Страница 18 из 80
— Не дергайся, — предупредил я, не оборачиваясь. — Или твой друг получит дырку в легком.
— Мы уйдем, — быстро сказал Волков. — Просто отпусти, и мы уйдем.
— Медальон.
— Что?
— Медальон оставьте. И валите.
Смирнов дрожащими руками достал медальон, положил на прилавок. Я ослабил хватку, Волков сполз по стене.
— Пошли, — жилистый боец подхватил напарника под руку, — жизнь дороже.
— Ты же говорил, у него нет таланта! — прошипел Волков.
— Я ничего не видел! Может, он и мой талант заблокировал! Вон чего умеет!
Они вывалились на улицу, хлопнув дверью так, что колокольчик отвалился. Через окно я видел, как они запрыгнули в машину. Волков что-то кричал, размахивая руками. Смирнов вцепился в руль, машина сорвалась с места, оставив черные следы на асфальте.
Тридцать секунд. Примерно столько Камень Леты, которым я усилил кирку блокировал талант B-ранга после прямого контакта. Для S-ранга хватило бы на пару мгновений, не больше. Но знать об этом ограничении им необязательно. Конечно, проще было зачаровать какую-нибудь обойму, но огнестрел, как ни странно, таланты блокируют проще.
Я повернулся к старику, который все это время прятался за прилавком и изобразил самую дружелюбную улыбку на свете.
— Медальон продаете?
— Д.. да! — с трудом выдавил он.
— Правда с двойной ценой я погорячился, — отсчитав сумму, я положил ее на прилавок. — Честная сделка. И компенсация за вазу. Сойдет?
Мужчина закивал, отсчитывая деньги все еще трясущимися руками, и причитая, что мир сошел с ума.
* * *
Дома я разложил три компонента на кухонном столе. Кварц с вечной мерзлотой холодил даже через ткань. Сталь с радужным отливом отражала свет странными узорами. Серебряный медальон лежал между ними, змеи на гравировке будто шевелились при игре света.
Око Бога Знаний показало схему соединения. Линии энергии, которые нужно связать, точки приложения силы. Обычно для создания реликта требовалось Искажение. Место в нем, где есть скопление магической энергии, как в гробнице, где я создал Око. Но Камни Резонанса могли заменить и то, и другое.
Я взял Камень, один из добытых в Искажении Данаид. Положил в треугольник из компонентов. Зеленоватое свечение усилилось, начало пульсировать.
Пальцы двигались по предметам, выстраивая их в определенной последовательности. Кварц, основа, холод иллюзий. Сталь — проводник изменений. И наконец медальон, фокус обмана.
Камень Резонанса вспыхнул. Энергия хлынула в компоненты, связывая их воедино. Кварц начал таять, но не от тепла. Он растекался холодной жидкостью, впитывался в сталь. Металл менял форму, изгибался, утончался. Медальон растворился в серебряных нитях, которые оплели трансформирующуюся массу.
Свет стал невыносимо ярким. Я прикрыл глаза, чувствуя, как волосы по рукам пробегают мурашки от предвкушения. Что-что, а создавать нечто уникальное всегда приятно.
Когда свечение угасло, на столе лежал реликт. Тонкая стальная полумаска на правую половину лица. Поверхность отливала тем же радужным блеском, что и исходная сталь. По краям вились серебряные узоры, напоминающие змей с медальона. Внутренняя сторона покрыта инеем, который не таял.
Око показало характеристики. Осколок Маски Локи. Реликт А-ранга. Способность: Совершенная иллюзия. Обманывает все формы восприятия, физические и магические.
Я поднял маску, приложил к лицу. Холод обжег кожу, но быстро стал терпимым. Маска словно расплылась на мгновение, идеально подгоняя свои размеры под мое лицо.
В зеркале на меня смотрел человек в стальной полумаске. Правый глаз просматривался через узкую прорезь, левая половина лица оставалась открытой. Выглядело.. впечатляюще. И немного пугающе.
Я сконцентрировался на образе. Обычное лицо, без маски. Реальность дрогнула, маска словно растворилась. В отражении я выглядел совершенно нормально. Но пальцы все еще чувствовали холодную сталь.
Идеальная иллюзия.
Теперь для любого сканера я мог быть кем угодно. Рейдером с талантом любого ранга. Или простым человеком. Или вообще никем, невидимкой в толпе.
Проблема с доступом в Искажения решена.
Некоторое время маску лучше не снимать. Завтра начнется новая фаза. Регистрация, контроль, первые шаги к формированию гильдий. Нужно быть готовым.
Телевизор на кухне работал фоном. Очередной выпуск новостей, премьер-министр что-то вещал про «беспрецедентные меры» и «адаптацию к новой реальности», а также самое главное. Создание «Отдела по Аномальным Явлениям», который и будет регулировать всю деятельность, связанную с искажениями.
Однако, следующий сюжет был еще интереснее.
«..происшествие на севере страны. Группа геологов сообщает о чудесном возвращении их коллеги, пропавшего пять дней назад во время экспедиции. По словам очевидцев, молодой человек появился из ниоткуда посреди ледников..»
На экране показали размытую фотографию. Мужчина в порванной одежде экспедиции, волосы полностью белые, хотя по документам ему было тридцать пять. За его спиной клубился странный туман.
Я знал, кто это.
* * *
Ледяная пустыня раскинулась до горизонта, белое безмолвие под чужим небом. Артур Ригель открыл глаза и понял, что больше не в своем мире.
Портал за спиной закрылся с тихим хлопком. Команда, снаряжение, связь с внешним миром, все осталось по ту сторону. Только он, арктический холод и бескрайние льды неизвестного Искажения.
Температура убивала. Термометр в кармане треснул через минуту. Дыхание превращалось в ледяные иглы еще в горле. Кожа покрывалась инеем. Но он почему-то был все еще жив.
Первые часы он просто шел. Куда угодно, лишь бы двигаться. Остановка означала смерть. Ноги проваливались в снег по колено, ветер сбивал с ног. Над головой полярное сияние извивалось зелеными змеями.
Пещера нашлась на исходе сил. Узкая щель в леднике, едва хватало места лечь. Артур забился внутрь, свернулся калачиком. Тело дрожало так сильно, что зубы крошились друг о друга. Он принял свою участь. Принял смерть.
И тут случилось первое изменение.
Дрожь прекратилась. Не постепенно, а мгновенно, словно кто-то выключил рубильник. Холод все еще был, Артур чувствовал его. Но он больше не причинял боли. Температура стала просто цифрой, информацией без последствий.
На третий день он встретил первое существо. Ледяной волк, трехметровая тварь с голубыми глазами, жаждущая лишь одного. Сожрать его.
Волк прыгнул. Артур поднял руку в бессмысленном жесте защиты.
И волк замерз.