Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 35

Наполовину сбегая, наполовину съезжая по ступенькам, Элли почти бессознательно ощутила, что живот и правая нога у нее мокрые, и практически машинально выхватила из кармана коробку с водой. Та протекала – видимо, из-под плохо закрученной крышечки.

Еще один пролет позади. Быстрый поворот на лестничной площадке, и опять вниз. Вот уже видна дверь, ведущая в вестибюль…

Элли уже была готова выбросить коробку с водой, но, к собственному удивлению, обнаружила, что пластиковая крышечка на ней плотно завинчена.

Хотя рука была влажной.

Наконец добравшись до самого низа, Элли ударилась плечом в дверь вестибюля, распахнув ее, и бросилась к выходу из здания.

Едва не ослепленная светом солнца, на прохладном воздухе почувствовала, как возвращается боль в колене и опять подступает тошнота.

Элли согнулась пополам, и ее вырвало. Безудержно. Так, что она чуть не задохнулась. Внезапность этой реакции испугала ее. Она опять посмотрела на картонку с водой, подумав, не прополоскать ли рот, но тут увидела, откуда вытекает вода.

Из крошечного отверстия в верхней части коробки.

Такого, которое можно проделать булавкой.

Или иглой от шприца.

Яркий калейдоскоп разноцветных вспышек и случайных форм завихрился у нее перед глазами, когда коробка выпала у нее из рук, а тротуар метнулся ей навстречу. И тут же страшная боль во лбу, чуть сбоку…

Оттолкнувшись руками от асфальта, Элли увидела лужицу крови на том месте, где только что была ее голова.

Потом поползла вперед, в сторону проезжей части.

Мимо проходили люди.

Колени, туфли и ноги мелькали вокруг словно в тумане, пока она упорно ползла к бордюру.

Голоса. Тротуар. А затем вдруг голубое небо.

Элли увидела перед собой чье-то лицо. Она лежала на спине, а бездомный, которому она недавно подбросила деньжат, склонялся над ней.

Он был явно обеспокоен и что-то говорил, но Элли не могла разобрать ни слова. Появились еще лица, заслоняя небо над головой.

Лица совершенно незнакомых ей людей.

Губы их шевелились. Но Элли ничего не слышала.

А затем – темнота.

И еще более глубокая и мрачная тишина.