Страница 10 из 181
Он опустил глаза, и тихо ответил:
— Давай я тебе кое-что объясню. Все миры по своему уникальны, какие-то развились до недосягаемых высот технического прогресса, какие-то все еще в каменном веке… Некоторые миры развились достаточно сильно для путешествий между реальностями технологическими способами. Один из них даже имел целый научный комплекс по изучению множественности миров и всех сопутствующих дисциплин. Этот портативный квантовый компьютер — оттуда, — он указал на свой массивный наруч на левом запястье. — Как и анализатор и вся сопутствующая высокотехнологичная дрянь одной экосистемы. Так вот. Их ученые сформировали серию постулатов, формул и постоянных величин, применяемых в этой дисциплине для исследований. Согласно одному постулату — каждая вселенная уникальна, а материя каждой конкретной вселенной — имеет уникальную квантовую структуру. Я проверял, за сто тридцать четыре перехода — мне не встретилось двух миров с идентичной квантовой структурой материи… иначе говоря — квантовая структура материи каждого в отдельности мира — уникальна и неповторима.
— Допустим, но причем тут это? Ты меня запутал, — прищурился я. — Можешь проще объяснить о чем ты толкуешь?
— Скажем так. Если взять два абсолютно идентичных мира, которые неотличимы в принципе, в нем те же страны, те же континенты, живут те же люди, те же исторические события… все как под копирку. Но анализатор определит два идентичных предмета и образца вещества, принадлежащих разным мирам, даже если они выпущены из однородного материала, собраны на одном и том же заводе, под управлением одного и того же техника… квантовая структура будет отличаться…
— Так, — прищурился я.
— Значит структура каждого предмета изначально появившегося или созданного в конкретном мире уникальна и сопоставима.
— Допустим, — медленно кивнул я.
— Но как ты только что слышал — анализатор указал на идентичность взятых у нас с тобой образцов. Вплоть до квантовой структуры. Как думаешь что это означает?
Я сглотнул и медленно покачал головой, предполагая что сейчас услышу.
— Ты хочешь сказать, что мы с тобой — братья близнецы из одного и того же мира? Которых разлучили при рождении, и которые сейчас…типа нашлись? — усмехнулся я, строя эту цепочку и сам в нее не веря, но его ответ оказался куда запутаннее…
— Близнецы? Ха… нет, Ярик. Не так просто. Все еще запущенней, чем ты сейчас подумал. Недавно я узнал занятную историю своего происхождения. А именно — я был зачат искусственно. Мой набор генов буквально собирали на операционном столе, чтобы наделить нужными характеристиками, отличительными чертами и… способностями.
— Ты что несешь? — нахмурился я.
— Правду. А теперь, с учетом новых вводных получается, что ты — такой же продукт генной инженерии, результат экспериментов нашего отца, который, конечно, послужил донором сперматозоида, зачавшего нас обоих, но до этого внес своего рода «тонкие настройки», придавая нам с тобой нужные качества, свойства, предрасположенности… иначе говоря — мы с тобой оба искусственно выращенные…
— Полная херня! — выкрикнул я, вскакивая, но Марко грустно покачал головой.
— Отрицание — первая стадия последствий получения информации, вызывающей шоковое состояние. Это нормально, отрицать то, что тебе претит до отвращения. Но ничего страшного. Немного позже, когда ты успокоишься — я разложу все по полочкам, и тебе придется принять правду, а потом и решение о том, как ты намерен жить дальше. Потому, что это знание в корне изменит твою жизнь, уж поверь.
— Да ну, бред!
— Правда, Яромир. И она лежит на поверхности, достаточно всего лишь сопоставить уже известные вводные. Ты спрашивал про биологический возраст и парадокс разницы между субъективным и биологическим… Субъективный — это возраст ментального внутреннего «я». Это то, кем ты себя ощущаешь, и кем по сути являешься. Де факто — ты восемнадцатилетний Яромир Харт. А вот биологический… этот параметр значит точный абсолютный возраст твоего тела. Анализатор не ошибается. Это тело существует всего тринадцать лет, хоть твой разум и уверен, что тебе восемнадцать…
Я лишь усмехнулся и покачал головой.
— Какое еще отрицание, какое знание… что ты вообще городишь! Я не подопытная свинка, и мой отец никакой не ученый!
— Да? Тогда кто же? — с каким-то ядом в голосе поинтересовался Марко, словно ситуация его забавляла, но мы оба понимали — это лишь защитная ракция. Я тоже ершусь когда все плохо…
— Мама рассказывала, что он — военный летчик на службе императора, который погиб при испытании нового прототипа… они давно случайно переспали и расстались, а я… а мама в поисках работы — устроилась горничной в дом Петра Петровича… Не знаю, что ты там себе напридумал, и что усмотрел в своем чертовом приборе — но ты ошибаешься. Я родом из своего мира, мне недавно исполнилось восемнадцать, учусь в универе на первом курсе, я помню свое детство с трехлетнего возраста! Мне куда больше чем триннадцать!
Он лишь грустно вздохнул, прежде чем ответить спокойно:
— Ну прости, жаль будет тебя разочаровывать… Но тебе придется принять истину. Какое твое самое раннее воспоминание? Что самое первое в своей жизни ты помнишь?
Я ухватился за соломинку, прищуриваясь и вспоминая. И только в этот момент, в это самое мгновение начал понимать, что этим вопросом — открыл ящик пандоры…
≡≡≡≡≡≡≡=
Благодарю всех за поддержку! Каждые 20 лайков или 50 библиотек — внеочередная прода!
Глава 5
Вы когда-нибудь задумывались, насколько ваши воспоминания соответствуют реальным событиям, имевшим место? Не в том смысле — «а вдруг память подводит». А в таком: точно ли воспоминания, которые я видел — мои? Наверное, вопрос звучит бредово, но поверьте, я знаю о чем говорю. Ведь мне доступен набор моих недавних воспоминаний, которые являются результатом пережитых мной событий, свидетелем или участником которых я стал, а еще есть… ну, скажем, чужие, внедренные воспоминания, когда ими кто-то поделился… Применение заклинания тенебриса, считывающего память — яркий тому пример. В общем, к чему это я: мне есть с чем сравнивать, и отличить собственные воспоминания от чужих, навеянных или кхм… имплантированных — я точно смогу. Ну, так по крайней мере я думал. До этого самого момента…
— Твое самое раннее воспоминание, Ярик. О чем оно? — напомнил о себе этот странный… нет не чужак и не двойник.
— Ну, мы с мамой ездили на курорт отдыхать… я тогда слишком малой был, помню все плохо… вроде как мы бегали по пляжу за руки… я, мама и… наверное, это отец…
— Вот как… хорошо помнишь их лица?
— Нет, но если нужно — вспомню без проблем. У меня очень хороша память, знаешь ли… особенно теперь!
Марко скептически хмыкнул а я прикрыл глаза. Ну сейчас… Делаю глубокий вдох, погружаясь в глубокие слои воспоминаний, стараясь поймать этот отголосок воспоминаний, и как по ниточке дотянуться до самых мельчайших деталей… И у меня голова заболела сильной пульсирующей болью. Но ужас был в том, что потянуть за ниточку воспоминания не удалось. Вот же, я очень хорошо помню тот солнечный день, мы тогда вместе… Точно так же, по привычке я вернулся на тот пляж, попытался оглядеться по сторонам… картинка была нечеткой и размытой. Было солнечно, но солнца не было видно. Волны словно застыли, их шума, равно как и дуновений ветра — не было… А лица… их небыло тоже.
— Не могу, — выдохнул я. — Наверное, слишком давно было…