Страница 12 из 79
И вместо рациональных мыслей в голове появился образ Гэй. Она сейчас наверняка сидит одна, а точнее с Марией — та-то живет с нами, в комнате для прислуги. Уже позвонила Костелло и сообщила обо всем. Значит, скоро к ней приедут Винни и Роуз, они ее поддержат.
Как она отнеслась к тому, что меня арестовали за убийство? Хотя… Она ведь уже видела, как я убивал, тогда, на Кубе, чтобы спасти ее. Так что знает, что мне это не впервой. Но я, даже с учетом того, что раскрылся жене, старался держать ее подальше от бизнеса.
Черт его знает. А она беременна, а что я отчетливо помню из прошлой жизни — это то, что беременным волноваться нельзя. Как и только родившим — молоко может пропасть. Но молоко сейчас — не самое страшное, можно просто кормилицу нанять, денег хватит, а вот с остальным…
Усилием воли я выкинул эту мысль из головы.
Вариантов несколько. Первый — утром приходит Дикси Дэвис, они предъявляют, что у них есть. Доказательства оказываются слабыми, он инициирует досрочное судебное разбирательство, и меня отпускают под залог, после чего я спокойно забираю Гэй и уезжаю в свое поместье на Кубу. Откуда буду рулить делами.
Второй — у них есть что-то серьезное, и начинается настоящий судебный процесс. Который может привести меня как к серьезному тюремному сроку, так и к смертной казни. Хотя в последнее мне, если честно, не совсем верится, потому что Дикси умеет подмазать нужные шестеренки.
Неужели история все-таки не меняется, и Дьюи засадит меня? За проституцию этого сделать не получится, там я обезопасил себя со всех сторон, так возьмут за убийство.
С другой стороны, Рейну должны были убить год назад, а он все еще жив, рулит своей Семьей и вообще умирать не собирается.
Есть еще совсем уж крайний вариант — суд присяжных. Их набирают из обычных людей, зачастую из бедняков, и там хоть один, но проголосует против обвинения — я сделал достаточно много для города. Из-за этого дело отправят на пересмотр.
И это позволит затянуть дело, разобраться с уликами, свидетелями.
Ладно, не пропаду. Наверное, не пропаду. Особенно если Костелло догадается начать обеляющую меня компанию в газетах, будет писать про то, что городские власти взялись за того, кто делает их работу. Он может и митинги устроить за то, чтобы меня отпустили, и люди на них пойдут. Пойдут, как миленькие.
Короче, варианты есть. Не зря я столько работал над своим образом благотворителя и благочестивого семьянина. Сперва я работал на этот образ, а теперь он пусть поработает на меня.
И так, продолжая гонять эти мысли в голове, незаметно для себя самого я все-таки уснул. Наверное, сказалось нервное напряжение.