Даже если не вовремя, то перед его лицом все недоразумения рассеются, и каждому будет приятно увидеть такого посетителя у себя дома с утра пораньше.
Но, к сожалению самого ректора, его встретила только спинка дивана. Комната была просторнее, чем большинство видимых им до этого, явно рассчитанная на нескольких персон. В ней умещался диван, который стоял спинкой ко входу, столик с грязной кружкой, стулья и оставалось место даже размяться гимнастикой. Несильно, взад-вперед, вправо-влево, но уже преимущество. Видимо, либо девушка и впрямь живет не одна, либо умеет выбивать для себя лучшие условия.
- И с кем ты тут спишь? – строго спросил Мнемент.
- Формально, уже не сплю, ты меня разбудил, - показалась тонкая рука из-за спинки, назидательно грозя указательным пальцем. – Фактически сама с собой, и это не запрещено никакими законами. А вот вторжение раньше обеда, я считаю, требуется карать смертной казнью! – тональность голоса изменилась на грозную и послышалось устрашающе: - Помни, всякий к магии прикасающийся: спящий разум рождает чудовищ силой необузданной! Золотое правило.
Мнемент похолодел. Эти постулаты знают только посвященные в особую драконью магию, которую никогда, ни при каких обстоятельствах не передают обычным людям. Но тут же ректор вспомнил, у кого работала девушка, и выдохнул. Должно быть, этот остолоп Флогин при ней практиковался, вот и нахваталась всякого. Нужно не забыть при случае его устрашить драконьим судом, чтобы язык держал за зубами.
- А ночью ты чем занималась? Противозаконной деятельностью, небось? Сама не боишься смертной казни?
- Та не, ночью соседи устроили хоровод, так плясали, что беруши из ушей выскакивали. А меня не позвали, завидовала им, вот и не спалось, - послышался вздох сожаления и загадочная Сонька, наконец, показалась из-за спинки.
Она, по всей видимости, встала на колени по ту сторону дивана и понуро свесила руки на возникшее перед ней препятствие в виде не слишком высокой части лежбища, будто собралась продолжить спать в такой странной позе. Перед Мнементом предстала приятная на вид темноволосая девушка. Миловидное личико, ничего необычного, но между тем прекрасная в своей простоте. Сонные глаза, один из которых девушка потирала кулачком, маленький вздернутый носик, пухлые губки и копна длинных каштановых волос, слегка волнистых. Косая и густая, но вместе с тем тоже волнистая челка прикрывала её широкий умный лоб.
- Благоденствия этому дому! – выпятил вперед грудь Мнемент, представляя, как должно быть сейчас изменится лицо этой девахи и как она тут же кинется ему кланяться.
Заспанные глаза на худом лице распахнулись, показавшись в тот момент дракону бездонными, и часто заморгали. Девушка зевнула и поплямкала, уставившись на ректора осоловелым взглядом. И впрямь чудная какая-то! Ни косметической магии, ни украшений, ничего на первый взгляд не было видно! Мнемент даже подумал применить заклинание «Чистая слеза», но передумал. Ведь самое неожиданное для него стало то, что Сонька с каким-то совершенно обыденным и нескрываемым равнодушием глядела в упор, глаза в глаза. Будто каждое утро её приходит будить золотой дракон!
- Ты и есть Сонька Златоручка? – на всякий случай уточнил Мнемент.
- А ты мой новый сосед? - опять зевнула девушка и бесцеремонно потянулась, поднимая руки кверху. Серая бесформенная футболка немного задралась, однако она была слишком уж большого размера, чтобы показать ректору хоть что-то больше, чем худые острые плечи из-под широких рукавов, тут же съехавших к самой шее. – Я же просила мужиков мне не подселять. Никакое тебе ни доброе ни утро! Не смей располагаться! Я всё скоро решу.
Сказала и вновь растеклась по спинке дивана, прикрывая глаза.
Но опять уснуть ей не удалось. Кто-то подошёл к двери и затарабанил кулаком рядом по стене так, что ложка в грязной кружке зазвенела, подпрыгивая.
- Сонька! Я знаю, что ты дома, не притворяйся! Когда за койко-место заплатишь? Учти, жду положенного двадцать второго числа, а потом выгоню тебя взашей, на мороз! На эту хатку уже есть желающие.