Страница 78 из 181
Я прищурился, пытливо изучая лицо Амины, рассказывающей это все медленно, с придыханием и заглядывает в мои глаза, словно ожидая моей реакции.
— Интересное предложение… ты уверена в том, что и там не найдется скрытых поклонников инсектов?
— В нашем мире ни в чем нельзя быть уверенным, — она пожала плечами. — Но по крайней мере, их общество привержено старым порядкам и принципам.
— И как далеко отсюда находится такое убежище?
— Я не уверена… все мои воспоминания, связанные с родителями и домом размыты. Но я точно знаю — нам надо ехать дальше на восток. Кажется, за пределами руин города, за насыпью, перед въездом в окаменевший лес должна быть старая водонапорная башня… если я ее увижу — я точно вспомню.
— А почему ты уверена, что нам на восток? — уточнила Джулс, на лице которой отражалась усиленная работа мыслей.
— Когда мы с моей мамой сбежали, это было ночью, почти утром. При этом, когда взошло солнце — оно светило нам в спину. Значит, мы двигались на запад. Ну, еще в детстве мама меня учила: если потеряешься, вспомни нашу считалочку, она приведет тебя домой… И звучала она так:. «Среди каменных джунглей живет три зверя, воюющие между собой, — проговорила Амина, её голос приобрёл напевность, словно она цитировала строки, заученные в далёком детстве. — Гордый Орёл строит гнездо на высоте, где касаются облака шпили-братья. Хитрый Крот роет норы в земных глубинах, под знаком трёх увядших солнц. А Могучий Медведь…»
Она замолчала, вглядываясь в пробегающие за окном руины.
— А могучий медведь? — нетерпеливо спросила Мика, забыв на миг о страхе.
— А могучий медведь, — Амина перевела взгляд на меня, и в её глазах мелькнул тот самый хищный, знакомый блеск, — стережет свою берлогу в самом сердце старой раны, где сходятся пути трех ветров. Там, где река из чёрных слёз обрывается в пустоту, а одинокий Страж всё ещё смотрит на восток, держа в руках пустую чашу. Там ищи путь домой…
В салоне повисла тишина. Все мы мысленно примеряли эти образы на окружающий пейзаж.
— Очень похоже на карту в стихах, — медленно проговорила Джулс, и в её голосе впервые за этот кошмарный день прозвучало не черное отчаяние, а нотка азарта исследователя. — «Река из чёрных слёз» — это, должно быть, тот самый поток техногенных стоков, что течёт по самому дну разлома. «Обрывается в пустоту» — водопад или слив в подземный коллектор. «Одинокий Страж»… это может быть что угодно: статуя, памятник, даже просто специфическая конструкция.
— А «чаша»? — вклинился я. — Еще и «пустая»?
— Старый коллектор? — пожала плечами Амина. — Баки, цистерны… Водонапорная башня, о которой я говорила! «Страж с пустой чашей» — уверена, это она и есть! А «смотрит на восток»… значит, с восточной её стороны должен быть вход, или ориентир…
Её слова оживили всех. В безнадёжном хаосе руин появилась хоть какая-то нить, пусть и сказочная, путанная.
— Хорошо, — кивнул я, ощущая, как в голове складывается примитивный, но рабочий план. — Ищем водонапорную башню. Восточнее центра. Рядом должна быть «река из чёрных слёз» — соответственно — поблизости каньон или глубокая промоина со сточной водой. Джулс, ты ищешь ориентиры справа, Амина — слева. Я смотрю вперед. Мика, смотри на знаки, на всё, что может быть похоже на статую или большую фигуру. Водила, — я обратился к пленному, все еще находящемуся под контролем заклинания, — снижай скорость. Едем медленно, осторожно…
Машина сбавила ход, превратившись из беглеца в крадущегося разведчика.
Воздух стал гуще, пропахнув озоном от старых контактов и чем-то сладковато-гнилостным. Наступили сумерки, и длинные тени зданий сплетались в единую, неровную пелену.
— Смотрите! — вдруг прошептала Мика, тыча пальцем в лобовое стекло. — Там!
Между двумя почерневшими громадами высоток, видневшихся вдалеке, угадывался силуэт. Высокий, тонкий, с характерным шарообразным верхом. Водонапорная башня. Она действительно стояла чуть восточнее, и даже отсюда было видно, что её некогда огромный резервуар был пробит и пуст.
— Есть, — выдохнул я. — Теперь «река»…
Мы ползли дальше, петляя. И вскоре наткнулись на резкий обрыв. Не просто промоину, а настоящий широченный каньон, словно выщербленный после удара гигантской бритвенно-острой косой, явно след какой-то древней катастрофы. Где-то далеко внизу, на его дне, лихо журчала, поблескивая в лучах бледного солнца чёрная, маслянистая жижа. «Река из чёрных слёз». Она стекала дальше, огибая нижнюю часть породы — основание разлома на краю которого стояла башня. Жижа текла по огромной дренажной трубе куда-то дальше вниз, в бездонную пропасть. «Обрывается в пустоту», подумалось мне.
— Кажется, мы на месте, — сказала Амина, и в её голосе прозвучала странная смесь ностальгии, тревоги и… наверное надежды. — Теперь… нужно найти «сердце старой раны» и «пути всех ветров».
Машину мы покидали молча и в спешке, выгребая все оружие и припасы, а также комплекты запасной одежды. Скрываясь в глубокой нише обрушившегося входа в здание, мои спутницы то и дело оглядывались на меня, гадая, почему я не иду с ними.
— Всё. Дальше пешком, — выдал я само собой разумеющееся, и повернулся к водиле. — А ты слушай внимательно. Сейчас ты развернешься и поедешь назад. Выберешься на какой-нибудь перекресток или дорогу, чтобы тебя легко могли обнаружить. Как только увидишь погоню, действуй так: пытайся уехать как можно дальше, но чтобы тебя не теряли из виду. А в конце — развернись и езжай навстречу преследователям. Постарайся протаранить, кого или столкнуть в обрыв, а если не получится — взорви вот это — я указал пальцем на оставленные 4 самодельные гранаты, использующиеся в этом мире охотниками пустошей. — Все понял?
Водила кивнул, и я дал ему отмашку.
«Не легче ли его просто убить? — подала вдруг голос появившаяся откуда-то демонесса. — Понимаю, что ты хочешь причинить побольше вреда преследователям, но уверена, что оно того не стоит: каждую минуту, пока на него действует заклинание принуждения — ты тратишь силы из моего… нашего запаса. Он конечно стал намного больше, чем раньше, но все-таки…»
«Ага, ну наконец-то, нарисовалась хрен сотрешь, — выругался я. — Куда ты постоянно пропадаешь, когда бываешь так нужна⁈»
«Никуда я не пропала, — обиженно надулась демонесса. — Я была занята. Абсорбировала поглощенную силу, структурировала твои каналы и меридианы, создавая дублирующие контуры циркуляции…»
«Чего⁈ Какие еще меридианы? Что за чушь!»
«Позже объясню. Сам увидишь результат, уверена — тебе понравится. Но главное я тебя не бросала, а краем глаза приглядывала, готовая вмешаться. Хотя — без надобности, ты отлично справляешься…»
«Не увиливай!»
«Я не увиливаю. После твоего последнего тройного марафона, — при этих словах она довольно мурлыкнула как кошка, обожравшаяся сметаны, — ты совершил качественный скачок, прорыв на следующий уровень. Твой внутренний резервуар стал больше, а поток энергий, которые ты теперь способен удержать и контролировать — куда более концентрированный. Неужели ты не почувствовал этого?»
«Я… ты о том, как мне жгло грудь, буквально пожирая все внутри?»
«Это всего лишь обильный поток силы прожег первую пелену, перекрывающую твой накопитель, словно перегородка, от внешнего пустого пространства. Когда резерв маленький — большой резервуар вреден, потому что остатки энергии просто разольются как стакан воды по дну бассейна. Но вчера ты поглотил большой объем силы, которая переполнила малый резервуар и прожгла себе путь в большой. И сейчас этот бассейн стал заполнен уже по щиколотку… Сравнение очень образное, но аналогия, думаю, понятна.»