Страница 44 из 181
Пробежав глазами по пульту — попробовал нажать одну из кнопок. Где-то вдалеке что-то загудело. Повторное нажатие отключило гул. Нажал другую кнопку — и где-то под потолком загорелся мощный прожектор, осветив все пространство вокруг. Ну, так хотя 7бы стало лучше видно. Повернул рычаг — и впереди загудел какой-то механизм. Агрегат посередине завибрировал и металлические шторки поползли вверх, а затем он и вовсе раскрылся, будто цветок. Внутри оказалась стеклянная колба, а по ту сторону стекла — женская фигура, плававшая в какой-то субстанции по горло.
Мне оставалось только тихо выругаться, скривившись от омерзения.
— Говоришь, чувствовала поблизости женщину? Собственно вот она, можешь полюбоваться…
Демонесса никак не прокомментировала шпильку, лишь тихо фыркнула, а стиснул зубы. В этот самый момент женщина внутри пошевелилась, подняла руку, коснулась стекла. Живая!! Я выругался еще раз, понимая, что теперь просто сбежать не вариант, и выбора не оставалось — придется вытаскивать ее и как-то избавляться от жуков.
Из оружия в моем распоряжении был только шокер и разрушитель Марко. Вот только как оружие последний не годился — можно было зацепить эту неизвестную. Ну а шокер — тем более.
К моей ноге медленно подполз один из жуков, я скривился от омерзения, взялся за шокер и ткнув ему в морду включил. Электрод затрещал, раздался противный треск, запах горелого хитина ударил в ноздри, жук затрясся и завалился набок, свернувшись клубком. Я пнул его для верности, заставив откатиться подальше. Это было ошибкой.
Все копошащаяся и ползающая масса резко взлетела, явно реагируя на уничтожение этой одной особи, зависла на пару мгновений и ринулась в мою сторону. Я устало закрыл глаза.
«Ярик!» — взвизгнула Малисса.
— Vallum Invictus, — выдохнул я и меня отгородил барьер.
Жуки налетели на него и принялись тыкаться, стараясь толи преодолеть, толи сесть на него, но сесть не получалось — видимо их лапам не за что было зацепиться.
— Есть что-нибудь убойное? — спросил я у демонессы без особой надежды.
«А сам как думаешь, — огрызнулась она. — Есть конечно, только вот затраты… я буду практически на нуле. Надо уходить! Эту женщину придется оставить, мне не хватит сил на то чтобы убить столько живых существ…»
Услышав ее ответ, я подвис на мгновение. Живых существ, говоришь? Хм…
— А скажи мне, насколько затратный «Прах вечности»? Ты вроде говорила, что он практически не тратит запаса…
«Он действует только на неживую материю, на неодушевленные предметы, а не на…» — она вдруг затихла, очевидно подумав о том же, о чем и я.
— Ну вот и проверим, — улыбнулся я, направляя перед собой указательный палец свободной руки.
Я мысленно охватил эту кишаще-копошащуюся массу, постарался буквально целиком объять все доступное к обзору пространство.
— Nihil in obscurus pulvis…
На кончике пальца на долю секунды вспыхнул бледный огонек и все хитиновое облако, ощетинившееся жвалами и лапками за мгновение рассыпалось серой пылью. Я поморщился и отвернулся, все еще не опуская барьер, ожидая, пока вся эта труха и пыль не осядет. Ждать пришлось не меньше двух минут.
«Адский котел мне в задницу, — выдохнула моя шиза. — Я была уверена, что не сработает…»
— Марко говорил, что они неживые. И если это заклинание распыляет любой неживой объект…
«Любую неживую материю, все что мертво, инертно и не имеет духа… А они двигались…»
— Могу предположить лишь то, что эти твари наподобие биологических роботов, не имеют самостоятельного разума а тела управляются чем-то извне… Любопытный феномен, достойный изучения, но боюсь времени на это у нас нет.
Я опустил руку, и барьер пропал. Кое-как прикрывая лицом нос и рот, чтобы не надышаться этой жучиной трухой — приблизился к прозрачному резервуару с жидкостью, в которой плескалась неизвестная женщина, и решительно ткнул пальцем в стекло, повторив ключ «праха вечности». Большая часть стеклянной колбы испарилась, густая, словно прозрачный кисель жидкость хлынула наружу вместе с женщиной.
Та тут же закашлялась, сорвала с себя маску, похожую на акваланг и отшвырнула ее прочь, после чего уставилась на меня ненавидящим взглядом. Ее верхняя губа слегка приподнялась.
— Эй эй, дамочка, я вам не враг, — поднял я руки перед собой.
Та прищурилась, внимательно меня разглядывая.
— Я всего лишь хотел тебя выпустить из этой ловушки. Я тебе не враг. Если ты готова принять мою помощь и в дальнейшем помогать мне — я заберу тебя отсюда…
— Что за глупости ты говоришь, — процедила она с каким-то отстраненным лицом. — Зачем палачу Нового Эдема мне помогать? Разве что сдать потом в приемник уже как свой трофей…
Она закашлялась, вытирая лицо, но только еще больше размазывала слизь по коже. Я скривился, снял с себя куртку, достав перед этим с кармана завалявшуюся там маленькую шоколадку и реквизированный парализатор. Кинул куртку женщине.
— Я не из этого твоего Нового Эдема. Я их враг. Насколько я слышал, снаружи буйствует рой, поэтому я решил здесь переждать. Но как только это прекратится — я тут же покину этот гостеприимный форпост. А может в добавок еще и взорву его к чертям свинячьим, если будет необходимо и будут… ресурсы. В общем не важно. Мне нужна помощь и безопасное убежище, может быть еда… только желательно без этих вот людоедов и их тушенки из человечины…
— Что, тоже не нравится их меню? — криво ухмыльнулась женщина прищурившись.
— Как и любому нормальному человеку.
— Нормальному, — выдохнула она прикрывая глаза. — Смотря что ты подразумеваешь под «нормальностью». Норма — это среднее общепринятое значение. Сейчас почти все анклавы присоединились к Новому Эдему, и большинство разделяет их верования и убеждения. Теперь, согласно статистике, норма это то, что уже они считают нормой, как доминирующая во всех смыслах группировка…
— Для меня нормой считается то, что считаю правильным я! — отрезаю, слегка скривившись.
— Да? Весело. А что делаешь с теми, кто не соглашается с твоими понятиями правильного?
— Это зависит от того, как именно они проявляют свое несогласие и в чем именно у нас расхождение, -ухмыляюсь я. — Если это несущественное расхождение во мнениях, и меня оно не затрагивает — позволяю заблуждаться дальше. Если же существенное… по ситуации. Например, если я увижу, что кто-то попытается убить и съесть другого человека, или пустить его на консервы — убью без малейших колебаний. И мне насрать ко это — монстр пустоши или другой человек.
— Даже если он всего лишь ищет способ выживания, и без этого умрет сам?
— Мне похер. Ищи другой способ выжить. Или не попадайся мне.
— Даже, если он убивает, чтобы накормить умирающих детей?
Мои челюсти сжались а уверенность покачнулась, но я твердо процедил:
— Да…
— Ну тут я с тобой не соглашусь. В далеком прошлом, до пришествия Матери Роя, люди охотились на зверей ради их мяса и шкур. И убивали, истребляли целые виды. Интересно, если бы вдруг появился такой вот звериный мститель, и сказал — раз люди нас убивают и жрут — уничтожу ка я их как вид — под корень… Думаешь, это было бы правильно?
Я прикрыл глаза и ответил даже не пытаясь задуматься.
— Слушай, мне плевать на все гипотетические ситуации. Я нахожусь здесь и сейчас. И для меня мои стереотипы и моя мораль — единственно верные. Не знаю, убивают ли жуки людей потому что пытаются выжить, или от удовольствия, мне насрать почему это делают выродки из Нового Эдема. Они мои враги, любой кто разделяет их убеждения или голые инстинкты — тоже. Если ты придерживаешься их идеологии, или той, что сейчас озвучила — то ты сама по себе, пока не перейдешь мне дорогу, а мое предложение аннулируется. А если хочешь выбраться отсюда со мной — то впредь ты меня слушаешься во всем, и разделяешь мои убеждения. Или расходимся.