Страница 32 из 101
Квартира встретила меня тишиной, дорогим запахом и странным ощущением, что я вернулась не домой, а на место преступления. Всё было как раньше. Коврик в прихожей, зеркало, обувь Максима, детские рисунки на стене возле кухни, моя кружка на полке. Только я была уже не как раньше.
Максим стоял в гостиной.
В белой рубашке, без галстука, с телефоном в руке. Красивый. Ухоженный. Уверенный. И почему-то сейчас эта уверенность раздражала так сильно, что хотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым. Например, семейным альбомом. Очень символично.
— Ты пришла, — сказал он.
— За вещами.
Мама вошла следом, сняла пальто и спокойно сказала:
— Добрый вечер, Максим.
Он посмотрел на нее без особой радости.
— Елена Викторовна.
Мама кивнула, будто они встретились не после утренней осады калитки, а на родительском собрании.
— Мы быстро. Алина соберет вещи себе и детям.
— Мы с Алиной поговорим наедине.
— Нет, — сказала мама.
Так просто. Вот у кого надо учиться. Без объяснений, без оправданий, без дрожи в голосе. Нет — и всё. Точка. Мама, оказывается, продвинутый пользователь этого слова.
Максим перевел взгляд на меня.
— Ты теперь без мамы говорить не можешь?
— Могу. Но не хочу.
— Удобно.
— Очень.
Он усмехнулся.
— Ты решила устроить спектакль? Работа, юрист, мама, вещи. Думаешь, я испугаюсь?
— Нет. Я думаю, ты разозлишься.
— Уже.
— Заметно.
Мама тихо кашлянула. То ли предупреждала меня не нарываться, то ли скрывала смешок. Надеюсь, второе. Мне нужна группа поддержки, а не контроль поведения.
Я прошла в детскую.
И вот там меня накрыло.
Игрушки. Книжка про дракона Грора на тумбочке. Сонино платье на стуле. Данины конструкторы на полу. Его школьные наклейки. Всё такое обычное, родное, больное. Я открыла шкаф и начала складывать вещи. Уже не в панике, как ночью, а по списку: белье, футболки, штаны, платья, куртки, сменка, обувь, любимые игрушки, лекарства, документы из ящика. Мама помогала молча.
Из гостиной время от времени доносились шаги Максима. Он не заходил, но я чувствовала его рядом. Как давление перед грозой.
— Держись, — тихо сказала мама, когда я застыла с Сониной маленькой шапкой в руках.
— Держусь.
— Плохо.
— Как умею.
— Уже хорошо.
Я почти улыбнулась.
В спальню я зашла последней.
Вот туда не хотелось совсем. Наша кровать. Мой шкаф. Его часы на тумбочке. Парфюм. Рубашки. Всё, что еще недавно было частью моей жизни. Я открыла свою половину шкафа и вдруг поняла, что брать особо нечего. Домашняя одежда, пара платьев, джинсы, кофты, старые блузки. Вещи женщины, которая давно покупала себе только необходимое. Никакой роскоши. Никакого «я захотела и взяла». Детям — да. Максиму — подарки. Домой — шторы, посуда, постельное. Себе — потом.
Потом не наступило.
Я достала чемодан.
Максим вошел в спальню без стука.
— Выйди, — сказала мама за моей спиной.
— Это моя спальня.
— Сейчас это место, где женщина собирает свои вещи. Выйди.
Максим даже не посмотрел на маму.
— Алина, ты правда думаешь, что работа у Власова тебя спасет?
Я замерла.
Медленно повернулась.
— Откуда ты знаешь фамилию?
Он улыбнулся.
Вот это была плохая улыбка.
— Я много что знаю.
У меня внутри похолодело.
— Ты заходил в мою почту?
— Не говори глупостей.
— Заходил?
Он молчал.
Мама шагнула вперед, но я подняла руку. Нет. Это мой разговор.
— Максим.
— У нас общий ноутбук, общая семья, общая жизнь. Не делай вид, что у тебя появились какие-то тайны.
— У меня появилась работа.
— Посмотрим, надолго ли.
Я сжала пальцы на блузке. Ткань смялась в кулаке.
— Ты решил мне мстить?
— Я решил вернуть свою семью.
— Угрожая моей работе?
— Я просто хочу, чтобы ты одумалась.
— И если я не одумаюсь?
Он подошел ближе.
Слишком близко.
Я почувствовала знакомый парфюм. Тот самый. Дорогой, красивый, чужой теперь. Раньше он казался мне запахом дома. Теперь — запахом клетки.
— Тогда я напомню тебе, Алина, что всё, что у тебя есть, появилось благодаря мне.
Я посмотрела на него.
— Нет.
Он нахмурился.
— Что нет?
— Не всё. Дети появились благодаря нам двоим. А я появилась задолго до тебя.
Он усмехнулся.
— И где ты была все эти десять лет?
Вопрос ударил больно.
Очень.
Потому что я и сама не знала. Где я была? В кухне? В детской? В списках покупок? В глаженых рубашках? В бесконечном «потом»?
Я медленно выдохнула.
— Потерялась.
Он победно чуть приподнял подбородок, будто я только что признала его правоту.
Я подняла глаза.
— Но теперь нашлась.
В эту секунду мой телефон завибрировал.
Не Максим. Не мама. Не любовница.
На экране высветилось новое сообщение с неизвестного номера.
«Алина Викторовна, добрый вечер. Это Марина из HR “Власов Групп”. Кирилл Сергеевич просил уточнить: завтра к вашему первому рабочему дню оформить временный пропуск на вашу девичью фамилию или на фамилию мужа?»
Я прочитала.
И почему-то улыбнулась.
Максим тоже увидел экран.
Улыбка сползла с его лица.
А я впервые за сутки почувствовала, что у меня есть выбор.
Маленький. Формальный. Всего лишь фамилия на пропуске.
Но мой.
Я подняла телефон и набрала ответ:
«На девичью. Алина Викторовна Кравцова».