Страница 24 из 181
Тишина буквально терзала мой несчастный разум, но говорить не хотелось. Ни слова. Любое слово сейчас звучало бы фальшиво, чуждо.
— Скажи мне честно: все что ты рассказал — правда? Или просто твои догадки?
— Я тебе сказал в самом начале, — напомнил он. — Это все догадки, сделанные мной на основе скудных данных. Но поверь, они максимально приближены к правде. За все время, что я провел в изысканиях — все только еще больше подтверждалось… прости.
— Знаешь, — с трудом пересилив себя нарушил-таки я эту тишину. — Бывают случаи, когда лучше не копать так глубоко. Впервые я понимаю смысл пословицы — счастье в неведении. Некоторые тайны не ждут, чтобы их раскрыли. Они ждут, чтобы тех, кто их хранит похоронили рядом, в соседней могилке…
Он хмыкнул, не поворачивая головы, и ответил, словно выплюнул:
— Не поздновато ты спохватился? В любом случае — поздно. Мы уже по горло в этой могиле, братец. Но хер я позволю себя закопать, веришь⁈
Я стиснул зубы, прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох. И неожиданно для себя позвал вслух.
— Малисса! Ответь!
Я прислушался, надеясь почувствовать как всегда ее незримое присутствие. Но ответом была тишина.
— Малисса! Малиссиана!! — я уже чуть не кричал, и дремавший в углу «змееныш» вздрогнул, проснувшись.
— Ты это кому? — нахмурился Марко. — Твою рыжую вроде как зовут Аки, и она в соседней комнате…
Я лишь отмахнулся, прислушиваясь к себе, и позвал снова. И снова. Но, как и прежде — лишь тишина была мне ответом.
— Черт. Твою мать… — я прикрыл глаза, делая вдох. — Похоже, абонент недоступен. Видимо, она опять в отключке.
Марко недоверчиво наблюдал, словно пытался определить не потекла ли у меня крыша после всех этих откровений. Оставалось лишь сделать вдох и задать следующий вопрос:
— Скажи… ты говорил, что нам обоим имплантирован некий ген…
— Не совсем. Нам не имплантировали ничего, мы рождены… а вернее сказать созданы уже с этим геном. И да, у нас он ярко выражен. Анализатор тому свидетель…
Я перебил его, не давая закончить, так как спешил задать вопросы, чувствуя, что на пороге нового открытия.
— Этот ген делает тебя совместимым с этими… демоническими сущностями?
— Да. В том числе. Чем больше у тебя совместимость — тем больше шансов на успех. Насколько я знаю, тело человека не в силах удерживать в себе демона слишком долго. Оно быстрее изнашивается, стареет… Чем выше совместимость, тем больше у тебя времени, одержимость проходит легче… Но, думаю, это тоже верхушка айсберга, и там есть намного больше…
— А еще, ты говорил, что тебя заставили подписать контракт с демоном, так? В чем заключается контракт? Чем ты заплатил за силу демона? Ты — одержим?
Марко нахмурился, явно обдумывая ответ.
— Ничем. Я не заключал контракта.
— Погоди…- настал мой черед хмуриться. — То есть как это…
— Вот так. Когда меня закинули в то помещение — думаю, что мой мозг просто не выдержал обстановки и я отрубился. Пространство там очень… нестабильно, а его физические свойства нарушены и искажены. Неподготовленный разум может просто не выдержать и слететь с катушек бесповоротно. Мне повезло, но лишь отчасти, потому что когда я пришел в себя — оказалось что я ничего не помню — видимо мозг заблокировал травмирующие воспоминания, — ухмыльнулся он, отпивая из бутылки с водой. — Меня протестировали и поздравили с успехом, но видишь ли… насколько я выяснил — для контракта требуется добровольное согласие. Осознанное, твердое, прямо выражение. У меня его не было.
— Но… погоди! Если контракта нет, то откуда твоя магия? Откуда все эти способности, Тенебрис…
— Тенебрис? Что это?
— Магия демонов. Демоническая воля, влияющая и изменяющая проявленную реальность через заготовленные конструкты…
Марко как-то странно посмотрел мне в глаза, нахмурившись, пожевал губами.
— Я понятия не имею, что такое этот твой «тенебрс». Мои способности и магия — имеют совершенно иную природу. Встречный вопрос: откуда ты это все знаешь? Контракты, демоны, этот твой «тенебрс»… в вашем мире эта информация не меньшая тайна, чем в моем… Не расскажешь? — его взгляд потяжелел.
И что делать? Если скажу ему правду — как он среагирует? Ладно если просто расспросит и все, а если…
— Ты колеблешься и боишься, — Марко сузил глаза. — И раздумываешь, напасть или нет…
Я почувствовал, как он еще больше напрягся, а его правая рука словно невзначай скользнула со стола вниз, пропав из поля зрения. Наверняка он готовит какой-то удар.
— Не раздумываю, — устало выдохнул я, опустив голову. — Не хотел я нападать.
— Сейчас уже нет. Но буквально несколько мгновений назад ты имел намерение… даже не уверен, что хочу знать, какое именно, — его голос зазвучал совсем тихо.
— Давай без громких выводов и резких движений, а? — буркнул я раздражённо. — Вспомни вот о чем: ты наш единственный билет отсюда. Даже если я захотел бы напасть — не факт что победил бы, а победив… как я заставлю тебя сотрудничать? И это если исходить только из доводов рацио, а ведь есть еще и сентиментальная составляющая… ты — как ни крути мой брат. Веришь или нет — мне насрать как это все выглядит, даже если мы выращены из одной пробирки, дальше что? У нас фактически одна кровь. В любом случае, что бы не случилось — я тебе не враг.
Он буравил меня взглядом долгие десять секунд, а затем вдруг поднял руку из-под стола, держа в ней… бутылку с водой. Криво усмехнулся и медленно отхлебнул. Я лишь устало выдохнул, покачав головой.
— Странный ты. Сначала рискуешь снова быть захваченным и спасаешь наши жизни, забираешь с собой… помогаешь, буквально тащишь на себе через этот умирающий мир, хотя мог бы бросить… А потом вдруг настолько не доверяешь, что…
— Доверяю, — буркнул он, ставя бутылку на стол. — Причем, даже слишком. Намного больше, чем в принципе могу себе позволить.
— Не похоже. А если и так, то лишь потому, что превосходишь нас даже в техническом вооружении.
— В самом деле? — он еще шире улыбнулся, словно этот разговор его забавлял. — Ну, если говорить о доверии и превосходстве — не мог бы ты убрать руку с рукояти молекулярного разрушителя, который все это время с самого перехода носишь с собой, — он сделал еще один глоток, и я рефлекторно опустил голову вниз, поймав себя на том, что моя рука действительно касается рукоятки бывшего оружия Марко. — Если что, это самое разрушительное, что у меня есть из высокотехнологичного оружия.
— Я… это… — делаю вдох, решительно достаю и протягиваю ствол рукоятью вперед. — Забери, мне он незачем…
— Пока оставь, — фыркнул он. — Может пригодится. Вернешь, когда свалим из этой помойки… — Он прикрыл глаза, задумавшись о чем-то своем, а мне стало не по себе. — Лучше ответь на мой вопрос.
… и я рассказал. Просто плюнул и просто выложил все от и до. Коротко, но достаточно подробно. В конце концов, у нас и правда одна кровь — во всех смыслах. Не думаю что он станет мне врагом после того, как узнает все.
— Ты уверен, что ничего не путаешь? — похоже он размышлял об услышанном, сопоставлял с известным ему самому, и что-то не сходилось.
— Все так, как я рассказал.Я ничего не упустил и не исказил.
— Занятно, — Марко потер подбородок. — Значит ты не совсем эспер, и у тебя странная форма одержимости, — задумчиво рассуждал он, вертя в руках какой-то мелкий предмет. — Слишком ты кхм… живой для одержимого. И признаков практически нет. Обычно, они сразу налицо.