Страница 29 из 101
— Потому что мне нужна точка входа. Я понимаю, что после перерыва не могу претендовать на прежние позиции. Но я умею работать с людьми, документами, организовывать процессы, быстро учиться. И я не боюсь рутины.
— Рутину боятся неумные люди. Умные боятся хаоса.
— Тогда я умная, — сказала я, не подумав. — Хаоса у меня сейчас достаточно.
Он впервые почти улыбнулся.
Не прямо улыбнулся. Так, уголок губ чуть дрогнул. Но почему-то мне от этого стало жарко. Совершенно неуместно, некстати и вообще идиотски. Женщина, соберись. У тебя развод, двое детей, собеседование и костюм, который может предать в любой момент. Не надо реагировать на уголки губ незнакомого мужчины. Даже если у него карие глаза и черная футболка, на которой взгляд почему-то задерживается дольше, чем предписано правилами приличия.
— Компьютерные навыки? — спросил он.
— Базовые. CRM готова освоить быстро. Excel — средний уровень, но подтяну.
— Английский?
— Со словарем и стыдом.
Вот теперь он точно улыбнулся.
Совсем немного, но я заметила.
И тут же внутренне дала себе подзатыльник. Алина, ты на собеседовании, а не на свидании. Хотя, если честно, на свиданиях я не была тысячу лет, и, возможно, теперь там тоже спрашивают про Excel. Мир изменился, кто знает.
Власов закрыл папку.
— У вас хорошая речь.
Я моргнула.
— Спасибо.
— И вы не врете там, где большинство кандидатов врут автоматически.
— Я просто не успела подготовить приличную ложь.
— Это тоже плюс.
Он встал.
Я тоже дернулась было встать, но он остановил жестом.
— Сидите.
Сама не знаю почему, но я послушалась. Не унизительно, не как с Максимом. Просто его жест был настолько спокойным и уверенным, что спорить с ним без причины казалось глупо. Власов подошел к окну, посмотрел на город, потом развернулся ко мне.
— Испытательный срок месяц. Официальное оформление. График с девяти до шести, но по факту иногда дольше. Оплата на испытательном ниже основной ставки, но выше рынка для такой позиции. Условия вам озвучит HR. Начать сможете завтра?
Я открыла рот.
Закрыла.
Открыла снова.
— Вы меня берете?
— Я предлагаю вам испытательный срок.
— То есть берете.
— Я даю возможность доказать, что не ошибся.
Вот это уже было не так радужно, но всё равно звучало как музыка. Не симфония, конечно. Скорее марш измученной разведенной женщины, которая наконец-то получила шанс не утонуть.
— Смогу, — сказала я.
— Посмотрим.
Он вернулся к столу и нажал кнопку на телефоне.
— Марина, подготовьте документы для Алины Викторовны. Испытательный срок с завтрашнего дня.
Потом снова посмотрел на меня.
— И еще.
Я напряглась.
Ну конечно. Сейчас будет условие. Например: никаких больничных, никаких детей, никакой личной жизни, жить под столом, питаться бумагой и улыбаться клиентам даже после смерти.
— На работе ваши семейные обстоятельства остаются за дверью, — сказал Власов. — Я не психотерапевт, не спасатель и не благотворительный фонд. Мне нужен сотрудник. Если сможете — сработаемся. Если нет — расстанемся быстро и без обид.
Слова были жесткие.
Очень.
Но почему-то не унизительные.
Максим говорил «ты не справишься» так, будто уже вынес приговор. Власов говорил «если сможете» так, будто дверь открыта, но входить придется самой.
— Понимаю, — сказала я.
— Хорошо.
Я встала. Поправила юбку. Подняла сумку и почти дошла до двери, когда телефон в сумке завибрировал. Один раз. Второй. Третий. Я дернулась, потому что за последние сутки любой звонок воспринимался организмом как сирена воздушной тревоги.
— Можете ответить, — сказал Власов.
— Не нужно.
Телефон замолчал.
И тут же завибрировал снова.
Проклятье.
— Извините, — выдохнула я и достала его, чтобы сбросить.
На экране было имя Максима.
Разумеется.
Я сбросила.
Тут же пришло сообщение.
Я не хотела читать. Правда. Но взгляд упал сам.
«Если ты не заберешь заявление о разводе, я сегодня же подам встречное. Дети будут жить со мной».
Кровь отлила от лица так быстро, что я пошатнулась.
Совсем чуть-чуть.
Но Власов заметил.
— Проблемы? — спросил он.
Я подняла глаза.
Хотела сказать «нет». Хотела улыбнуться. Хотела сделать вид, что всё нормально, семейные обстоятельства за дверью, я же поняла, я справлюсь, я не принесла хаос в ваш дорогой кабинет.
Но телефон снова завибрировал.
Еще одно сообщение.
«И поверь, Алина, с твоей новой работой я тоже разберусь».