Страница 33 из 64
Глава 2. Алёна
– Марина, можно я войду? – раздается знакомый баритон.
Я вздрогнула – не ожидала снова так быстро увидеть Алексея. Тем более, у себя в комнате. Но я быстро беру себя в руки.
– Да, конечно, заходите.
Алексей переступил порог, держа в руках небольшую коробку.
– Принес вам кое-что. Эклеры – наш местный шедевр. Думаю, вам понравится. Мы же десерт не заказывали, – улыбается. – Одно пирожное не помешает. И… может нам, пока мы наедине, перейти на «ты»?
Я не понимаю, что мне делать. Удивляюсь, но беру угощение.
На самом деле, в санатории я гораздо лучше себя чувствую. Физически, не психологически. И эклер явно бодро полезет в рот.
– Спасибо… Хорошо.
– Мне можно зайти? Я не хочу, чтобы вечер так заканчивался. На негативе.
– Да-да, проходи… те.
Я усаживаюсь в ставшее любимым кресло у окна. Алексей садится напротив, изучая меня взглядом. Но его взгляд не напрягает, как тот, которым сверлит местный психолог. Хотя я все равно стараюсь не смотреть ему в глаза.
– Ты все еще встревожена. И я понимаю почему.
– Да? – я насторожилась.
– Сестра… Алёна Аркадьевна с тобой слишком жестко обращается. Я уже не в первый раз видел, как она говорит с тобой. Неудивительно, что ты боишься выходить, что у тебя такая фобия. Она ведь старшая? Всю жизнь старается играть роль матери?
Я опускаю глаза. В его словах есть доля правды – Марина действительно держит меня в ежовых рукавицах. Но настоящая причина моих страхов куда глубже. И я не могу этим поделиться, как бы не хотелось.
– Она… просто переживает за меня.
– Переживает? – Алексей усмехнулся. – Есть разница между заботой и контролем. Она даже приехала сюда с тобой. И живет рядом. У нас так пока поступали только матери беременных. Реже – мужья. Но чтобы сестры? Очень странно. Точнее, так – не странно. Понятно, что она реализуется за твой счет. У нее, как я понимаю, ни мужа, ни детей? Почему ты это ей позволяешь?
Я молчу.
– Знаешь что? – Алексей вдруг встал. – Завтра после завтрака пойдем прогуляемся. Свежий воздух поможет тебе расслабиться.
– Я… не знаю… Не уверена.
– Ты же не хочешь сидеть здесь вечно, правда? И ребенку это совсем неполезно.
Его настойчивость выглядит мягкой, но неотступной. И в конце концов я соглашаюсь. Даже если Марина чего спросит, опять наедет, то ответ будет простым – так надо будущему ребенку.
***
Утро начинается с завтрака в столовой. Я вытягиваю себя туда, как Мюнхгаузен, за волосы из болота. В моем случае болото – это мои навороченные апартаменты.
За панорамными окнами летят снежинки. Я настраиваю себя на прогулку.
Передо мной на столе – прекрасный, пышный омлет с помидорами и сосисками из индюшки, которые повара здесь делают сами. Ничего вредного. Почти все из местного фермерского хозяйства.
Поев, возвращаюсь в апартаменты.
Вскоре за мной приходит Алексей, и мы выбираемся на волю.
Мы идем по аллее, окаймленной высокими соснами. С их лап иногда падает горсть снега – ее смахивает какая-нибудь птица или порыв ветра.
Воздух аж трещит от мороза. Он напоен ароматом хвои и свежести.
Я неожиданно чувствую, как скованность понемногу меня отпускает.
– Вот видишь, не так страшно, – улыбается Алексей.
– Пока нет, – отвечаю я. – Все жду, когда из-за дерева покажется страшный зверь, – шучу и сама удивляюсь этому.
Впрочем, буквально через мгновение настроение портится. Я прекрасно понимаю, что мой страшный зверь – это Марина, которая действительно может в любой момент объявиться в санатории.
– Можешь рассказать мне, что на самом деле происходит? – спрашивает врач, но без давления, словно давая понять: если захочешь. – Я вижу, что тебя изводят какие-то мысли. Словно изнутри подтачивают. Вот только что ты явно расслабилась, а сейчас к тебе вернулось плохое настроение.
Я понимаю, что это мой шанс. Признаться. Рассказать все. И будь, что будет.
Я закусила губу. Мне хочется довериться Алексею, но страх перед Мариной сильнее.
– Пока… не готова. Это слишком серьезно. Да и верится в такое с трудом, если честно. То есть, даже мне самой непонятно, как я вляпалась.
– Ничего, – он легко касается моей руки. – Когда будешь готова – я рядом.
Я чувствую, как тепло разливается по телу от этого жеста. Впервые за долгое время кто-то относится ко мне с таким неподдельным неравнодушием.
Мы медленно возвращаемся обратно в санаторий – Алексею пора начинать прием. Одна я гулять отказываюсь. Хорошего понемножку. Да и фобия моя не прошла – мерещится всякое.
Когда мы заходим в холл, нас опять поджидает Марина. Она приходит почти каждый день, но раньше всегда заставала меня в апартаментах.
Ее взгляд скользнул от меня к Алексею, и в глазах вспыхнуло недовольство.
– Где вы были? – холодно спрашивает она.
– Гуляли, – спокойно отвечает Алексей. – Марине нужен свежий воздух.
– Могла бы меня предупредить, – ее губы кривятся в подобии улыбки. – Чтобы я не ждала тут.
Я ощущаю, как снова все сжимается внутри, но Алексей лишь слегка покачал головой.
– Она не ребенок, чтобы спрашивать разрешения на каждый шаг. Алёна Аркадьевна, простите, но вы перегибаете палку в своем желании контролировать сестру.
Марина скрестила руки на груди, нахмурилась, но не стала продолжать спор.
– Хорошо. Наверное, вы правы, Алексей Александрович. Просто я за нее беспокоюсь. Пойдем… Марина, – своим именем она меня называет с трудом. – У меня есть кое-какие новости.
Мы поднимаемся на лифте ко мне.
– Я же тебе сказала прекратить с ним общаться наедине. Только по делу. На тему твоего здоровья, – шипит она.
– Это и есть из-за здоровья. Он же тебе сказал. Мне надо гулять. И ребенку. Можно сказать, он меня выгуливает.
– Пусть медсестра выгуливает. Кто-то женского пола. Матвей приезжает, – без паузы выпалила она последнюю фразу. – Завтра.
У меня подгибаются колени. Я быстро снимаю шубку и сапоги. Прохожу в комнату и без сил плюхаюсь в кресло.
– Что? Почему вдруг?
– Решил навестить тебя. Точнее, меня. Разве это плохо? – Марина улыбается, но в ее глазах читается что-то неприятное. – Видишь, как хорошо, что я оставила себе свой телефон. Могу нормально контролировать процесс посещений. В общем, он соскучился. Завтра у него есть свободное время. Вот и решил приехать.
– Во сколько?