Страница 278 из 283
Говоря это, Хоу Цзюнь смотрел вверх — на высокой стене сидел человек.
Сюй Шэн сидел на стене, наблюдая за работой. Фонарь позади него отбрасывал на него свет, окутывая его сиянием. Холодная серёжка тоже ловила свет и поблёскивала. Одну ногу он по привычке согнул. Голос его звучал дерзко: «Обезьяна, я сказал — плескай, чего болтать попусту? Просто плескай. Любым цветом. Я потом дорисую».
С этими словами ученики седьмого класса осмелели. Тань Кай первым плеснул широкую полосу жёлтого.
Тань Кай: «У меня очень художественно получилось, правда?»
Хоу Цзюнь: «Я понял, это и есть креатив».
Юань Цзыцян: «Я тоже понял. Искусство — это отсутствие правил».
«Дай-ка попробую, — Хоу Цзюнь закатал рукава. — ...Ну как? Я тоже плеснул лихо! Смотрите, какое у меня цветовое столкновение! Это же шедевр!»
Сюй Шэн цокнул: «Лихо-то лихо... но можно не плескать мне на ноги?»
Цю Цю плескала более сдержанно. Она плеснула белой краской, капли разлетелись звёздочками, словно звёздный свет.
Сюй Шэн позволил им развлекаться.
Он собирался потом, исходя из того, что они наляпают, придумать, что рисовать. Обычно по случайным формам цветовых пятен можно было что-то вообразить, а там, глядишь, и придёт вдохновение, какой именно рисунок сделать.
Ученики седьмого класса залили краской всех цветов всю стену. Когда они закончили, Сюй Шэн хлопнул в ладоши, готовясь спрыгнуть со стены.
Перед прыжком он почему-то на секунду заколебался, а потом подумал, что такая сцена повторялась уже не раз. Он подсознательно поднял глаза, ища Шао Чжаня. Шао Чжань стоял поодаль от всех и тоже смотрел на него.
Остальные, войдя в раж, не обращали на них внимания.
Шао Чжань протянул к нему руки —
«Прыгаешь?»
В тот миг, когда Сюй Шэн прыгнул, его охватило иллюзорное чувство, будто бесчисленные кадры наложились друг на друга. В этот раз Шао Чжань поймал его. Ладонь Сюй Шэна ощутила жар тела Шао Чжаня.
Он хотел сказать: «На самом деле сегодня на сцене я хотел обратиться к тебе, хотел сказать, что, хотя и жаль, но мне не жаль, потому что я рядом с одним очень важным человеком». Но в это мгновение слова подступили к горлу и так и не сорвались с губ.
«Вообще-то я хотел кое-что тебе сказать, — произнёс Сюй Шэн. — Но, подумав, решил не надо. Остальное — на будущее».
В понедельник у ворот Шестой школы Линьцзяна по-прежнему был плотный поток машин.
На дорожке от столовой до магазинчика становилось всё люднее. Кто-то на ходу жевал завтрак, выходя из столовой. Проходя мимо спортплощадки, он вдруг заметил, что на стене напротив, прямо напротив трибуны, появились какие-то яркие краски.
Подойдя ближе, он увидел настенный рисунок, появившийся словно по волшебству за одну ночь.
Этот рисунок был невероятно ярким, его трудно было описать словами.
В игре света и тени цвета сталкивались друг с другом.
Словно летняя птица расправила острые крылья и пронеслась сквозь бескрайнюю звёздную реку, неся на себе то ли свет звёзд, то ли материализовавшийся и пролившийся сверху солнечный свет, на ветру пересекла длинное море и улетела в разные небеса, оставляя везде звёздный след.
Проходящие мимо невольно останавливались. В этот момент с неба донёсся раскат грома, внезапно сверкнула молния. Казалось, они слышали гром и видели мелькнувший свет, но дождя не было, и погода не менялась.
«Сейчас что, гром был?»
«Вроде нет, сегодня же ясно».
Говоривший поднял голову, посмотрел на небо. Какие там молнии — кругом солнечный свет, и бесконечно долго звенит летняя цикада.
— Конец основной истории —
Слово автора: Вот и всё! Основная история на этом завершена.
Спасибо всем за более чем четыре месяца сопровождения. Надеюсь, эта книга смогла подарить вам хоть немного радости. Во время написания возникало много проблем, было и много недостатков. Спасибо друзьям за помощь и поддержку в это время. Счастливый Сяо Хуан в земном поклоне.
Бонусных глав будет примерно две. Возможно, буду публиковать через день.
Если повезёт, увидимся в следующей книге.
Extra 115
Extra 1
Небольшая закусочная рядом с Центральной академией изобразительных искусств. На стеклянной витрине у двери красовалась красная наклейка с надписью «Фирменное блюдо». Окно выходило на оживлённую трассу.
У окна сидел человек — развалившись, без особой осанки, уткнувшись в телефон. На нём была футболка, открывавшая часть шеи с плавными линиями и выступающим позвонком; из-под ворота тянулся тонкий чёрный шнурок.
Сюй Шэн отправил сообщение Шао Чжаню и поднял голову.
Бутылка пива напротив с грохотом опустилась на стол.
— Я тогда чуть не подумал, что не сдам! — раскрасневшись, воскликнул парень напротив.
Бум — снова упала бутылка. Ещё одна.
— Брат, я тоже! — подхватил Кан Кай.
Кан Кай сидел рядом с Сюй Шэном, уже выпил три бутылки и был сильно навеселе: — Английский — это ужас... Мне одного балла не хватило, чтобы провалиться... Я даже думать об этом боюсь.
В чате первокурсников организатор устроил встречу для поступивших в ЦАИ.
Хотел, чтобы студенты со всех уголков страны смогли как следует познакомиться.
Кан Кай учился с ним в одном университете, но на другом факультете. В тот день, когда узнал, что прошёл по английскому, он позвонил Сюй Шэну и долго рыдал в трубку. Сюй Шэн его утешал, а Кан Кай сквозь слёзы говорил: «Кстати, дай трубку своей... своей половинке. Я сегодня обязательно должен назвать его папой[1]! Если бы не он — не было бы меня... ик... нынешнего Чжан Фэна!»
С: Ужинаю на встрече первокурсников[2]. Буду примерно после девяти.
Парень: Не пей.
Получив сообщение, Сюй Шэн усмехнулся, убрал телефон в карман и откинулся на окно. Как раз в этот момент за столом началась часть с представлением. Кан Кай толкнул его: — Твоя очередь.
Как только Сюй Шэн встал, стол взорвался гулом.
Причина была проста: Сюй Шэн ещё до поступления успел нашуметь на форуме академии.
Высокие баллы на экзаменах, внешность, привлекающая внимание — с первого же дня у ворот ЦАИ форум взорвался: «Дайте мне всю его информацию за десять минут!»
Вскоре кто-то ответил: «Девочки, я на месте. Факультет скульптуры, Сюй Шэн».
— Ничего себе, он со скульптуры?!
— Я только что восхищалась божественной внешностью, а он, оказывается, и правда божество... Скульптура — такой извращённый факультет.
— Кто поступал на скульптуру, но не прошёл — поднимите руку.