Страница 9 из 27
– Ольгу позови.
Через минуту вижу свою помощницу. Пока она шла из дома, стало очевидно, что большая часть блюд пересолена. Причем, не чуть-чуть, а весьма существенно.
– Так, иди на кухню и разберись, что там происходит, – я отвожу Ольгу в сторону. – Мои приемы считаются одними из лучших в Москве. И тут такой позор! Выясни, почему все пересолено. И пусть проверят остальные блюда. Эти надо забрать.
Ольга отдает распоряжения официантам, и те быстро уносят тарелки.
– Прошу извинить, господа! – я делаю виноватое лицо. – Наверное, моя повариха влюбилась. Сейчас выясним.
– Не переживай, – улыбается Пашка. – Ничего страшного. Давайте лучше выпьем. За любовь!
Гости поднимают бокалы. Хорошо, что хоть с напитками все в порядке.
Вскоре возвращается Ольга.
– Я попробовала другие блюда. Не пересолено, – сообщает она. – Но Нина в шоке.
– Передай ей, что я тоже.
Несут остальные блюда. И тут происходит что-то куда более ужасное. Когда официанты зачерпывают ложкой некоторые из закусок, из тарелок начинает идти пена. Белая такая. Опять слышится визг женщин…
– Ты не подозреваешь кого-то из конкурентов? – спрашивает ставший серьезным Пашка. – Надо срочно посмотреть, что это за вещество.
– Возможно, – киваю. – Но это значит, что враг пробрался не просто в мой дом, а на кухню. Друзья, – говорю я громко, – мне придется все проверить лично. Скоро вернусь и снова присоединюсь к вам.
Официантов прошу унести тарелки с пеной. Сам иду в дом. По ходу прошу Ольгу позвать Виктора и охрану.
– Пусть сразу идут на кухню.
Не успеваем мы начать выяснять, что происходит, как бежит Пашка. Он знает, где кухня – без проблем ориентируется в моем доме.
– Там у некоторых, простите, что-то с желудком, – сообщает он. – Побежали по туалетам. С реактивной скоростью.
Я вынужден вернуться к гостям. Реально несколько страдальцев заняли все мои туалеты. Из-за стола все вышли. Некоторые успели уехать домой, не попрощавшись.
– Прошу извинить, друзья. Будем разбираться, – сообщаю я оставшимся. – Предлагаю выпить и закусить тем, что подавалось до ужина.
– Нет уж! – заявляет мой давний партнер. – Отравлена может быть вся еда и даже напитки. Мы, пожалуй, поедем. А тебе, Егор, советую устроить тщательную проверку. Люди здесь собрались не последние. Вполне могли нацелиться не на тебя, а на кого-то из гостей. Ты, друг мой, проморгал. Не к добру это.
Буквально за несколько минут уезжают все гости, кроме верного Пашки и навязчивой Ксю, которая уж лучше бы тоже свалила. Предлагаю ей машину с водителем.
– Дорогая, тут не до тебя. И я согласен – есть опасность других вредоносных действий, поэтому тебе лучше удалиться.
Она, охая и ахая, нехотя соглашается.
А мы с Пашкой идем обратно на кухню.
– Егор Павлович, образовавшуюся в блюдах пену исследовали, – докладывает Виктор. – Это обычный стиральный порошок. Был он подсыпан далеко не везде. Вообще, большинство блюд в полном порядке. Несколько сильно пересолены. Но Нина клянется, что солила как обычно. Ну и наконец те, из-за которых гостям пришлось бежать в туалет, надо исследовать специально. На вид они ничем не выделяются. Мы их отставили в сторонку.
Тут мне звонит как раз один из тех несчастных. Пострадавшие дружно поехали в ближайший платный медицинский центр.
– Нас обследовали, – говорит мне мой гость. – Взяли анализы. В общем, предварительно врач считает, что это обычное слабительное. Ничего страшного. Завтра утром скажет точно. Но он уверен на девяносто процентов.
Я пересказываю то, что услышал.
– Пока эти тарелки так и держите отдельно. На всякий случай. И с охраной надо разобраться. Виктор, возьми это под свой контроль. Как такое вообще могло произойти?! Как кто-то мог пробраться в дом?
– Пытаюсь выяснить, – с виноватым видом отвечает мой управляющий. – Никто никого не заметил.
– Ой, не знаю поможет ли это, – встревает повариха Нина. – Но сюда приходила девушка. Мы подумали, что это новая посудомойка. Она вроде так и сказала. Но потом девушка исчезла. Я, честно, в этой суматохе совсем про нее забыла!
– Как она выглядела?
– Как выглядела? – Нина задумывается. – Среднего роста. Штаны такие… ну, мешковатые что ли… Зеленые… хаки, скорее. И футболка примерно такая же. На лице еще что-то такое было странное. Вот точно не скажу. Вы меня извините. Я, наверное, виновата. Но мне приспичило в туалет. Стояла ведь весь день тут, готовила. И вот она приходит. И я ее прошу подождать пару минут. И убегаю. А когда вернулась, ее уже не было. Лица ее я не разглядывала, потому что быстро убежала в туалет. Была уверена, что здесь все свои. А как она прошла? Там код на двери… Короче, я даже не думала, что она чужая.
– Действительно, странная история, – я не пойму, зачем и как сюда кто-то пробрался.
– А волосы у нее какого цвета хоть? – спрашивает у Нины Пашка. – Будем составлять фоторобот, – шутит он.
– Волосы… Вот их тоже не разглядела, – сокрушенно качает головой Нина. – У нее, вроде косынка что ли была. Вспомнила, да: я еще подумала, какая она молодец. Не все знают, что надо на кухне находиться с убранными волосами.
Косынка? Я подхожу к окну и смотрю на Наташкин дом. Со стороны ее участка волне можно незаметно пробраться к входу для обслуги. И она носит косынку. Маловато для обвинений, но очень на Наташку похоже.
В голову приходит фраза из мультика: «Ну заяц, погоди!»