Страница 65 из 156
— Делает на века! — огрызнулся сисадмин из-под стола, куда он полез втыкать тяжелый шнур питания. — Просто контакты немного окислились от времени!
Наконец, он снова нажал тугую кнопку включения. Внутри системного блока что-то натужно завыло, заскрежетало, а затем внутренний динамик выдал один длинный и два коротких, противных писка. Пузатый экран остался безнадежно темным.
— Видеокарта отошла, — невозмутимо выдал диагноз Вован.
Он снова вырубил питание, с силой, чуть ли не всем весом, вдавил текстолитовую плату в слот, попутно погнув и тут же выпрямив отверткой какой-то штырек, и снова запустил аппарат. На этот раз вентилятор взревел ровнее, и на экране, к нашему великому облегчению, забегали белые строчки.
Вован радостно заорал:
— О! Опа-на! Пошла, родная!
Дверь тут же открылась, и в комнату снова заглянула суровая бабушка.
— Володя, у тебя всё в порядке? — подозрительно спросила она.
— Да, всё отлично! — радостно отмахнулся Вован, не отрывая взгляда от монитора. — Биос прогрузился!
— А это не опасно? — нахмурилась старушка.
— Ты что, бабуль, это наоборот круто!
Бабушка смерила нас с Толиком еще одним тяжелым взглядом, но дверь всё-таки прикрыла.
Тем временем белые строчки по экрану бегать перестали. Осталась только одна короткая надпись на абсолютно черном фоне с одиноко мигающим курсором: C:.
— Принимай работу! — гордо заявил Вован, поворачиваясь ко мне.
— Так он же не включился до конца, — резонно заметил я.
— Как это не включился? — возмутился сисадмин. — Вот, командная строка горит. Всё как положено.
— Ты мне лапшу на уши не вешай! — возмутился я в ответ. — Где иконки?
— Иконы? — опешил Вован, поправляя съехавшие на нос очки. — Какие еще, блин, иконы?
— Я про рабочий стол! Окна где?
— Какой еще «Виндовс» на «двойке» с мегабайтом оперативки⁈ — взвился Володя так, словно я нанес ему личное оскорбление. — Он же еле ползать будет! Да и нет его у меня! Совсем юзвери пошли, слов умных где-то нахватались, а как в ДОСе работать — не знают!
Мы начали отчаянно спорить на повышенных тонах. Толик, не понимая ни слова из нашего птичьего языка, лишь растерянно переводил взгляд с меня на Вована.
Тут дверь снова скрипнула. В проеме возникла бабуля с дымящейся трубкой в зубах.
— Мальчики, вы чего ругаетесь? — спросила она. — Володя, тебя кто-то обижает?
— Нет-нет, бабуль, всё отлично! — пискнул побледневший Вован. — Мы просто… терминологию обсуждаем.
Бабушка недовольно хмыкнула и скрылась в коридоре.
Вован тяжело вздохнул, утер со лба испарину и смерил меня презрительным взглядом уставшего профессионала.
— Ламеры, — процедил он сквозь зубы. — Иконки им подавай… Ладно, будут вам иконки.
Он с громким щелчком вогнал в дисковод черную пятидюймовую дискету и быстро застучал по клавишам, вбивая какие-то команды. Экран моргнул, и унылый черный фон сменился двумя ярко-синими прямоугольными панелями, под завязку заполненными непонятными списками файлов.
— Вот! — мстительно ткнул пальцем в экран Вован. — «Нортон Коммандер»! Вершина удобства!
Я уставился на синий экран и вдруг с ужасом осознал, что… абсолютно ничего не понимаю. Моя память, разбалованная современными интерфейсами, напрочь отказывалась подсказывать, как вообще управлять этим «великолепием» без привычной мышки, курсора и папок.
— Э-э-э… — только и смог глубокомысленно протянуть я.
Вован всё понял по моему лицу. Он победно и очень ехидно усмехнулся, вырвал из какой-то тетрадки листок в клеточку и вооружился ручкой.
— Держи, — снисходительно произнес он, протягивая мне исписанную бумажку. — Я тут тебе пошаговую инструкцию накатал. Включаешь комп. Ждешь. Потом на клавиатуре английскими буквами вбиваешь команды. Запустится Нортон. Далее идешь в папку, которую я указал и грузишь Лексикон. Понятно?
Я молча кивнул, бережно складывая бесценную шпаргалку и пряча ее во внутренний карман куртки.
— Ну как? — спросил Вован, выпрямляясь и с гордостью похлопывая системный блок по пожелтевшему пластику. — Все устраивает?
— Да, братан, все в поряде, — солидно кивнул Толян, напуская на себя вид бывалого ценителя вычислительной техники.
— Тогда давайте поговорим о цене, — деловито предложил Вовчик, протирая очки краем своего безразмерного свитера. — Машина зверь, настоящая IBM-совместимая, монитор цветной, клавиатура почти новая. Плюс мышь в комплекте. За все это богатство я прошу четыреста пятьдесят баксов.
Я едва не поперхнулся остатками бабкиного печенья.
— Сколько⁈ За эту музейную редкость?
— Какая редкость⁈ — возмутился Вован так, словно я плюнул ему в душу. — Это бессмертная классика!
— Это древняя «двойка»! — жестко парировал я, с удовольствием пуская в ход свежеприобретенную терминологию. — Виндовс на ней не запустишь, жесткий диск здесь наверняка крошечный, а оперативки вообще кот наплакал. Двести пятьдесят!
— Ты с дуба рухнул? — возмутился Володя, нервно поправляя сползающие очки. — Да один этот цветной монитор баксов на двести потянет! Ниже четырехсот даже разговаривать не буду!
— Триста, — стоял я на своем. — Напоминаю: мы берем печатную машинку. Плюс мы у тебя еще кабель берем за десятку.
— Триста восемьдесят! — скрипнул зубами продавец, глядя на меня с неприкрытой обидой. — И шнурок для принтера отдаю в подарок!
— Триста пятьдесят, — отрезал я. Я снова достал из кармана пачку наличных и многозначительно похлопал ею по свободной ладони. — И ни копейкой больше. Нам еще на такси надо будет кучу денег отдать.
Вован махнул рукой.
— Ладно. Триста пятьдесят. Грабеж средь бела дня, конечно, но так и быть. Забирайте.
— Вот и договорились, — улыбнулся я.
Мы хлопнули по рукам, скрепляя сделку, и я начал отсчитывать хрустящие купюры.
Родных картонных коробок от техники, естественно, не сохранилось. Толян сгреб в охапку системный блок, кое-как прижав локтем клавиатуру с мышкой. А мне досталась самая незавидная участь — тащить неподъемный пузатый монитор.
Мы пыхтя вышли в тесный коридор. Там нас уже поджидала суровая бабуля с новой порцией свежеиспеченных печенюшек на тарелочке.
— Вы уже уходите? — поинтересовалась она, не вынимая изо рта дымящуюся трубку. — И даже чаю напоследок не попьете?
— Спасибо, мы уже напились, — сдавленно прохрипел я. Тяжеленный монитор неумолимо тянул затекшие руки к полу.