Страница 68 из 94
двадцать семь
БИЛЛИ
Дело было не в том, что я когда-либо считала наши отношения с Реттом поверхностными. Да, все произошло быстро — безусловно, — но это была та самая связь, когда встречаешь человека и сразу чувствуешь, будто знаешь его всю жизнь. Не было этой неловкости новых отношений, никакого напряжения — мы каким-то необъяснимым образом сразу оказались вкомфортной близости друг с другом.
Так что нет, это не было поверхностно. Но я прекрасно понимала, что мы знакомы не так уж долго, и с самого начала все происходило в довольно суматошной обстановке, поэтому наши разговоры о личном просто не успели дойти до того уровня, который бывает у людей, знающих друг друга годами.
Услышав о его семье. О его прошлом. Это открыло новый слой в нашей связи — в нашей общей травме. Когда он закончил с доктором Кэндис, и я смогла хоть немного прийти в себя, чтобы вернуться в общую комнату, я обняла его и прижала к себе на кровати.
Я держала его так же, как он столько раз держал меня.
Мой рыцарь. Мой идеальный, черт возьми, рыцарь.
— Теперь ты думаешь обо мне иначе?
Это был первый вопрос, который он задал за долгое время, и я почти испугалась, услышав его голос в очень тихой комнате.
— Нет! — Сказала я слишком громко для этого разговора, но эмоции внезапно захлестнули меня. — Ты один из самых удивительных, сильных, невероятных людей, которых я когда-либо знала. Я благодарю вселенную каждый чертов день за то, что наткнулась на тебя. — Его хватка усилилась, его голова уткнулась мне в плечо, когда он держался за меня так, словно я удерживала его на земле. — Ты выбрался из ситуации, из которой удавалась очень немногим, и стал одним из самых известных и желанных мужчин в мире. Я так горжусь тобой за то, что ты открылся доктору. Для этого нужна сила, которой, я не думаю, что у меня хватило бы в тех же обстоятельствах.
Я почувствовала влагу на своей коже, и хотя он не издавал ни звука, я почувствовала его катарсическое освобождение. Или, по крайней мере, я молилась, чтобы это было очищением.
— Пришло время исцеления, — прошептала я, покачивая его взад-вперед. В конце концов, его дыхание выровнялось, и я поняла, что он заснул. Я долго оставалась с ним, тихо плача, глядя в потолок и желая, чтобы этот мир больше не причинял боли людям, которых я любила.
По крайней мере, теперь мы были вместе. В этот раз мы будем бороться с тьмой командой, а не в одиночку. Это должно, черт возьми, иметь значение.
Черт, я уже знала, что это имеет значение.
Имея это в виду, я решила, что мне нужно поговорить с Грейсоном. Я подождала, пока Ретт проснется, чтобы он не был один. — Ты собираешься принять душ перед сегодняшним саундчеком? — Я спросила его.
Его улыбка была нежной, когда он провел рукой по лицу — лицу, не искаженному горем, такому же совершенному и красивому, как всегда. — Да, мне нужно взять себя в руки. — Он приподнялся и прижался своими губами к моим. — Спасибо, что остаешься со мной. Я, честно говоря... Черт возьми, я, честно говоря, чувствую себя немного лучше, и я никогда этого не ожидал.
Терапия, в этом был свой смысл. Особенно с таким заботливым, проницательным терапевтом, каким оказалась доктор Кэндис. — Всякий раз, когда я тебе понадоблюсь, — ответила я, — я всегда буду рядом. Я пройду с тобой долиной смертной тени, Рыцарь.
Он изогнул бровь. — Рыцарь?
Я кивнула. — Да, ты мой рыцарь в сияющих доспехах. Ты — само определение этого титула, и именно так я всегда о тебе думала.
Его следующий поцелуй был всепоглощающим, и я застонала ему в рот, мое тело вжалось в кровать под ним. — Ты гребаное совершенство, Торн, — прохрипел он напротив моих губ, — и я больше всего сожалею сегодня о том, что у меня нет времени трахать тебя в течение следующих трех часов. В другой раз?
Еще один стон вырвался из меня, когда моя нижняя половина дернулась к нему, нуждаясь в облегчении. Успокой свои сиськи, у нас нет чертова времени.
— Все эти долбаные "в другой раз", — выдохнула я. — А теперь иди в чертов душ, пока я не привязала тебя к кровати.
Он испытывал искушение. Сильное искушение, если судить по выражению его лица. Но, к сожалению, на грандиозных рок-концертах прогуливать было нельзя, поэтому через несколько минут он потащился в душ. — Я попытаюсь поговорить с Греем, — крикнула я ему вслед, и его улыбка была нежной, когда он снова повернулся ко мне.
— Дай мне знать, если мне понадобится надрать ему задницу, малышка. Просто скажи.
Он бы тоже это сделал. Сразился с великаном, чтобы отомстить за мою честь. Рыцарь подходил ему по многим параметрам.
— Люблю тебя, — крикнула я ему вслед.
— Люблю тебя больше, — выпалил он в ответ, прежде чем быстро нырнуть в ванную и захлопнуть дверь, чтобы я не смогла ответить.
Ублюдок.
Натянув джинсы поверх трусиков и убедившись, что футболка на месте, я вышла из комнаты, полная решимости найти Грея. Я уже собиралась написать ему, чтобы предложить встретиться, когда поняла, что в этом нет необходимости. Он сидел в гостиной, уставившись на дверь, из которой я только что вышла, как будто тоже ждал меня.
— С Реттом все в порядке? — Спросил он, мгновенно вскакивая на ноги. Для крупного парня он двигался быстро.
— Не совсем, но я думаю, что так и будет, — ответила я, прежде чем грубо сглотнуть. Я хотела попытаться поговорить об этом открыто и без гнева. По крайней мере, до тех пор, пока я не услышу его версию случившегося. — Подожди, откуда ты узнал, что с Реттом что-то не так?
— Он упомянул терапию, и я знаю, как это дерьмо разрушает тебя после многих лет подавленной травмы. Я беспокоился о нем. — Его пристальный взгляд быстро скользнул по мне. — И о тебе.
Черт. Точно.
— Вообще-то я искала тебя, — тихо сказала я. — Думаю, нам пора поговорить.
Облегчение, отразившееся на его лице, поразило меня сильнее, чем я ожидала. Последние несколько дней были адом для меня, но, очевидно, то же самое было и для Грейсона. Это еще больше ослабило мой гнев по отношению к нему, и, вспомнив советы доктора Кэндис, я была готова открыться и выслушать все, что скажет Грей… все это время я отчаянно надеялась, что моим воспоминаниям о той ночи найдется действительно хорошее объяснение.
— Может, присядем? — предложил он, указывая на кресло, с которого только что встал.
Я кивнула, но не заняла место рядом с ним — во-первых, потому, что его близость обычно мешала мне сосредоточиться, и, во-вторых, потому, что мы еще не пришли к этому. Может быть, мы никогда и не будем вместе, в зависимости от того, что будет сказано дальше.