Два сюрприза для бывшего

Глава 1. Алёна

В апартаменты заходит мужчина в белом халате – невысокий, с аккуратной бородкой и слишком внимательным, пристальным взглядом.

Я сижу возле окна в старом свитере. Он мне служит доспехами, защитной броней.

– Марина Аркадьевна? Я ваш психолог, Дмитрий Валерьевич. Можно присесть?

Он уже садится в кресло у кровати, не дожидаясь ответа. В его присутствии мне становится неуютно и хочется послать подальше.

– Мне не нужен психолог, – тихо говорю я.

– Вот и первая проблема, – улыбается он, доставая блокнот. – Отрицание. Это очень частое явление. Люди не хотят видеть свои проблемы. А значит, они не желают их решать. И так это может тянуться до бесконечности.

О, как бы я хотела решить свои проблемы! Но психолог тут явно не сильно поможет.

– Вы же понимаете, что здесь вам помогают? Почему сопротивляетесь? Алексей Александрович великолепный специалист. Если он сказал, что вам нужна помощь психолога, будьте уверены – она вам нужна. И то, что он вкратце описал, убеждает меня в его правоте.

Психолог начинает задавать вопросы. О детстве. О страхах. О том, почему я так напряжена.

Я сжимаю пальцы в кулаки, но стараюсь, чтобы он не заметил.

Хочется крикнуть: «Потому что меня сюда заперли. Потому что за каждым углом – Марина!». Но я ничего не говорю вслух. Если рассказать нашу историю, меня упекут в психушку. Не психолога позовут – психиатра.

– Значит, вы считаете, что вы нежеланный ребенок, – психолог делает пометки.

– Не я так считаю. А так оно и есть. Мама постоянно повторяла, что я получилась случайно.

– Интересно, – психолог снова что-то записал. – А как вы относитесь к материнству? Не кажется ли вам, что вы подсознательно боитесь будущего ребенка? Несмотря на то, что, как я понимаю, он долгожданный, вы боитесь перенести на него свой негативный опыт?

Как он смеет?! Гнев вспыхивает, но я лишь стиснула зубы.

Во-первых, ребенок не долгожданный, а вынужденный. И, тем не менее, уже любимый. В моей ситуации – это плохо.

Во-вторых, несмотря на это, я его хочу оставить себе. А у меня его точно отнимут.

– У меня всё в порядке. Я отлично отношусь к материнству. И у меня, вы, наверное, забыли, уже есть… – тут я спотыкаюсь о невидимую преграду. У Марины ведь нет детей! И я должна сейчас забыть о сыне.

– Отрицание, – снова улыбается психолог. – Мы продолжим завтра.

Мне очень хочется стереть его самодовольную улыбочку с лица. Но я лишь вежливо улыбаюсь в ответ – собирается уходить и слава богу.

Когда психолог уходит, я долго сижу, глядя на стену. Во что же я вляпалась! Какой я себе кажусь наивной – считала, что я выдержу этот Маринин спектакль. Не просто досмотрю до конца, а приму самое активное участие!

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

– Алексей Александрович просил напомнить про ужин в ресторане, – говорит мне медсестра. – Вы слишком бледны, – озабоченно добавляет она, стоя на пороге. – Как вы себя чувствуете?

Я хочу сказать, что плохо, и лучше уже не будет. Воспользоваться этой причиной и не идти в ресторан? Но я вспоминаю добрые глаза врача, его успокаивающую манеру держаться со мной, и обещаю прийти.

– Все нормально. Ничего не нужно. К семи я подойду.

Ресторан санатория шикарен: хрустальные люстры, белоснежные скатерти, тихая музыка. Народу крайне мало, но за некоторыми столами сидят люди.

Я уже привыкла к покою моих одиноких апартаментов и на секунду растерялась.

– Здесь всегда так? – спрашиваю, пытаясь скрыть свои чувства.

– Да, у нас же вип-клиенты. Надо соответствовать, – улыбается врач. – Однако вечерами людей немного. Посетители в основном уже разъезжаются. А беременные едят в столовой по специально прописанной диете. Такие, как вы, – исключение. Пока я не вижу по питанию никаких противопоказаний.

Он заказывает мне гранатовый сок, себе наливает красного вина.

– Вы не за рулем, Алексей?

– Нет. То есть, на самом деле, да, – смеется. – Я вам говорил, что мы тут сменами по неделе каждая. Ночуем здесь же, в санатории. Мало ли что. Мы обязаны быть на месте. Поэтому сегодня ехать мне некуда.

И он заговорил о книгах, о музыке – ни слова о моем состоянии, о беременности, о сестре. Понемногу я расслабилась. Вот кому надо было работать психологом.

– Вы не похожи на врача, – неожиданно говорю я.

– А на кого? – Алексей смотрит на меня с интересом.

– На человека, который… просто хочет поговорить. Именно таким я представляю идеального психолога. А этого, вашего… У него вообще отсутствует такт и эмпатия.

– Дмитрий Валерьевич обычно нравится нашим дамам. Интересное мнение. Что пошло не так?

– Не знаю даже… Он переносит мой детский опыт на отношение к ребенку, которого я ношу под сердцем. Ерунда какая-то! И очень неприятно.

– Я поговорю с ним, обещаю. Уверен, он не до конца понял ситуацию.

– Мне можно вообще от него избавиться?

– Какой яд предпочитаете? – он рассмеялся, а я вдруг почувствовала, как давно не смеялась сама.

– Таких крайностей не надо. Просто уберите его посещения из моего графика.

– Посмотрю, что можно сделать. Вы ведь не выходите, Марина. Я должен как-то реагировать.

– Я постараюсь гулять. Обещаю. Ради того, чтобы избавиться от психолога мирным путем, я напрягусь.

– Хорошо, договорились. Ну что, пойдемте? У меня остались кое-какие дела. А вам пора отдохнуть.

Мы выходим из ресторана, а в холле появляется Марина. Она смотрит на нас с усмешкой.

– Какая трогательная картина, – её голос ледяной, как сосульки за окнами.

Я мгновенно каменею. Вот чувствовала, что не надо ходить с врачом в ресторан. Она подумает, что я могу проболтаться, найти себе друга…

– Вы что, забыли, зачем она здесь? – Марина шагнула ближе. – Или вам настолько не хватает женского внимания, что вы готовы развлекаться с пациентками?

Алексей хмурится.

– Алёна Аркадьевна, это просто ужин. Вашей сестре надо выходить из комнаты. Она очень мало двигается. Я решил ее сопроводить.

– Просто ужин? Ладно, – Марина явно вымучивает улыбку, которая получается неискренней. – Спасибо.

Врач прощается и уходит.

Марина резко поворачивается ко мне:

– Ты действительно думаешь, что можешь вести себя как ни в чем не бывало?

Я молчу. В горле стоит ком.