Страница 77 из 80
— Которая сделает Рамону обязанной вам пожизненно. Контракт, который невозможно расторгнуть. Что делает это шантажом. И кстати, «Длань Короля»? Серьезно? Звучит как название стриптиз-клуба для аристократов. Хотя, глядя на тебя, возможно так и есть.
Несколько человек в лобби фыркнули, пытаясь сдержать смех. Леонард побагровел еще сильнее.
— Да кто ты вообще такой⁈ — голос приобрел нотки угрозы, напускная вежливость пропала, люблю, когда маски слетают с людей. — У тебя нет права даже дышать в мою сторону.
— У меня есть право называть дерьмо дерьмом, даже если оно в золотой обертке, — я поднялся с кресла, встав в полный рост. Моя уверенность заставила его отступить на шаг. — Вот что я тебе скажу, Лео. Можно я буду звать тебя Лео? Спасибо. Рамона не присоединится к твоему клубу богатых мальчиков. Ее сестре не нужна помощь, за которую потом ее семья будет расплачиваться всю жизнь. И если ты еще раз попытаешься использовать больных родственников для вербовки, я лично прослежу, чтобы каждый Рейдер в этом городе услышал, как кричит петушок со сломанными ногами.
Леонард стоял, сжав кулаки. Вены на шее вздулись, дыхание участилось. Вокруг его рук начало появились темные искорки, признак активации таланта.
Я не потянулся к оружию, даже не моргнул. Просто чуть наклонил голову и посмотрел ему в глаза. Не так, как смотрят на конкурента или врага. Я посмотрел на него так, как смотрел на мертвецов в будущем. С абсолютным, холодным безразличием человека, который уже видел его смерть.
Моя аура не светилась магией, но воздух вокруг стола стал тяжелым, вязким. Это была печать убийцы, пережившего конец света. Жажда крови, сконцентрированная в одной точке. Леонард дернулся. Искры на его руках погасли, словно их задуло сквозняком. Его зрачки сузились. Инстинкт самосохранения, тот самый звериный нюх, который есть у каждого сильного Рейдера, внезапно взвыл в его голове, крича об опасности. Он понял: если он атакует, то умрет. Прямо здесь, среди роскошных кресел и звона фарфора.
— Ты пожалеешь об этих словах, — прошипел он. — «Длань Короля» не прощает оскорблений.
— Записал, дрожу от страха, — я зевнул. — А теперь проваливай. У нас деловая встреча. Хотя, если хочешь, можешь напасть, тут как раз много свидетелей. Проверим, кто из нас пожалеет о сказанном.
Он простоял еще несколько секунд, глядя на меня с ненавистью. Потом огляделся, поймав множество настороженных взглядов, после чего все же развернулся и направился к выходу, его походка была жесткой, напряженной. У дверей он обернулся, наши взгляды встретились. В его глазах читалось обещание мести.
Затем он исчез за вращающимися дверями.
Я вернулся на свое место. Рамона смотрела на меня с выражением абсолютного изумления.
— Миерда, — прошептала она. — Ты только что сделал своим врагом из одного из самых влиятельных людей Европы.
— Добавим в коллекцию, — пожал я плечами. — У меня их достаточно.
— Но.. почему? — она наклонилась вперед. — Ты даже не знаешь меня. Зачем заступаться?
— Не люблю шантажистов. К тому же, мне нужна ты целой и в адекватном состоянии для нашей сделки. Трудно вести дела с человеком, которого только что заставили продать душу ублюдку в дорогом костюме.
Рамона рассмеялась. Звук был неожиданным, искренним, смешанным с облегчением.
— Ты странный, сеньор Константин. Очень странный.
— Можно просто Костя.
— Хорошо, Костя. Тогда позволь мне сказать спасибо. Серьезно. Этот пендехо.. этот человек действительно давил на самое больное.
Она сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. Пальцы расслабились на подлокотнике, плечи опустились.
— Он был прав насчет моей сестры. Марии. Ей восемнадцать, она студентка, изучала архитектуру. Когда начали открываться Искажения, она просто.. упала. Прямо посреди лекции. Врачи говорят, это кома неизвестного происхождения. Никакие анализы не показывают причину. Я нашла несколько Рейдеров с талантом целительства, но все как один не могли ничего сделать. Говорили что всему виной Искажения.
Голос Рамоны дрогнул на последних словах. Она смотрела в окно.
— Я не могла просто сидеть и смотреть как она умирает. Поэтому, когда появился Диа Муертос, я пошла туда не раздумывая. «День Мертвых», Искажение B-ранга, которое открылось в Мехико. Там была легенда о святыне Санта Муэрте, Святой Смерти. Говорили, она может даровать жизнь взамен на жертву.
Рамона посмотрела на свои браслеты-черепа. Пальцы провели по гравировкам.
— Я нашла святыню. Прошла через армию нежити, через ловушки, через испытания. И в конце получила награду. Но не совсем ту, в которой нуждалась. Реликт, который мог дать Марии еще немного времени. Но за это я должна заплатить своей собственной жизнью.
— И ты воспользовалась этим, — закончил я за нее.
— Си. Без колебаний. Мария моя младшая сестра, она еще не жила толком. У нее столько планов. А я.. Я готова пожертвовать ради нее всем.
Она тяжело выдохнула, прикрыв глаза.
— Реликт взял пять лет моей жизни. Перенес их Марии, но.. дал лишь полгода. Если я не найду способ излечить ее по-настоящему..
Голос сорвался. Рамона отвернулась, вытирая выступившие слезы. Я дал ей минуту собраться.
— Вот почему я здесь, — продолжила она тише. — Когда увидела твое объявление об Эссенции Лунного Цикла, которая лечит любые болезни.. это был первый луч надежды за все это время. Но у меня нет десяти тысяч камней. Я собрала все что могла. Тысячу. Прошла три искажения C-ранга в Мексике, продала почти всю добычу. Это все что у меня есть.
Она достала из кармана кожаный мешочек, положила на стол между нами. Мешочек был туго набит, камни внутри позвякивали.
— Я знаю, это не та сумма что ты просил. Но я обещаю, клянусь всеми святыми, я отдам остальное. Просто.. пожалуйста. Не дай моей сестре умереть.
В ее карих глазах плескались слезы, но голос был твердым. Отчаяние, смешанное с непоколебимой решимостью. Именно такой я помнил Рамону из прошлой жизни, пока еще была надежда, но когда ее сестра погибла, она изменилась навсегда.
Я откинулся в кресле, изучая ее. Тысяча камней с начала открытия искажений. Для новичка, проходящего искажения в одиночку, это впечатляющая скорость. Большинство рейдеров собирали столько за месяц-два, работая в командах.
— Ты очень быстро собрала тысячу камней, — заметил я. — Немногие способны на такое.